Глава 1726. Номер два и номер три

Шэнь Цинчжу стремительно вылетел за пределы атмосферы, и перед его глазами предстала тьма открытого космоса.

Жуткие волны божественной силы одна за другой расходились в пустоте; он поднял взгляд, и брови его тут же сдвинулись.

Между Землей и Луной несколько огромных свирепых лавкрафтовских богов яростно бились с богами Великой Ся. От каждого лавкрафтовского бога исходило зловещее, яростное дыхание божественной силы, и лишь объединив усилия, три-четыре золотых бессмертных могли с трудом сдерживать одного из них.

Двуглавый червь размером с горный хребет бешено извивался в пустоте. Из одной его гигантской пасти вырвалось тусклое пламя, силой разбившее угол накрывшей его Картины гор и рек, а вторая пасть вцепилась в плечо Истинного владыки Юйдина, заживо вырвав половину его тела!

Истинный владыка Юйдин глухо зарычал и, невзирая на тяжелую рану, взмахнул мечом — клинок обернулся стремительным росчерком света, вонзился прямо в гигантскую пасть червя, пронзил тело насквозь и вылетел из второй пасти. Из обеих голов червя брызнул зловонный бледно-желтый гной, и пронзительный визг отозвался в духовном мире каждого бога Великой Ся.

Хоть Шэнь Цинчжу и находился еще в сотнях километров от поля боя, его сознание едва не разорвало от этого вопля, а у ближайших к червю золотых бессмертных в голове вмиг все опустело, и их тела оцепенели в космической бездне.

Двуглавый червь вырвался из окружения золотых бессмертных и ринулся прямиком к Земле. В то же мгновение под ногами шестикрылого ангела развернулась серая область!

— Тс-с...

Шэнь Цинчжу прижал указательный палец к губам и безмолвно выступил вперед из мертвого затишья.

В тот же миг непроглядная бездна космоса превратилась в серый мир; бесконечная серость яростно забурлила вокруг червя, намертво сковав Его на месте.

Божественная сила Ангела безмолвия струилась по этой серости, крупица за крупицей просачиваясь в тело червя. По поверхности исполинской туши побежали частые трещины — казалось, еще немного, и она иссохнет и рассыплется в прах.

Но тут Шэнь Цинчжу нахмурился: бурлящая лавкрафтовская божественная сила вновь хлынула из нутра червя, разрывая край серого мира!

Крак... Крак...

Скованное тело червя силой разорвало путы Шэнь Цинчжу. Покрытая трещинами плоть стремительно ссохлась, и из-под нее вылез новый червь, испустив пронзительный, терзающий разум визг!

«Эта тварь еще и сбрасывает кожу?»

Шэнь Цинчжу нахмурился и, превозмогая боль в голове, резко сжал ладонь, целясь в стремительно приближающегося червя, ставшего чуть меньше.

В вакууме внезапно возник сгусток воздуха, сжатый до предела, подобно сингулярности размером с бусину. В этом спрессованном в десятки миллионов раз воздухе вспыхнула алая искра, а в следующее мгновение вырвалось бескрайнее море пламени, без остатка поглотившее фигуру червя в сером мире!

Но даже так уничтожить червя не удалось: громадная туша продолжала бешено извиваться в огне, слой за слоем сбрасывая кожу, а вопли словно грозили разорвать сознание каждого в клочья.

Лицо Шэнь Цинчжу помрачнело.

Обретя божественность из смертного и мощь шестикрылого ангела, он совершил рывок, достигнув пика силы главного бога. И все же даже один на один он мог лишь с трудом сдерживать божество Ктулху, а убить Его, не заплатив высокой цены, было почти невозможно.

И то же самое происходило на других участках битвы.

Невидимая звуковая волна без труда прошла сквозь Кольцо Вселенной и Ленту, мутящую небо, очертив смутный силуэт жуткого существа. У Него не было материального тела: словно призрак, Оно неслось сквозь космос, устремляясь к Земле.

