Глава 1510. Пробуждение Ань Цинъюя

— Огонь жизни… неужели черный?

Сжимая прямой клинок, Чэнь Хань пристально вглядывался в пляшущее над головой чудовища черное пламя; глубоко нахмурившись, он пробормотал:

— Что это вообще такое?..

— Лавкрафтовское существо, — спокойно произнес Линь Цие, появляясь из ночной тьмы.

— Лавкрафтовское? — недоуменно переспросил Чэнь Хань. — Но это же Шанцзин! Откуда здесь лавкрафтовские существа?

— Сам не знаю… Сначала схватим его, а там разберемся.

Линь Цие поднял руку и сжал пальцы в воздухе, целясь в парящую тварь. Тьма вокруг словно ожила и ринулась к ней, сжимая кольцо. Черные цепи одна за другой оплели панцирь чудовища, пытаясь намертво сковать его тело.

Почуяв опасность, тварь бешено зашевелила щупальцами, росшими из мясистого нароста на голове. Ее перепончатые крылья затрепетали с неуловимой для глаза частотой. Раздался резкий металлический лязг, и чудовище непостижимым образом просочилось сквозь оковы тьмы, мгновенно возникнув в десятках метров от прежнего места.

Чэнь Хань слегка опешил, а затем изумленно воскликнул:

— Оно еще и пространством управлять умеет?!

— Дело не в контроле над пространством… — Линь Цие не сводил глаз с искажений времени и пространства, непрерывно рябивших вокруг монстра. — Оно само родом из разлома времени и пространства.

Эти пространственно-временные возмущения были слишком хорошо знакомы Линь Цие: совсем недавно его вместе с остальными богами Великой Ся точно такой же волной забросило по ту сторону стены времени и пространства. Хотя способность этого чудовища искажать время и пространство была ничтожно мала, ее природа и впрямь невероятно походила на силу осколка «Ключа и Врат».

— То-то его аура то пропадала, то появлялась вновь: оно просто ускользало в разлом времени и пространства, — холодно произнес Линь Цие.

— Оно пытается сбежать!

Глядя, как очертания чудовища растворяются в пространстве и времени, Чэнь Хань прищурился. Он уже собирался броситься вперед с клинком наперевес, когда прямо над тварью метнулась темная тень!

— Не уйдет, — сухо обронил Линь Цие. В его руке словно из воздуха возник меч Небесных Густых Облаков, и лезвие с безупречной точностью обрушилось на голову чудовища.

Ночное небо рассекла холодная вспышка!

Едва Линь Цие опустился на землю, как мясистая голова в форме мяча для регби тут же отвалилась и покатилась в сторону.

Обезглавленную тварь силой вытолкнуло из разлома времени и пространства. Покачнувшись в воздухе, она, вопреки всему, не погибла: бешено взмахнув перепончатыми крыльями, она устремилась прочь, в сторону раскинувшегося внизу ночного города!

— И это ее не убило? — удивился Линь Цие. Видя, как тварь носится кругами, словно обезглавленная муха, он тут же указал пальцем ей вслед.

Тьма обратилась в клетку, в мгновение ока запечатав тело монстра в воздухе напротив стеклянного фасада высотки. Лишившись головы, чудовище, похоже, утратило способность возмущать пространство и время и теперь лишь отчаянно колотилось телом о прутья темницы, пытаясь вырваться.

В то же мгновение Чэнь Хань издал резкий свист и спрыгнул с крыши высотного здания вниз!

Боевой скакун, объятый призрачно-зеленым пламенем, вихрем вынесся из-за его спины, надежно подхватил Чэнь Ханя и помчался прямо по отвесной стене высотки к черной клетке.

Шинель звучно хлопала на ветру. Чэнь Хань взмыл с седла, его прямой клинок окутало сияние силы преисподней, и дуговой удар обрушился точно на черное пламя над головой твари!

В единый миг сверкнули сразу несколько росчерков лезвия. Подобно взмаху косы Жнеца, они рассекли огонь жизни чудовища. Тварь, только что яростно бившаяся о прутья темной клетки, внезапно замерла и окончательно лишилась жизни.

Ф-ф-ух!

