Глава 1445. Ты… смерти ищешь?!

— Командир Мяо!

Посреди волны чудовищ, стоило лишь рухнуть огромному быкоподобному исполину, хрупкий силуэт с косой в руках вдруг замер и, пошатнувшись, стал валиться назад.

Хунъин громко вскрикнула и стремительно бросилась вперед, бережно подхватив тело Мяо Су. Кожа, которой коснулись кончики пальцев, уже стремительно холодела.

— Командир Мяо! — слегка покачивая ее, звала Хунъин, и ее глаза совсем покраснели от слез.

— Хунъин… не беспокойся обо мне, — лицо Мяо Су бледнело, но на губах играла слабая улыбка. Она тихо прошептала: — Мой долг… исполнен. Теперь… держать оборону вам.

Длинная коса тяжело выпала из рук Мяо Су на землю. Лезвие было сплошь багровым — неизвестно, сколько крови чудовищ оно вобрало в себя.

Глаза Мяо Су тихо закрылись, но улыбка так и не сошла с ее губ. Дыхание постепенно замерло, и она затихла, словно просто уснула.

Рев чудовищ вокруг гремел не смолкая. Глядя на это, Хунъин даже не успевала отдаться скорби; уперевшись ногами в землю, она медленно поднялась.

Слезы одна за другой катились по ее щекам, а кисть на наконечнике копья вспыхнула яростным пламенем.

— Хунъин… — Вэнь Цимо подошел к ней. Глядя на неподвижное тело на земле, он приоткрыл рот, словно пытаясь найти слова утешения, но так и не решился заговорить.

Хунъин смахнула слезы с уголков глаз, закусила губу и глубоко вздохнула:

— Я понимаю. Это поле боя, сейчас не время предаваться горю…

— Приближаются еще чудовища, — рука Мо Ли, сжимавшая широкий клинок, слегка подрагивала. Глядя на нескончаемую вереницу разъяренных тварей вдалеке, она хрипло произнесла: — Командира Мяо больше нет… Как нам теперь держать оборону?

Хунъин опустила взгляд на сияющую эмблему в ладони и спокойно ответила:

— Командир Мяо ушла. Теперь настала наша очередь…

Р-р-ра-а-а!..

Потрясающий небо и землю рев донесся из стаи чудовищ: четыре исполина ранга «Клейн» ступали по залитой кровью земле, а позади этой орды мчался даже божественный зверь, который прорвал заслон Пределов человечества и несся напролом прямо сюда.

Жуткое давление навалилось на плечи троицы; казалось, они взвалили на себя исполинскую гору — даже выпрямить спину стало невыносимо трудно.

Грудь Мо Ли тяжело вздымалась. В ее глазах мелькнуло отчаяние, но она тут же безжалостно подавила его. Медленно подняв широкий клинок, девушка глубоко вздохнула; на ее лице застыли лишь непреклонная решимость и готовность умереть.

Такая пропасть в силе, такое число врагов… Даже если они применят «Зов духов и богов», вряд ли это хоть что-то изменит… Но раз уж они стоят здесь, то обязаны исполнить свой долг — пусть даже удастся выиграть лишь считанные секунды.

Она достала из-за пазухи эмблему, и в то самое мгновение, когда собиралась вонзить ее в тело, небо над головой внезапно померкло.

Все трое замерли и подняли головы.

В небесах уже не было видно тусклого заката: непроглядная тьма ночи, словно густая тушь, стремительно растекалась из-за заставы Чэньнань.

— Стемнело? — недоуменно нахмурилась Хунъин.

— Нет… это не просто стемнело, — Мо Ли будто о чем-то догадалась, и в ее глазах вспыхнул робкий огонек. — Это…

Под покровом ночи медленно проступили очертания парящей в воздухе исполинской горы. С нее сорвалась фигура и сияющим росчерком устремилась вниз.

Земля под ногами яростно содрогалась. Под оглушительный рев четыре исполина ранга «Клейн» уже подступили к заставе Чэньнань. Их массивные туши, похожие на черных быков, заслонили небо, а пара острых рогов подняла вихри и со свистом метнулась к троим защитникам!

