Глава 1021. Вопрос к сердцу на краю отвесной скалы

Фан Мо ошеломлённо смотрел на падающий силуэт и молчал. В его голове осталась лишь та решимость и гордость, с которой Лу Баою вырвал свою руку.

Постояв на месте в тишине ещё немного, он глубоко вздохнул и продолжил медленно карабкаться к вершине горы.

Фигура Лу Баою стремительно неслась вниз вдоль отвесной скалы.

В тот самый миг, когда он уже готов был рухнуть на дно ущелья и разбиться вдребезги, Линь Цие на вершине утёса разомкнул губы, что-то тихо прошептал, и из небытия закружился вихрь. Подхватив тело Лу Баою, порыв ветра плавно опустил его на землю.

Все силы Лу Баою были исчерпаны до капли. Обессиленный, он лежал на снегу, глядя на теряющийся в вышине край скалы, и закрыл глаза.

— …Такую же ошибку я второй раз не совершу, — пробормотал он себе под нос.

Выла метель. Новобранцы вокруг стали подходить, пытаясь помочь Лу Баою подняться, но тот лишь тихо лежал в снегу, не шевелясь, словно замертво.

На краю отвесной скалы у Линь Цие, отдыхавшего с закрытыми глазами, едва заметно дрогнули в улыбке уголки губ.

У подножия утёса Су Юань и Дин Чунфэн, собиравшиеся начать восхождение, поравнялись с Лу Баою. Увидев, как его фигуру постепенно заносит снегом, Дин Чунфэн уже потянулся, чтобы поднять его, но стоявшая рядом Су Юань остановила его:

— Не трогай его. Он сосредоточенно восстанавливает силы.

Помолчав немного, Дин Чунфэн всё же вздохнул, обошёл Лу Баою и начал карабкаться по отвесной скале.

Время шло. К этому моменту почти половина новобранцев добралась до подножия утёса и один за другим принялась за подъём.

Су Чжэ согнулся пополам, упираясь ладонями в колени, и, тяжело дыша, смотрел на уходящую в облака громаду скалы. На его бледном лице проступила горечь.

— Ну и смертоубийство…

Недолго передохнув на месте, он вместе с остальными начал подъём.

В лагере сборов инструкторы давно обучили их навыкам выживания в экстремальных условиях, в том числе и свободному лазанию без снаряжения. Однако из-за ограничений местности им ни разу не доводилось применить это на практике.

Одолев на одном дыхании едва ли пятую часть пути, Су Чжэ по-настоящему осознал, насколько это трудно.

Он застыл между двумя выступающими камнями. Мышцы рук начали мелко дрожать от ноющей боли, из-за всё более разреженного воздуха приходилось дышать чаще, но даже при этом сознание постепенно затуманивалось.

Су Чжэ глубоко вдохнул, усилием воли заставил себя взбодриться и шаг за шагом продолжил ползти к вершине.

К этому времени новобранцы, не в силах терпеть, уже то и дело срывались вниз мимо Су Чжэ. Однако лишь считанные единицы падали со скалы от полного истощения сил, как Лу Баою. Большинство чувствовало, что достигло своего предела, и прыгало вниз добровольно.

Каждый раз, когда они приближались к земле, плотный вихрь надёжно перехватывал их тела, уберегая от травм.

Они бессильно валились на землю, тяжело хрипя, а в их глазах плескалось отчаяние.

Невозможно…

Для них это было попросту невыполнимой задачей.

Су Чжэ изо всех сил старался отвлечься, не думать об усталости и, стиснув зубы, дюйм за дюймом перемещал закоченевшее тело.

В этот момент сверху, с отвесной скалы, внезапно и отчётливо разнёсся голос, эхом зазвучавший в ушах каждого карабкающегося новобранца:

— Если не можете держаться дальше, лучше сдайтесь.

Инструктор Линь?

Су Чжэ опешил и в изумлении задрал голову, глядя на смутно виднеющийся край скалы.