Сгусток огня преисподней вспыхнул в белой перчатке Чэнь Ханя и в считаные секунды обратил тушу чудовища в пепел. Теперь, какой бы невероятной живучестью оно ни обладало, выжить ему не удалось бы ни при каких обстоятельствах.

Ступая по воздуху, сотканному из тьмы, Линь Цие неторопливо приблизился. Глядя сверху вниз на обратившиеся в ничто останки чудовища, он с легким облегчением заметил:

— Хорошо, что обошлось без жертв.

— Это точно, — вздохнул Чэнь Хань. — Но вот по возвращении мне хлопот хватит: в Шанцзине вдруг объявляется лавкрафтовское существо! Только на отчет у меня уйдет целая ночь… Надеюсь, в штабе смогут определить, что это вообще такое.

— В любых делах, где замешаны лавкрафтовские твари, хлопот не оберешься. Так что перестраховаться не помешает.

Линь Цие указал пальцем вниз. К офисному зданию уже стянулись несколько полицейских машин, а люди, потерявшие сознание на лестницах первого этажа, уже пришли в себя и теперь наперебой, с перекошенными от ужаса лицами что-то втолковывали полицейским. Вокруг стремительно собиралась толпа зевак.

— Разбираться с последствиями оставляю тебе, а я пошел.

— Договорились. Как только штаб даст ответ, сразу сообщу, — кивнул Чэнь Хань.

Фигура Линь Цие дрогнула, и темно-алый всполох растворился под покровом ночи.

***

Появление лавкрафтовского существа вызвало у Линь Цие некоторую тревогу, но, к счастью, его сила была всего лишь на уровне обычного ранга «Клейн». Ни для него, ни для Чэнь Ханя такая тварь не представляла серьезной угрозы. Раз кризис миновал, этот случай оставался всего лишь незначительным эпизодом.

Линь Цие рассекал ночное небо, направляясь к временному жилищу, но вдруг сбавил ход, словно о чем-то вспомнив.

Опустив взгляд на часы, он быстро прикинул в уме…

Ага, посуду после ужина Цао Юань к этому моменту уже наверняка перемыл.

Убедившись, что дома ему не придется мыть тарелки, Линь Цие спокойно толкнул входную дверь — и в ту же секунду перед ним вихрем возник чей-то силуэт!

Увидев несущегося на всех парах Цао Юаня, Линь Цие опешил и машинально отступил на полшага.

— Ты чего?

— Цие! Цинъюй очнулся!!!

Увидев неистовое волнение на лице Цао Юаня, Линь Цие сперва замер, но затем его лицо озарилось безудержной радостью, и он ринулся прямо в комнату.

На постели, привалившись спиной к подушке, сидел Ань Цинъюй. Рядом с кроватью стояла Цзян Эр. Вид у нее был какой-то потерянный, отрешенный; при виде влетевших Линь Цие и Цао Юаня на ее лице не промелькнуло радости — напротив, в нем читалась невыразимая, щемящая печаль.

Однако внимание Линь Цие было полностью приковано к Ань Цинъюю, и он совершенно не заметил странного выражения на лице девушки.

— Цинъюй?! — воскликнул Линь Цие, видя, что тот и правда пришел в себя, и на его лице сама собой расплылась улыбка.

Ань Цинъюй был бледен, словно после тяжелой болезни. Заметив Линь Цие, он слабо улыбнулся:

— Цие… Разобрался с неприятностями?

— Пустяки, управился быстро.

Линь Цие проверил тело Ань Цинъюя духовной силой. Убедившись, что все жизненные показатели в норме, он с облегчением выдохнул, подошел вплотную к кровати и негромко спросил:

— Как ты себя чувствуешь?

— Такое чувство… будто я видел очень, очень долгий сон.

— Что за сон?

— …Сам толком не пойму. Но ощущение такое… будто я стал невесомым призраком и все парил, парил где-то в вышине… Очень странно.

— Ты пробыл без сознания столько времени, странные сны — это нормально, — ободряюще кивнул Линь Цие. — С телом все в порядке?

Услышав этот вопрос, Ань Цинъюй умолк.

Помолчав немного, он все же медленно разомкнул пересохшие губы и, выдавив слабую бледную улыбку, тихо произнес:

— Цие… Кажется, я совсем не чувствую ног.