И в этот миг прямо перед ними с грохотом обрушилась чья-то фигура!

Бум-м-м!..

В воздух взметнулись клубы пыли, на мгновение сверкнул ослепительный луч меча —

и толстый, несокрушимый бычий рог был рассечен, точно мягкий тофу, и тяжело рухнул оземь. Срез оказался идеально гладким.

Под мучительный рев черного быка ударная волна рассеяла пелену пыли. У ног колосса фигура в темно-красном плаще со сжатым в руке мечом медленно подняла голову…

В золотых глазах, пылающих подобно плавильной печи, бушевала невиданная прежде ярость!

— Ты… смерти ищешь?!

Ба-а-ам!..

В тот миг, когда этот взгляд сфокусировался, внезапно обрушилось невыразимо чудовищное давление, словно Тиран со сжатым в руке мечом заставил черного быка размером с холм сантиметр за сантиметром склонять голову, а все его тело неудержимо забилось в дрожи!

В пустых круглых глазах твари впервые появилось подобие чувств… страх.

От этого человека, крошечного, словно муравей, исходила леденящая душу аура — казалось, довольно одной лишь его мысли, чтобы оборвать ее жизнь!

Темно-красная фигура подняла ладонь. Тьма ночи выплеснулась из-под краев плаща, слилась с чернотой в небесах и, подобно паре невидимых гигантских рук, обхватила тушу чудовища и с силой потянула в стороны!

Под отчаянный визг исполина посреди его туловища разошлась кровавая полоса. Тело стало распадаться надвое; рана ширилась, пока ночная тьма попросту не разорвала зверя на части!

Визг чудовища оборвался.

Алая кровь залила землю. Столь жестокая и свирепая расправа намертво ошеломила оставшихся трех чудовищ: они резко затормозили, намереваясь ринуться в обход, но яростный рык приближающегося сзади божественного зверя заставил их вновь понестись вперед.

Темно-красная фигура осталась стоять на месте, не шелохнувшись и не выказывая ни малейшего намерения отступить.

— Воспрянь, гром ян; сокруши тысячи зол!

Раздался голос, и исполинская диаграмма Тайцзи Багуа в мгновение ока накрыла все небо. Сноп слепящих молний, словно меч, рассек облака и с ювелирной точностью пронзил голову одного из черных быков-чудовищ!

Электрические разряды заплясали по телу исполина, вмиг уничтожив в нем жизнь. По инерции туша рухнула оземь, подняв облако пыли, которое накрыло стоявшую прямо перед ней Мо Ли.

Услышав этот знакомый голос, Мо Ли едва заметно вздрогнула.

Она подняла глаза и сквозь клубы пыли увидела лишь пухловатый силуэт, неколебимо стоявший прямо на диаграмме Багуа.

— Хе-хе-хе-хе…

Вдруг раздался жуткий, свирепый смех. Окутанная пламенем ша-ци фигура, волоча за собой прямой клинок, молнией метнулась к ногам еще одного чудовища.

Клиночный росчерк ша-ци взметнулся к небесам и в один миг рассек исполина пополам. Хлынули потоки крови, и две половины туши с тяжелым стуком повалились на землю.

На залитой кровью земле ухмыляющаяся фигура, держа прямой клинок, плавно вернула его в ножны, и черное пламя ша-ци втянулось обратно в лезвие.

Среди рассеивающейся ша-ци свирепого вида фигура в темно-красном спокойно подняла голову, и в ее глазах не отразилось ни единой волны.

Последний черный бык-чудовище неудержимо несся вперед, но в воздухе мелькнула незримая стена из тонких нитей — и в следующее мгновение его тушу рассекло на бесчисленные куски, которые бесформенной жижей шмякнулись оземь.

Из воздуха возник морозный лед, в считанные мгновения сковавший останки. А у края стены из нитей неспешным шагом показался силуэт с черным гробом за спиной.