Глава 1460. Её голос

В полумраке коридора Мо Ли считала номера комнат и наконец остановилась перед одной из дверей.

Опустив голову, она долго колебалась перед дверью, но в конце концов набралась храбрости и постучала.

Тук-тук-тук...

Негромкие звуки отозвались эхом в коридоре, после чего вокруг вновь воцарилась мертвая тишина.

Мо Ли стояла неподвижно, слыша, как в темноте учащенно бьется сердце. Она без конца мысленно подбирала слова, а ладони слегка взмокли.

Секунда, две, три...

Мо Ли простояла у двери около полуминуты, но та так и не открылась.

Она на миг растерялась, а затем постучала снова — на этот раз громче.

За дверью по-прежнему не доносилось ни звука.

Мо Ли слегка поджала губы, сделала глубокий вдох и заговорила первой:

— Линь Цие сказал, что тебе нездоровится. Я принесла аптечку и сварила на площади миску каши... Открой дверь, пожалуйста.

Сказав это, Мо Ли простояла у двери ещё долго.

Если не считать доносившегося с далекой площади шума, в коридоре по-прежнему царила мертвая тишина.

— Толстяк Байли? — нерешительно позвала Мо Ли. — Если ты не хочешь меня видеть, мог бы просто сказать об этом изнутри... Ты меня слышишь?

Мо Ли прождала долго, но за дверью так ничего и не шелохнулось; в её глазах проступило беспокойство.

«Никакого отклика на зов... Неужели он там потерял сознание?»

— Я... я вхожу? — Мо Ли взялась за ручку и попыталась повернуть её, но обнаружила, что дверь заперта изнутри.

Стиснув зубы, она уже собиралась задействовать «Вибрацию всего сущего», чтобы разрушить замок, как вдруг из ручки яростно брызнул гром ян. Вспышка отбросила её ладонь, а сила отдачи заставила отшатнуться на несколько шагов назад.

Мо Ли посмотрела на свою ладонь и застыла на месте.

Тот гром ян... она узнала его. Толстяк Байли был в сознании. Он не хотел впускать её внутрь.

Она крепко сжала кулаки, её грудь тяжело вздымалась:

— Толстяк Байли, я знаю, что ты там! Я пришла не навязываться тебе. Я просто считаю, что нам нужно сесть и нормально поговорить.

Тогда позвал меня в Гуаншэнь именно ты, и продержал под дождем несколько часов тоже ты, и на обереге велел ждать твоего возвращения — тоже ты!.. И ведь я ждала. Я ждала тебя несколько лет и наконец увидела здесь...

Но теперь ты боишься даже открыть дверь, встретиться со мной и сказать хоть слово?! Какой ты после этого мужчина?!

Мо Ли глубоко вздохнула, стараясь хоть немного успокоить чувства, и продолжила:

— В тот день ты заставил меня ждать под дождем несколько часов. Признаю, тогда я разозлилась, но мне давно уже всё равно. А когда позже узнала о том, что с тобой стряслось... ты хоть знаешь, как сильно я переживала за тебя всё то время?

Я взяла в отряде отпуск на неделю, осталась в Гуаншэне и каждый день искала тебя по всей округе... И только потом узнала, что ты стал бойцом особого отряда.

— Сказать по правде, я была очень рада за тебя.

— Ты стал бойцом особого отряда, впереди тебя ждала великая сила, ты должен был обогнать всех... Поэтому я тоже изо всех сил старалась расти, надеясь, что в тот день, когда ты вернешься за мной, я не окажусь для тебя обузой.

И вот наконец... сегодня я снова тебя увидела.

Ты встретил волну чудовищ в первых рядах, спас меня, спас множество людей... И в тот момент я всё думала: когда же ты сам подойдешь ко мне?.. Но ты, хоть и прекрасно меня замечал, каждый раз нарочно избегал встречи и даже не желал показаться мне на глаза.

Что ж, раз ты не идешь ко мне, мне пришлось прийти самой.

Мо Ли достала из-за пазухи сандаловый оберег и бережно положила его на ладонь.