Двое других золотых бессмертных тоже ударили по Нему, но не смогли задержать ни на миг. Они лишь смутно ощущали Его присутствие и ауру, однако любые атаки проходили насквозь, точно сквозь пустоту.

— Проклятье, что это за дрянь такая?! — встревоженно выкрикнул Нэчжа.

Дзинь!..

Луч света меча взмыл из атмосферы в пустоту, и вздымающийся прилив ци меча сплелся в стену, преградив путь к Земле.

Облаченный в черные одежды Чжоу Пин появился прямо из прилива ци меча. Он опустил взор на барахтающееся в нем божество Ктулху; лицо мечника было предельно суровым.

— Подмога прибыла?! — при виде Чжоу Пина глаза Нэчжи радостно блеснули.

В то же время на поле боя появились пересекающий Пустоту в своей повозке наставник Чэнь и Лу Увэй, кативший на электроскутере в шлеме с жёлтой уточкой. За ними больше никого не было.

— Только вы? — опешил Нэчжа.

— Пределы человечества — все же существа из плоти и крови, не каждый из нас способен передвигаться в открытом космосе... Да и в столь экстренной обстановке связаться удалось лишь с немногими, — с беспомощным вздохом ответил наставник Чэнь, пребывая в пейзаже души своей повозки.

Сердце Нэчжи оборвалось.

Число лавкрафтовских богов, вырвавшихся из лунной печати, уже достигло девяти, и они продолжали непрерывно лезть наружу... Бойцов уровня главного бога в Небесном дворе сейчас насчитывалось от силы тринадцать-четырнадцать. Даже со Шэнь Цинчжу, Чжоу Пином и двумя Пределами человечества сдержать такое количество лавкрафтовских богов было попросту невозможно.

— Всё кончено... — пробормотал Нэчжа, глядя на поле битвы, погрузившееся в хаос.

...

Луна.

Другая сторона.

Двое даосов мчались по серо-белой равнине, оставляя в пустоте два смазанных следа, и наконец замерли перед глубоким кратером.

— Здесь, — глухо произнес Изначальный Небесный Достопочтенный, перебирая пальцами в вычислении небесных тайн.

Небесный Достопочтенный Даодэ прищурился и снял из-за спины деревянный меч. Его черно-белое даосское одеяние слегка колыхалось в мертвой Пустоте. Переглянувшись с Изначальным Небесным Достопочтенным, они разом ринулись вглубь кратера!

На дне темного кратера мерцали таинственные узоры печати. Чернокожий мужчина прижимал к ним обе ладони, и густая темная аура бешено разрушала эти линии; вторая брешь уже смутно проступала.

В следующее мгновение весь кратер с грохотом затопило божественное величие двух верховных богов!

Свирепая ци меча и бурлящие золотые цветы вспороли лунную твердь, сокрушительный взрыв сотряс пустоту, а когда серо-белая пыль рассеялась, чернокожий мужчина, стоявший на печати, уже бесследно исчез.

При виде этого брови Изначального Небесного Достопочтенного сошлись на переносице.

Окружающее пространство внезапно изменилось: зияющий темный кратер без следа растворился, а вместо него возникли четыре голые белые стены и плотно запертая дверь.

«Ловушка?»

Ощутив искажение пространства и времени, Изначальный Небесный Достопочтенный помрачнел.

Прежде чем шагнуть в этот кратер, он не раз просчитывал веления судьбы. В этом мире едва ли существовало нечто, способное укрыться от его прорицания и чутья, не говоря уже о ловушке, наделенной способностью к пространственно-временному перемещению...

Что же это за место?

Едва эта мысль промелькнула в голове Изначального Небесного Достопочтенного, как запертая дверь медленно отворилась.

За ней с улыбкой стоял чернокожий мужчина в белом халате. Поправив аккуратные очки в черной оправе, он неторопливо произнес:

— Кажется, к нам прибыли двое новых друзей... Пациент номер два — Изначальный Небесный Достопочтенный, пациент номер три — Небесный Достопочтенный Даодэ.

Я ваш лечащий врач. Можете звать меня доктором Ньяром.