Глава 1245. Извлечение способности

Поколебавшись немного, Линь Цие первым делом перевёл взгляд на рулетку способностей Гильгамеша.

«Суть царской власти», «Заклятие живых существ», «Канон обольщения дев», «Меч владычества»…

Линь Цие спокойно произнёс:

— Начать.

Едва прозвучали эти слова, как секторы на круге завертелись с бешеной скоростью.

По правде говоря, за этот розыгрыш Линь Цие ни капли не волновался. Опыт с предыдущими пациентами подсказывал, что извлечение способности на пятидесяти процентах прогресса лечения служило гарантированной страховкой: каждый раз в этот момент выпадали ключевые Божественные руины соответствующего божества.

Линь Цие уже догадывался, что именно ему достанется.

Спустя долгое время стрелка наконец замерла на одной из ячеек.

«

Владычный закон финала (Божественные руины Государя):

В пределах охвата Божественных руин вы являетесь абсолютным владыкой. Любые формы энергии, чья мощь не превосходит вашу, принудительно подчиняются вам, включая, помимо прочего, Запретные руины, Божественные руины и предметы, обладающие силовыми полями. С помощью „Царского закона“ вы можете в определённой степени повелевать этими потоками энергии.

Энергию, превосходящую вас по силе, вы также можете нарушать и сбивать с помощью „Царского закона“; действенность вмешательства зависит от разницы в силе.

»

Прочитав описание способности, Линь Цие резко втянул в себя воздух.

Хоть он заранее предполагал такой исход, но, увидев формулировку своими глазами, всё равно не удержался от изумления перед чудовищной силой этой способности.

Проще говоря, стоило развернуть «Владычный закон финала», как он мог создавать помехи для любых Запретных руин и даже Божественных руин в зоне действия. А перед лицом противников своего или более низкого ранга он мог и вовсе перехватывать управление их Запретными руинами.

В памяти Линь Цие всплыла сцена из ада, когда Божественные руины серафима Уриила были насильно подчинены им самим из будущего.

Так вот чем это было… «Владычный закон финала»…

— Что выпало? — поинтересовался Гильгамеш.

— «Владычный закон финала».

— Превосходно.

Гильгамеш кивнул, выглядя чрезвычайно довольным.

Линь Цие совладал с чувствами, отстранившись от ликования из-за получения «Владычного закона финала», и повернулся ко второй рулетке способностей.

Это было последнее извлечение у Сунь Укуна.

Линь Цие глубоко вздохнул:

— Начать.

Стрелка заскользила по секторам быстро вращающегося колеса, и сердце Линь Цие тут же сжалось.

«Огненно-пламенные очи», «Алмазное тело», «Три головы и шесть рук», «Воплощение первозданного духа», «Заклятие обездвиживания», «Тюремный круг»…

Под напряжённым взглядом Линь Цие стрелка плавно остановилась в одном из секторов.

— Спасительные волоски?

Прочитав четыре иероглифа, Линь Цие застыл в недоумении:

— Что это ещё за штука…

«

Спасительные волоски:

Подарок бодхисаттвы Гуаньинь. Всего три волоска, способные отвести три смертные беды.

»

Линь Цие перечитал эту строчку раза три или четыре и лишь затем со странным выражением лица потёр подбородок.

Давненько ему не попадалось столь простое и понятное описание…

Перед извлечением Линь Цие всем сердцем уповал на мощные боевые навыки вроде «Алмазного тела» или «Трёх голов и шести рук», и меньше всего ожидал получить расходуемую спасительную способность.

Впрочем, тоже неплохо. Хоть никакой практической боевой ценности она и не несла, в критический миг могла спасти жизнь.

А спасения собственной жизни не было ничего важнее.

Линь Цие коснулся кончиком пальца четырёх иероглифов, и в его тело хлынул тёплый поток, сгустившийся на затылке тремя белоснежными волосками.

Линь Цие провёл по ним рукой: на ощупь они были чуть прохладными, но в остальном ничем не отличались от обычных волос.