Помолчав немного, она неторопливо произнесла:

— Я пришла к тебе не требовать чего-то... С тех пор как ты стал избегать меня, я в глубине души уже знала ответ.

— Впрочем... это вполне можно понять, — Мо Ли горько усмехнулась. — В конце концов, с нашей истории прошло столько лет. Ты теперь боец знаменитого «Ночного покрова», и совершенно естественно, если за это время ты нашел девушку, которая подходит тебе куда больше...

Я... я ведь просто хотела встретиться и поговорить с глазу на глаз, хотя бы по-дружески.

Но раз уж ты не хочешь меня видеть... пусть будет так.

Мо Ли наклонилась и бережно поставила у двери аптечку и миску с дымящейся рисовой кашей.

Она со сложным чувством посмотрела на согретый ладонью сандаловый оберег, тяжело вздохнула и тоже положила его на пол.

Она выпрямилась, посмотрела на закрытую дверь и тихо произнесла:

— Я возвращаю то, что ты мне подарил... На этом наша история окончена.

Договорив, она не ушла сразу. Мо Ли молча постояла в полумраке коридора и лишь спустя несколько минут покачала головой, после чего скрылась в конце прохода.

Пар от рисовой каши мало-помалу развеивал ледяной вечерний ветер.

За дверью Толстяк Байли сидел на кровати, скрестив ноги. В руках он сжимал нефритовый жезл исполнения желаний, а из Пустоты проступали бесчисленные даосские узоры, непрерывным потоком устремляясь в его тело и почти целиком скрывая его силуэт.

Из уголков глаз застывшей, словно изваяние, фигуры по щекам беззвучно стекали две прозрачные слезы...

...

Туман.

Греция, Олимп.

Среди черных грозовых туч высились переплетающиеся горные хребты. Мощные ветвистые молнии, словно гигантские змеи, скользили меж вершин и облаков, а мертвенно-бледные вспышки озаряли теснившиеся на пиках величественные дворцы.

Вдали от гор в Тумане бушевали яростные морские волны.

Среди бушующих волн стояла изящная фигура в черной мантии Святого Престола. Глядя на далекую непрерывную цепь гор Олимпа, она слегка хмурила брови.

Треск! —

Длинный след молнии рассек небосвод и в то же мгновение ударил в высочайший пик; от раскатистого грохота дрогнула даже морская гладь.

— Богиня Сы, Зевс вышел из тех руин, — из воды за спиной Сы Сяонань поднялась темная тень и глухо произнесла.

— Он один? — Сы Сяонань прищурилась, глядя на вершину.

— Совершенно один. Никаких видимых изменений нет, не похоже, чтобы его осквернил пантеон Ктулху.

— Я поняла, — помолчав немного, спросила она. — Посланный с вестью в Великую Ся уже вернулся?

— Вернулся. Совсем недавно первооснова индийского Храма Дэвов была уничтожена. В этой битве Великая Ся, судя по всему, победила.

Услышав это, Сы Сяонань с облегчением вздохнула.

— И ещё кое-что, — тень помедлила. — Насчет местонахождения богини ночи Никты, которое вы поручили разузнать: появились новости.

— Говори.

— Вернувшись на Олимп, Никта вместе с несколькими преданными главными богами разорвала отношения со сторонниками Зевса. Их междоусобица длилась долго, но выявить победителя так и не удалось. Позже Зевс под тем предлогом, что не желает взаимного истощения греческих богов, предложил Никте сойтись в поединке один на один: победитель забирает власть.

Никта согласилась. Они сошлись на вершине горы Олимп и бились три дня и три ночи, так и не выявив сильнейшего. Но никто не ожидал, что Зевс вступит в сговор с индийским Храмом Дэвов: Брахма нанес коварный удар издалека и тяжело ранил богиню ночи, чьи силы к тому времени уже почти истощил Зевс.

Превозмогая тяжелые раны, Никта с боем прорвала окружение и вместе с несколькими верными главными богами ушла прямо на север...