Глава 856. Я хочу...

Конкретный эффект этой способности можно было оценить только на практике, в реальном бою. Линь Цие взглянул на время, вывел сознание из психиатрической больницы всех богов и вернулся в своё основное тело.

Едва он открыл глаза, как в полумраке у края его кровати поднялся чей-то крадущийся силуэт и, держа в руке оперённую стрелу, тихонько направил её прямо в грудь Линь Цие.

Линь Цие опешил.

— Цзялань, что ты делаешь? — озадаченно спросил он.

Крадущаяся фигура резко замерла на месте.

— ... — уголок рта Цзялань бешено задёргался.

Она ведь предельно затаила своё присутствие и подкралась к кровати, пока Линь Цие крепко спал, но кто мог ожидать, что он проснётся сам именно в тот миг, когда цель была уже так близка?!

Положение Цзялань вмиг стало до крайности неловким.

— М-м... — сжимая оперённую стрелу, Цзялань застыла: ни продолжить, ни отступить.

— Цзялань, что это у тебя в руке?

Заметив у Цзялань оперённую стрелу, Линь Цие с недоумением во взгляде протянул руку, собираясь дотронуться до неё...

Хвать!

Цзялань резко выбросила руку вперёд и вцепилась в запястье Линь Цие.

Линь Цие, чью руку она перехватила, в полной растерянности замер.

— Не двигайся! — в темноте щёки Цзялань пылали пунцовым румянцем.

Сквозь занавески пробивался бледный лунный свет, ложась на белоснежную постель. Цзялань посмотрела сверху вниз на смутно различимое лицо Линь Цие, затем перевела взгляд на стрелу бога любви в своей руке. Сердце готово было выпрыгнуть из груди, но во взгляде девушки вспыхнула решимость!

Она ведь даже одолжила стрелу бога любви, да и обстановка сложилась самая подходящая. Если не вонзить её сейчас, то мало того, что все труды пойдут насмарку, так потом ещё и стыдно будет Линь Цие на глаза показаться!

Отступит сейчас — другого шанса может уже и не быть...

Если не подтолкнуть этого непрошибаемого чурбана, до его дубовой башки вовек ничего не дойдёт!

Моя судьба зависит от меня, а не от небес!

Ради счастья на всю оставшуюся жизнь — сегодня пан или пропал!

Цзялань глубоко вздохнула, единым махом запрыгнула на кровать и навалилась Линь Цие на поясницу. Одной рукой она намертво вцепилась в его запястье, а второй высоко занесла стрелу бога любви и яростно вонзила её Линь Цие в грудь!

От такого внезапного выпада Линь Цие вздрогнул. Он инстинктивно вскинул вторую руку и молниеносно перехватил оперённую стрелу во тьме.

Обе ладони одновременно стиснули древко. Под напором столкнувшихся сил наконечник в форме сердца замер над самой грудью Линь Цие, мелко подрагивая.

Однако сила Цзялань была чересчур велика: даже Линь Цие не мог одолеть её в прямом противоборстве. В этой борьбе наконечник-сердечко медленно, но неумолимо вдавливался Линь Цие в грудь.

— Цзялань... что ты задумала? — сглотнув слюну, не удержался Линь Цие.

— Я хочу...

Облачённая в тёмно-синее ханьфу, Цзялань сидела верхом на Линь Цие и изо всех сил вонзала оперённую стрелу с сердечком ему в грудь. В этот миг она словно перестала быть Цзялань из отряда «Ночной покров», превратившись в отважную воительницу, не склоняющую головы перед судьбой!

Глядя на раскрасневшееся упрямое лицо Цзялань, Линь Цие ощутил, как в сердце что-то дрогнуло, и пальцы, сжимавшие стрелу, чуть разжались.

Ба-бах!..

От бешеного напора кровать под Линь Цие с грохотом рухнула. Оба повалились на пол среди взметнувшихся щепок.

В глазах Цзялань блеснул огонёк. Она мгновенно перенесла собственную нерушимость на стрелу бога любви в руке, вырвала её из хватки Линь Цие, и наконечник глубоко вошёл ему в грудь.