Когда он уже собирался покинуть лечебницу, стоявший поодаль Гильгамеш внезапно окликнул его:

— Погоди.

Линь Цие с недоумением обернулся.

Гильгамеш сжал пустоту ладонью, и прямо в его руке возникла уменьшенная версия разбитой сокровищницы.

Эта сокровищница была частью воплощения его закона мироздания «Государь», и даже когда физическая плоть вернулась в состояние духовного тела, она смогла последовать за ним в психиатрическую больницу всех богов.

— Сокровищница царя? — Линь Цие вскинул бровь. — Как она?

— Скверно. Само основное тело сокровищницы разбито, а её способности почти полностью утрачены. В скором времени её не восстановить, остаётся лишь крупица за крупицей латать её законом мироздания. — Гильгамеш поднял палец, и из сокровищницы вылетели два луча света, опустившись перед Линь Цие.

Это был высокий кубок из тёмного золота, наполненный чуть менее чем наполовину алой винной влагой, и бледно-голубая монета.

— «Чаша» и «Пентакль»? — опешил Линь Цие.

— После того как сокровищница раскололась, многие божественные артефакты пропали, включая «Скипетр» и «Меч». Скорее всего, их кто-то тайком унёс, — помолчав, произнёс Гильгамеш. — Сейчас сей царь заперт в этой лечебнице и выйти не может, так что возьми эти два божественных артефакта себе для самозащиты. «Чаша» вобрала в себя жизненную силу Трёх богов Шумера, её хватит ещё на одно или два масштабных желания. Свойства «Пентакля» ты знаешь и сам, однако побочный эффект от него слишком суров: без крайней нужды старайся к нему не прибегать. Что же до прочих божественных артефактов, для каждого из них требуется божественная сила, так что, даже пожелай сей царь отдать их тебе, воспользоваться ими ты бы всё равно не сумел.

Линь Цие обрадовался и, взяв «Чашу» с «Пентаклем», ответил:

— Спасибо.

— Не благодари меня… — Гильгамеш словно вспомнил о чём-то, лицо его слегка перекосило, он приоткрыл рот, будто колеблясь, стоит ли говорить.

— В чём дело? — недоуменно спросил Линь Цие.

— Сей царь… только что применил «Пентакль».

Заметив перемену в лице Гильгамеша, Линь Цие вдруг всё понял:

— Дурное знамение?

— Верно. Побочный эффект «Пентакля» не под силу выдержать даже сему царю. К счастью, сей царь находится в стенах этой лечебницы, так что любая опасность будет сведена правилами больницы к минимуму и жизни вряд ли угрожает… Однако неудача никуда не денется.

— Что ты имеешь в виду?

— Неудача явится за сим царём, но сей царь укрылся в этой лечебнице. А эта лечебница… находится в твоей голове.

Линь Цие замер и против воли раскрыл рот:

— Ты хочешь сказать, что она может обрушиться на меня?..

— Не то чтобы обрушиться… скорее разделиться? Возможно, ты разделишь этот побочный эффект с сим царём пополам, так что для каждого из нас он окажется не слишком суровым, — постарался успокоить его Гильгамеш.

— …

После недолгого онемения Линь Цие вздохнул и смиренно произнёс:

— Понял. Буду начеку.

А куда деваться, если лечебница действительно находилась в его голове? Гильгамеш пустил в ход «Пентакль», чтобы выручить их всех, так что разделить скромную расплату Линь Цие был обязан.

Сознание Линь Цие покинуло психиатрическую больницу всех богов.

Лишь когда Линь Цие ушёл, Гильгамеш неторопливо поднялся со своего места во дворе, отряхнул серое одеяние и направился прямиком к своей палате.

В этот самый миг с первого этажа, со стороны кухни, донёсся звук взрыва!

— Беда, слишком сильное пламя пыхнуло! — тут же раздался испуганный вопль санитара.

В следующее мгновение раскалённый котелок, доверху набитый головками чеснока и сырыми овощными листьями, со свистом вылетел из коридора и с ювелирной точностью наделся на голову проходившего мимо Гильгамеша!