Глава 1775. Бог на анатомическом столе

Олимп.

— Хм? — Посейдон вгляделся в спроецированный на небосвод золотой след и слегка прищурился. — Эта штука... сегодня не такая, как вчера.

— Разве она проецируется не из первоосновы? Как она вообще может меняться?

Аид смотрел на странный знак в небе и задумчиво очерчивал его форму пальцами в воздухе:

— Похож на вчерашний след, но с края появился изгиб и черта, загнутая кверху... О чём он пытается нас предупредить?

Оба главных бога смотрели на след над головой, погрузившись в раздумья...

***

Тем временем на краю горы Олимп припала к земле серая мышь.

Черные бусинки её глаз пристально вглядывались в небесный след. Спустя мгновение тельце мыши резко изогнулось, и из спины вырвалась пара кроваво-красных крыльев, как у летучей мыши!

Оторвавшись от земли, серая мышь взмыла в воздух и полетела вглубь Тумана.

Миновав бескрайнюю морскую гладь, она летела неведомо сколько, пока впереди сквозь мглу не проступили очертания пролива. Поравнявшись с ним, мышь стрелой ринулась прямо к морской глади.

Мир перевернулся, и по обе стороны возник пролив, существовавший лишь в отражении.

По обоим берегам высились утесы, острые, как клинки. Густой Туман, словно сплошная стена, наглухо укутывал один из них.

Взмахивая крыльями, серая мышь пронеслась над бурными волнами и вонзилась в стену серого тумана. Мутная пелена перед глазами мгновенно рассеялась: внутри этой Стены тумана самого Тумана не было вовсе — совсем как в Великой Ся.

На скалистом утесе стояли ряды аппаратов причудливой формы: одни походили на огромные компьютеры, другие — на радары, третьи напоминали утыканные шипами шлемы. Бесчисленные сплетения проводов соединяли их воедино, напоминая дышащий мозг технологий.

По другую сторону аппаратуры теснились емкости с биологическими образцами, погруженными в желтовато-бурую жидкость. Они покрывали едва ли не половину утеса: более сотни видов, от крошечных насекомых до исполинских останков божественных тел, внушая леденящий ужас.

В это мгновение, окруженная биологическими образцами, у анатомического стола стояла фигура в черном балахоне и сосредоточенно что-то исследовала.

Внезапно человек нахмурился и обернулся, глядя вдаль.

Крылатая серая мышь опустилась прямо ему на плечо; её глаза мелко задергались, словно передавая сведения.

— Олимп? — серая пелена в глазах Ань Цинъюя медленно отступила, и он задумчиво произнес: — После мелких вылазок с охотой на богов он наконец взялся за Олимп?.. Хотя такой подход... Похоже, его цель отнюдь не ограничивается Олимпом.

Ань Цинъюй постоял немного неподвижно, затем слегка прищурился и пробормотал себе под нос:

— Похоже, четыре года спокойствия продлятся недолго... Раз уж он сделал этот ход, мы, само собой, не можем оставаться в стороне... Не так ли, Зевс?

Его взгляд опустился на анатомический стол перед собой. Высохший, тщедушный труп был почти полностью расчленен на тонкие срезы, но в кровавом месиве лица всё ещё смутно угадывались черты верховного бога Олимпа.

***

Великая Ся.

— Что ты сказал?!

Рука Ся Сымэн дрогнула, и горячий суп, который она как раз несла ко рту, с плеском выплеснулся на пол. Она ошеломленно уставилась на стоявшего перед ней заместителя командира Цао Ша:

— Он... он одобрил?!

— Ага, и подпись стоит, и печать — взаправду одобрил! — Цао Ша почесал в затылке. — Командир, какую отмазку ты на этот раз наплела? Как тебе вообще удалось выбить подпись командующего Линя?

— Я... я...

Все бойцы отряда «Феникс» с любопытством уставились на Ся Сымэн. Та втянула голову в плечи и со смущенным видом выдавила:

— Я написала... что беременна...

Все: Σ(ﾟдﾟlll)

— Командир, ты реально осмелилась задвинуть настолько дикую причину?!

— Да я же так, от балды черкнула... Откуда мне было знать, что он взаправду поверит! — Ся Сымэн в панике заметалась по комнате. — Кошмар, кошмар... Он ведь не подумал, что я на самом деле беременна? Мне что, теперь банкет закатывать, чтобы ложь была шита-крыта?!

Ся Сымэн помучилась мгновение и решительно стиснула зубы:

— Да плевать! Отпуск уже выбит, а там видно будет! В крайнем случае пойду к нему в кабинет и лбом пол пробью, вымаливая прощение!

Бойцы отряда «Феникс» переглянулись.

— Командир, а как мы проведем отпуск?

Ся Сымэн широко взмахнула рукой:

— Будто сами не знаете! Выгребайте всё подчистую из командной заначки! После такого нам отпуск ещё сто лет не светит, так что оторвемся разом на полную катушку!

— Есть!

***

— Они уехали?

В кабинете главнокомандующего Линь Цие неторопливо пригубил чай.

— Да, посреди ночи собрали вещи и укатили, — ответил секретарь Минь Цзюньлян.

— Куда?

— Вроде бы на Золотое побережье.

— Пусть отдохнут. — Взгляд Линь Цие скользнул по высокой стопке документов перед собой. — Есть что-нибудь срочное?

— Особо ничего, текущие вопросы с заседаний высшего руководства. По сути, от вас требуются только подпись и печать. Впрочем...

— Впрочем?

— Звонили со стороны господина Юдзури.

— Юдзури Такисиро? — Линь Цие опешил. — Что с ним? Что-то стряслось?

— Он спрашивал, найдется ли у вас свободное время... Вроде как хотел позвать вас поиграть в видеоигры... Но мы тогда с головой ушли в подготовку к празднествам, так что я не смог ничего пообещать, а позже он об этом больше не заикался, — беспомощно развел руками Минь Цзюньлян.

— Такисиро... — Линь Цие задумчиво потер подбородок; выражение его лица стало сложным.

— Ладно, я понял.

Он поднялся из кресла и направился к выходу:

— Я отлучусь. Если возникнет что-то безотлагательное, обращайся к Шэнь Цинчжу.

— Слушаюсь.

***

Город Хуайхай, пригород.

В подвале загородного дома седовласый юноша сидел по-турецки перед проекционным экраном, быстро нажимая на кнопки геймпада.

На экране фигура с длинным клинком за спиной играючи сражалась с кошмарным чудовищем. Когда чудовище с грохотом рухнуло замертво, полоска здоровья над головой персонажа так и осталась полной, а после красивого взмаха убираемого в ножны меча на экране плавно всплыла надпись: «Пройдено».

Юноша вздохнул и повалился навзничь на ковер; белые волосы водопадом рассыпались по полу.

Он долго безучастно смотрел в потолок. Но стоило ему собраться встать, как лицо его резко побелело. Закачавшись, он бросился в ванную к умывальнику и согнулся в мучительном приступе рвоты.

По мере того как алая кровь заливала раковину, его и без того бледное лицо становилось всё более изможденным. Он взглянул на себя в зеркало: в глазах, напоминавших сияние крестообразных звезд, отразилась глубокая безысходность.

Динь-дон!..

Из гостиной донесся звонок в дверь. Юдзури Такисиро замер. Открыв кран, он смыл кровь, поднялся по лестнице на первый этаж и отворил входную дверь.

При виде стоявшей на пороге фигуры лицо Юдзури Такисиро озарилось неподдельной радостью:

— Брат Цие?!