Оперённая стрела с сердечком обратилась в розовое мерцание и бесследно исчезла.

Линь Цие так и остолбенел на месте.

Тусклый лунный свет рассеивал мрак в комнате, пух из разорванного одеяла кружился, словно снежинки. Посреди усыпанного щепками пола Цзялань в тёмно-синем ханьфу сидела верхом на Линь Цие и, тяжело дыша, смотрела на него сверху вниз. Так они и застыли, глядя друг другу в глаза.

— Что стряслось?

— Не знаю, из соседней комнаты грохнуло так, будто взрыв!

— Что? Нападение врагов?!

— Быстрее! Идём проверим!

— ...

В коридоре поднялся встревоженный шум инструкторов, и в следующее мгновение дверь в комнату Линь Цие распахнулась от мощного пинка!

Бам!..

Сжимая оружие и пылая жаждой битвы, инструкторы уже готовы были ворваться внутрь, но, увидав в полумраке двусмысленную позу Цзялань и Линь Цие, а вокруг — обломки рухнувшей кровати, застыли на пороге, точно каменные изваяния.

Цзялань: — ...

Линь Цие: — ...

* * *

Город Шанцзин.

Самолёт плавно коснулся земли. Цзо Цин, накинув тёмно-красный плащ, с прямым клинком на поясе, с бесстрастным лицом шагал по коридорам штаб-квартиры Ночных стражей.

— Командующий Цзо.

— Здравствуйте, командующий Цзо.

— ...

Сотрудники штаба, встречая Цзо Цина, торопливо здоровались, но тот лишь едва заметно кивал, не меняясь в лице.

— Э? Что это с командующим Цзо? Выглядит не в духе.

— Разве командующий Цзо не только что вернулся с заставы Цзялинь?

— Может, из-за отряда «Маска»?

— Отряда «Маска»? А что с ними могло случиться?

— Ты разве не знаешь? Все члены отряда «Маска» пропали без вести больше недели назад... Никаких вестей. Задействовали все ресурсы, но их так и не нашли — будто сквозь землю провалились.

— ...

Штаб-квартира Ночных стражей, кабинет командующего.

Цзо Цин толкнул дверь кабинета и спокойно вошёл внутрь.

У письменного стола стоял наготове Чэнь Моюй с несколькими подготовленными документами. Увидев, что Цзо Цин вернулся, он тотчас принял строгий вид и заговорил:

— Командующий Цзо, технический отдел закончил анализ сигналов мобильных телефонов отряда «Маска».

— Вот как? — холодно обронил Цзо Цин. — И каковы результаты?

— ...Ничего не нашли, — с сожалением признал Чэнь Моюй. — В последний раз сигнал отряда «Маска» засекли на окраине Хайнаня, в уезде Нинчан. Но в тот же день после пятнадцати сорока двух их сигналы исчезли одновременно.

— А маршрут по камерам видеонаблюдения?

— То же самое. Прибыв в аэропорт, отряд «Маска» на машине направился прямиком в уезд Нинчан, и после этого ни одна камера их больше не зафиксировала, — добавил Чэнь Моюй. — Местный отряд Ночных стражей утверждает, что они тоже не видели бойцов «Маски». Направленная туда поисковая группа до сих пор не обнаружила никаких следов...

Цзо Цин медленно подошёл к окну и, повернувшись спиной к кабинету, прикрыл глаза.

— Командующий Цзо, не следует ли нам теперь...

— Моюй.

Цзо Цин прервал Чэнь Моюя:

— Сколько ты уже... рядом со мной?

Чэнь Моюй опешил.

— Четыре года, — ответил Чэнь Моюй. — Я стал служить при вас ещё тогда, когда вы были заместителем главнокомандующего Ночных стражей.

— Четыре года...

Цзо Цин глубоко вздохнул и медленно открыл глаза, в которых сквозил леденящий душу холод:

— За четыре года... я вырастил из тебя вот такую дрянь?