Глава 1686. Бог дерева Гоуман

Горы Куньлунь.

Среди ослепительно белых снегов две морозно-белые повозки стремительно спустились из-за облаков и плавно замерли на снегу.

— Мы на месте, — Линь Цие сошел с повозки, по памяти отыскал вход в Куньлуньсюй и едва заметно кивнул.

Он только собирался повернуться и сказать спутникам пару слов, как вдруг из повозок один за другим с позеленевшими лицами выскочили люди. Разбежавшись в разные стороны, они принялись судорожно блевать, и никому не было дела до Линь Цие.

Видя это, Линь Цие беспомощно вздохнул и принялся сам разгребать снег под ногами. Сквозь метель проступили древние таинственные очертания бронзового узора.

— Ты бывал раньше на Яшмовом озере?

Цзялань, бледная как полотно, подошла к нему и спросила.

О входе на Яшмовое озеро знали лишь считаные единицы, а в мире людей сюда никто никогда не ступал, однако Линь Цие с ходу отыскал его, что невольно вызвало у нее недоумение.

— Раньше — нет, позже — бывал, — пожал плечами Линь Цие. — Если открывать буду я, придется просто разнести его грубой силой... Может, лучше ты?

Цзялань кивнула и приложила ладонь к узору. В ее глазах блеснул огонек, и вслед за этим весь узор озарился ослепительным сиянием!

От узора разошлась сила телепортации, мгновенно захлестнув всех присутствующих. Не успели люди опомниться от тошноты, как перед глазами у них все поплыло, и к горлу снова подкатил приступ жестокого головокружения!

— Уэ-э-э!..

Чжань Юйу прервался на середине рвотного спазма: картина перед глазами внезапно обрела четкость.

Среди руин прямо под ним в луже крови лежал облаченный в доспехи труп, уставившийся на него в упор остекленевшим взглядом. Густая, свирепая аура бойни и смерти ударила Чжань Юйу в ноздри; зрачки его резко сузились, и он, не в силах совладать с дурнотой, испуганно отшатнулся на несколько шагов назад.

Оторванная нога зацепила его за пятку; он споткнулся и начал заваливаться на спину.

В этот миг чья-то ладонь надежно подхватила его за плечо.

Мертвенно-бледный Чжань Юйу оглянулся: Линь Цие с мрачным лицом осматривался по сторонам, о чем-то напряженно размышляя.

— Спасибо...

Чжань Юйу с облегчением перевел дух. Успокоившись, он снова взглянул на ту лужу крови и обнаружил вокруг десятки тел, беспорядочно усеявших землю; они были мертвы уже бог весть сколько времени. А тот, с кем он только что столь проникновенно «переглянулся», судя по виду, был одним из здешних военачальников.

Среди трупов в изобилии валялись ивовые ветви — точь-в-точь такие же, с какими Линь Цие и остальные столкнулись в Чанъане. Судя по тому, как переплелись тела и ветви, перед гибелью они вели яростную борьбу не на жизнь, а на смерть.

Этот густой запах крови мигом прогнал у всех дурноту от укачивания. Люди настороженно огляделись: вокруг громоздились лишь расколотые, обрушенные дворцы да несчетные мертвые тела... Куда ни посмотри, не осталось и признака жизни.

— Неужели в этом месте и правда жили небожители? — не сдержавшись, спросил Ху Цзя.

— Должно быть, после вторжения Кусуэнь здесь начался сплошной хаос. Прежде все выглядело иначе, — Линь Цие подошел к одному из мертвецов, опустился на корточки и внимательно его оглядел. — Убиты одним ударом... Все до единого сражены одним ударом. Тот, кто расправился с ними, наверняка был божеством, но вот истинный то был бог или подделка — неизвестно.

Увидев эту картину, Цзялань тоже прижала ладонь к губам... Среди погибших оказалось немало знакомых ей лиц.

— Кстати говоря, здесь вроде бы больше нет того радужного тумана... Неужели основное тело этого чудовища уже мертво? — с сомнением поинтересовалась Хлоя.

— Трудно сказать. Когда бедствие постигло Чанъань, туман оставался в нескольких ли от города. Закончив создание копий, основное тело Кусуэнь также способно свободно передвигаться.

Линь Цие поднялся на ноги, определил по памяти направление к Яшмовому озеру и зашагал прямо туда:

— В любом случае расслабляться нельзя. Для начала проверим, не уцелел ли кто-нибудь еще.