Остальные новобранцы — те, кто лез наверх, те, кто только готовился начать, и те, кто уже сорвался вниз, — тоже в недоумении подняли взгляды. Голос инструктора Линя здесь знали все.

— Если вы не можете преодолеть эту гору, значит, ни ваша сила, ни ваша стойкость не являются выдающимися. Раз так, зачем вы упорствуете в желании вступить в Ночные стражи? — вновь раздался голос Линь Цие, неторопливым эхом разносясь по затихшему ущелью. — Знаете ли вы, каков ежегодный уровень смертности среди Ночных стражей Великой Ся?

За год в среднем погибает в бою каждый седьмой страж. Скорость этих потерь превосходит даже число ежегодно прибывающих новобранцев. И девяносто пять процентов из тех, кто отдал жизнь, пали во время зачистки от мистики.

Когда начнётся война, вам, новобранцам, придётся взвалить на свои плечи долг по защите городов. Вы действительно готовы поставить на кон собственные жизни, чтобы защищать гибнущих людей?

Если не готовы, пойти на попятную ещё не поздно.

Не нужно больше держаться. Достаточно просто выбыть из этого испытания — и вы сможете сойти с дистанции, вернуться в обычный мир, оказаться вдали от резни, смертей и бесконечной боли. Вам не придётся вставать перед десятками миллионов сограждан в рядах Ночных стражей — вы сможете со спокойной душой стать одними из тех десятков миллионов, кого защищают.

Это ваш последний шанс сделать выбор, прежде чем вы ступите на не знающую возврата, заросшую терновником стезю Ночных стражей.

Слова Линь Цие смолкли, и новобранцы внизу погрузились в молчание.

На отвесной скале в глазах изнурённых бойцов забрезжили мучительные сомнения. Кто-то по-прежнему с непоколебимой решимостью лез вверх, а кто-то с глухим стоном зажмурился, поддался внутренней слабости и спрыгнул со скалы в пустоту.

Пальцы Су Чжэ мёртвой хваткой вцепились в скальный выступ. Он был бледен как полотно; слова Линь Цие непрестанно отдавались у него в голове, а на лице читалась мучительная внутренняя борьба.

Действительно ли он… готов стать Ночным стражем?

Эти несколько месяцев тренировок и впрямь сильно изменили его — по сравнению с прежним затворником Су Чжэ перемены были поистине разительными.

Но, как только что сказал Линь Цие, готов ли он пожертвовать собой ради спасения попавших в беду людей? Готов ли он ступить на этот путь без возврата, усеянный шипами?

…Вряд ли.

В конце концов, он пришёл на эти сборы новобранцев исключительно ради младшей сестры, Су Юань.

Он прекрасно помнил ту автокатастрофу, когда у них с сестрой одновременно пробудились Запретные руины. Вскоре после этого Ночные стражи сами вышли на них. В первое же мгновение, получив приглашение, он инстинктивно хотел отказаться: ведь он, Су Чжэ, был лишь закоренелым затворником с сестринским комплексом, и у него не было столь великих стремлений спасать мир.

Если бы глубокой ночью, пойдя в туалет, он случайно не увидел, как Су Юань тайком собирает вещи, собираясь одна отправиться в Шанцзин и вступить в ряды Ночных стражей, он, быть может, за всю жизнь так и не покинул бы тот крошечный уездный городок.

Приходилось признать: отпустить Су Юань к Ночным стражам одну он попросту не мог.

Сейчас, на продуваемой ветром и снегом отвесной скале, Су Чжэ вновь обратился к своим изначальным побуждениям, раз за разом вопрошая собственное сердце, готов ли он стать Ночным стражем.

Ответ был один… нет.

В то самое мгновение, когда эта мысль всплыла в голове Су Чжэ — то ли по его собственной воле, то ли оттого, что тело уже дошло до крайнего предела, — его пальцы разжались. И он, словно птица с перебитыми крыльями, бессильно рухнул вниз из-под самых облаков.