Глава 887. Действуй, исходя из обстоятельств

Услышав эти слова, Линь Цие слегка нахмурился.

Привратник на Луне?

Тем, кто находился на Луне и вдобавок обладал «Божественным царством бренного мира», мог быть только серафим Михаил... Но почему Чэнь Янжун назвал Его «привратником»?

К тому же, судя по реакции Чэнь Янжуна, он явно испытывал сильный страх перед «Божественным царством бренного мира»?

Золотые зрачки Линь Цие яростно пылали. Он вскинул Рассекатель белизны и единым взмахом отсек руку Чэнь Янжуна. Лицо старика исказилось от невыносимой боли, казалось, куда более сильной, чем прежде; кровь брызнула фонтаном, но на этот раз отрубленная рука не восстановилась, как до этого голова.

Сработало!

В разъяренных глазах Линь Цие мелькнул проблеск ясности.

Хоть он и не знал причины, но «чудо», сотворенное «Божественным царством бренного мира», похоже, могло до определенной степени сдерживать силу останков гигантского зверя?

— Проклятье! Будь проклято это «чудо»! — Чэнь Янжун уставился на свое сочащееся кровью плечо, затем повернулся к Линь Цие с неописуемой яростью на лице.

Словно почуяв исходящую от Линь Цие угрозу, покрывавшая его тело плоть желудочной стенки резко вздулась и закорчилась. Чэнь Янжун с силой высвободил обе руки и яростно выбросил их вперед, метя схватить Линь Цие!

Кровавые щупальца, обвитые молниями, одно за другим вырвались из толщи желудочной стенки и, рассекая мрачные морские глубины, с поразительной скоростью устремились пронзить тело Линь Цие!

Сжимая в руке Рассекатель белизны, Линь Цие нырнул в Пустоту. Окружающий мир выцвел до черно-белых тонов. Подобно призраку, юноша скользил сквозь пространство, уклоняясь от всех громовых щупалец.

Ощутив колебания ауры в атаке Чэнь Янжуна, Линь Цие слегка удивился.

Сила Чэнь Янжуна словно бы заметно уступала его рангу?

Линь Цие отчетливо помнил: когда Чэнь Янжун только высвободил духовное давление, оно соответствовало пику ранга «Клейн». Но теперь, судя по ударам, его мощь едва дотягивала до уровня обычного ранга «Клейн» и не несла в себе того подавляющего гнета, которого ожидал Линь Цие.

Немного поразмыслив, Линь Цие понял, в чем дело.

Ранг Чэнь Янжуна целиком проистекал из остаточной силы трупа гигантского зверя. Его так называемое «приближение к божественному чуду за четыре дня» было всего лишь обманчивым ощущением могущества от прилива чудовищной энергии в тело. К тому же его разум давно подчинил себе труп зверя, лишив всякого рассудка, из-за чего старик подсознательно до бесконечности преувеличивал мощь богов Ктулху — отсюда и бралась его прежняя спесь.

Самое же главное заключалось в том, что сам Чэнь Янжун был всего лишь простым рыбаком, у которого даже не пробудились Запретные руины. И пусть его ранг насильно вознесли до «Клейна», ему попросту нечем было реализовать эту мощь: самое большее — управлять для атак остатками туши зверя. С настоящими обладателями ранга «Клейн» он не шел ни в какое сравнение.

Осознав все это под непрестанным разъедающим влиянием алой луны, Линь Цие почувствовал, как мысли текут все медленнее и медленнее. На смену рассудительности пришла слепая, непоколебимая уверенность в собственных силах и неудержимо растущая жажда убийства.

Сделав шаг из Пустоты, Линь Цие миновал завесу из бесчисленных щупалец и очутился прямо перед Чэнь Янжуном.

В бурлящей черной морской воде, точно водяные змеи, скользили кровавые дуги молний. Глаза Линь Цие налились багрянцем. Презрев опасность вокруг, он сжал Рассекатель белизны и с поразительной скоростью устремился снести голову Чэнь Янжуна!