Остальные двинулись следом за Линь Цие, медленно продвигаясь в сторону Яшмового озера. Однако повсюду, куда ни падал взор, встречались лишь трупы да ивовые ветви, а порой попадались и обломки магических сокровищ, разбитых в такой хлам, что было уже не разобрать, чем они являлись прежде.

Ныне Куньлуньсюй окончательно превратился в руины, утратив даже намек на то парящее ощущение ци бессмертных, которое когда-то застал Линь Цие.

«Так вот какова правда о кровавой бойне на Яшмовом озере, о которой в свое время говорил Ян Цзянь...» — тихо пробормотал Линь Цие, вспоминая рассказ остаточной тени Ян Цзяня о былой трагедии Яшмового озера.

— А что это за место? — спросил Янь Чжун, указывая на группу дворцовых построек неподалеку. — Почему все вокруг почти до основания разрушено, а те здания стоят целыми и невредимыми?

— Это Три великих зала. Кроме Сада бессмертных персиков, это самое важное место на Яшмовом озере... В Зале пилюль хранятся духовные пилюли Яшмового озера, в Зале законов записаны тысячи учений Небесного двора, а в Зале оружия покоится божественное оружие, выкованное руками самой Владычицы-Матери, — взглянув в ту сторону, ответила Цзялань.

— Перед тем как отослать меня прочь, Владычица-Мать воздвигла вокруг Трех великих залов барьер. Если только не вмешается кто-то уровня главного бога, остальным проникнуть внутрь практически невозможно.

— Зал пилюль...

В памяти Линь Цие всплыли бесчисленные сосуды для пилюль, парившие под сводами того зала. Ведь Пилюля вечной жизни и Пилюля нерушимости изначально тоже хранились в Зале пилюль.

Он устремил взор на три дворца, принюхался и, словно что-то почуяв, слегка нахмурился.

— Пойдемте посмотрим.

Линь Цие приблизился к Трем великим залам. Он только собрался шагнуть внутрь, как перед ним разошлась невидимая рябь. Глаза его чуть сузились, и он неторопливо отвел ногу назад.

— Разве не говорилось, что здесь стоит барьер? Мы сможем войти? — спросила Хлоя.

— Сможем.

Линь Цие перевернул ладонь, и из нее выскользнула нить причинности, вплетаясь в стоящий перед ним барьер.

Под воздействием силы «Беспричинной причины» между барьером и Линь Цие протянулась совершенно новая нить причинности. Точно так же, как Линь Цие подчинял себе меч Небесных Густых Облаков, в этот миг он получил частичную власть над барьером.

Линь Цие взмахнул ладонью, и в барьере перед спутниками распахнулся проход. Во взгляде Цзялань отразилось глубокое потрясение.

— Ты не взламывал его грубой силой... Как тебе это удалось?

Линь Цие не ответил. Нахмурившись, он жестом руки остановил следовавших за ним спутников и сам медленно переступил черту барьера.

В следующее мгновение земля под его ногами с грохотом раскололась! Мощный деревянный дракон с яростным ревом вырвался из недр земли, вмиг поглотил его фигуру и стрелой взмыл в поднебесье!

Эта внезапная перемена застала всех позади врасплох.

Глаза Хо Цюйбина сузились. С небес с треском сорвался яростный росчерк молнии, вонзившись в наконечник его копья. Под воздействием силы подчинения, охватившей сияющее оружие, оно тут же обратилось в ревущего громового дракона и ринулось терзать деревянного дракона!

Оба дракона взмыли в облака, но не успели они сцепиться в смертельной схватке, как голова деревянного дракона с оглушительным грохотом разорвалась! Силуэт в лазурных одеждах с обломком меча в руке рассек деревянного исполина изнутри и молнией прочертил небо, обрушившись в самый центр барьера Трех великих залов!

Клубы взметнувшейся пыли окутали фигуру Линь Цие. Взгляд его приковался к площадке перед Залом пилюль.

Там, на каменных ступенях, сидел верхом на синем быке мальчик-пастушок с двумя шпильками в волосах. Он холодно глядел на Линь Цие, и от него волнами расходилась аура уровня главного бога.

— По приказу Си Ванму сей бог поставлен на стражу... Кто посмел вторгнуться в запретные пределы Яшмового озера?!