Он намеревался сразить врага одним ударом!

Во взгляде Чэнь Янжуна проступила насмешка. На его теле вдруг один за другим вздулись жуткие мясные наросты; неистово шевелясь, они раскрыли налитые кровью глазные яблоки, которые в упор уставились на несущегося к нему Линь Цие.

Их взгляды сгустились в материальные лучи и, подобно терниям из алой крови, брызнули вперед, в мгновение ока пронзив тело Линь Цие добрым десятком зияющих кровоточащих ран!

Кровь хлынула из ран, распустившись в полумраке глубин безмолвной призрачной маньчжусакой. Линь Цие, которому оставалось лишь мгновение, чтобы снести голову Чэнь Янжуна, глухо застонал и лишился сил. Окутанный клубами собственной крови, он начал беспомощно погружаться в морскую пучину...

Лишь в этот миг ярость и безумие в его глазах немного угасли, вернув крупицу ясности.

Проклятье! Его разум снова помрачился!

Поняв, почему Чэнь Янжун так слаб, Линь Цие позволил своей уверенности разрастись до непомерного высокомерия и в приступе буйного помешательства пошел напролом в лобовую атаку...

Потеряв рассудок, он даже не задумался о том, что сколь бы слаб ни был ранг «Клейн», обладателю ранга «Безмерный» все равно не совладать с ним с легкостью.

К тому же они находились внутри исполинского зверя, а для Чэнь Янжуна это было безусловным преимуществом собственного логова. Бездумное нападение вслепую стало несомненным путем к гибели.

Но осознал он это слишком поздно.

Только что нанесенный удар Чэнь Янжуна тяжело ранил Линь Цие: сквозные раны сковали движения, а при такой чудовищной потере крови юноша очень скоро умер бы от истощения.

Чэнь Янжун с холодной усмешкой смотрел на Линь Цие, медленно погружающегося в кровавую дымку, и, вытянув ладонь, снова сжал ее в кулак, целясь в него.

Множество щупалец с бешеной скоростью вспенили воду; огромные стремительные водовороты один за другим забурлили внутри необъятного желудка твари. По их поверхности заплясали кровавые молнии, обращая воронки в жуткие жернова из грозового света, готовые затянуть Линь Цие в свои недра.

Под напором бурного течения Линь Цие не мог удержать равновесие и беспомощно понесся к ближайшему водовороту.

И в этот самый миг темно-синий силуэт стрелой рассек толщу воды. Проскользнув меж кровавых молний, Цзялань протянула руки и крепко обняла Линь Цие!

Теплое, нежное прикосновение коснулось спины Линь Цие.

Линь Цие обернулся: Цзялань с улыбкой смотрела на него. Черные волосы, перевязанные красным шнурком, плавно колыхались в воде, а глаза, подобные черным самоцветам, сияли, словно звезды.

В морской пучине Цзялань приоткрыла рот и, едва шевельнув губами, беззвучно произнесла четыре слова:

— Действуй, исходя из обстоятельств.

Сияние вырвалось из тела Цзялань и хлынуло в Линь Цие.

Хлещущая кровь перестала течь, разъедаемые морской водой раны затянулись, а помраченный скверной алой луны рассудок вдруг обрел небывалую прежде ясность... Его тело словно навеки застыло в этом мгновении: ничто во внешнем мире больше не могло причинить ему вреда.

«Нерушимость».

Она отдала «нерушимость» ему?!

Лишившись защиты «нерушимости», теперь Цзялань стала обычной смертной: от удушья и чудовищного давления морской бездны ее лицо на глазах стремительно бледнело.

Зрачки Линь Цие резко сузились. Без малейших колебаний он открыл рот и сквозь толщу воды продекламировал:

— Осенней ночью веет свежий ветер, и чистый воздух гонит зной и муть!

Поток свежего ветра хлынул из Пустоты, оттеснил толщу окружающей воды и окутал Цзялань за его спиной. Чистый воздух наполнил легкие Цзялань, и к ее побледневшему лицу вернулись краски.