Глава 855. Гнев тирана

Голос Линь Цие эхом разнесся по двору, вокруг стояла мертвая тишина.

Гильгамеш оцепенело замер на месте, словно пораженный молнией.

Линь Цие больше ничего не сказал. Повернувшись, он направился прямиком к кабинету главврача.

Произнести эти слова и для самого Линь Цие было смелой попыткой.

В записях, оставленных доктором Ли, встречалось немало схожих случаев. При работе с ними лучшим подходом считалось сначала мягко стабилизировать душевное состояние больного, а затем с помощью медикаментов и долгих психологических бесед постепенно вывести его из плена иллюзорных воспоминаний и вернуть к реальности.

Но Линь Цие поступил иначе.

И не потому, что посчитал это слишком хлопотным, и не потому, что не сумел бы справиться — в конце концов, он просто понимал: подобный метод лечения Гильгамешу не подходит.

Кто такой Гильгамеш?

Тиран, что своими руками создал легенду царства Урук и во плоти полубога бросил вызов двум небесным богам!

Его жизнь действительно была блистательным эпосом и в то же время редчайшей трагедией, а его дух давным-давно должен был закалиться до абсолютной твердости... Линь Цие с самого начала чувствовал: подобный человек не мог по собственной воле погрязнуть в вымышленных воспоминаниях.

Возможно, за этой болезнью крылось воздействие каких-то внешних факторов, о которых Линь Цие пока не знал.

Как когда-то в Цаннане он сам погрузился в безумие: потеря близких и вправду стала для Линь Цие сокрушительным ударом, но главной причиной послужило не это, а истощение и надлом сил души.

А раз так, Линь Цие предпочел действовать более жестко: одним ударом отсечь Гильгамеша от иллюзорных воспоминаний, позволить ему самому постепенно восстановить душевное равновесие и встать на верный путь, а уже потом докапываться до истинных, глубинных причин.

Он впервые лечил больного, опираясь на собственный случай, а не на чужие записи и чужой опыт.

И факты подтвердили: этот метод сработал.

Стоило Линь Цие подойти к дверям кабинета главврача, как прямо перед ним возникла полупрозрачная призрачная панель:

«

Прогресс лечения Гильгамеша: 4%

Условие получения награды выполнено. Начинается случайный выбор божественной способности Гильгамеша...

»

…

Лагерь сборов.

Цзялань, ведя за собой Ли Чжэньчжэнь, тайком прокралась к корпусу общежития инструкторов.

— Инструктор Цзялань... — Ли Чжэньчжэнь оглядела безлюдный двор и сглотнула. — Зачем вы привели меня сюда? Что вообще стряслось?

— Тс-с!

Цзялань приложила палец к губам, призывая Ли Чжэньчжэнь к молчанию, и понизила голос:

— Потише.

— Ой, поняла.

Видя напряжение на лице Цзялань, Ли Чжэньчжэнь встревожилась еще сильнее.

— Твоя стрела бога любви способна заставить одного человека полюбить другого? — Глаза Цзялань заблестели.

— Ну да... Только это чувство временное, и есть кое-какие ограничения, — почесала в затылке Ли Чжэньчжэнь, честно признавшись.

— Какие ограничения?

— Сила воздействия стрелы бога любви и длительность эффекта зависят от собственных чувств того, в кого она попадет, — принялась объяснять Ли Чжэньчжэнь. — Если двое изначально питают друг к другу глубокую неприязнь и вражду, то даже в случае попадания стрелы возникшая любовь будет крайне слабой и продлится недолго. К тому же, если духовная сила пораженного достаточно велика, эффект и вовсе окажется ничтожным.

И напротив: если цель не испытывает отторжения к объекту или даже питает к нему симпатию, зародившееся чувство окажется намного сильнее.

— А во втором случае сколько оно может продлиться?

— Трудно сказать: все зависит от ступени развития цели и ее духовной силы. А самое главное — насколько глубоки ее чувства к тому, в кого предстоит влюбиться. Если симпатия и без того была очень сильной, эффект может растянуться хоть на всю жизнь.

Цзялань воодушевилась еще сильнее!

— Можешь сделать для меня такую стрелу бога любви? — с предельной серьезностью спросила Цзялань.

— Вам нужна стрела бога любви? — опешила Ли Чжэньчжэнь. Но в следующий миг в ее глазах вспыхнул неудержимый огонь любопытства: — А... а цель? В кого вы хотите выстрелить? Кто должен в вас влюбиться?

— Цель... — Цзялань вытянула руку и указала вдаль, на комнату Линь Цие.

— Инструктор Линь? — На лице Ли Чжэньчжэнь появилось выражение «так я и знала».

— Получится?

— Сделать-то можно... Но если инструктор Линь обо всем узнает, последствия будут очень тяжелыми...

Цзялань похлопала ее по плечу:

— Не переживай. Тебе нужно лишь создать стрелу, а с остальным я разберусь сама. Тебя это никак не коснется.

Ли Чжэньчжэнь немного поколебалась, но, встретив искренний взгляд Цзялань, решительно кивнула.

Она протянула руку и сжала пальцы в пустоте — соткалась золотая оперенная стрела. В то же мгновение Ли Чжэньчжэнь взяла один из волосков Цзялань, обмотала вокруг пальца и стала медленно подносить к наконечнику в форме сердца...

— Постой, — глядя на это, Цзялань вдруг осенила мысль.

Ли Чжэньчжэнь с недоумением посмотрела на Цзялань.

— Сделай вот как... — Цзялань прильнула к уху Ли Чжэньчжэнь и что-то тихо зашептала. Выслушав, Ли Чжэньчжэнь кивнула и протянула стрелу Цзялань.

— Инструктор Цзялань, — с горящими глазами произнесла Ли Чжэньчжэнь. — Удачи!

Цзялань глубоко вздохнула, посмотрела на тихую комнату Линь Цие и решительно отозвалась:

— У меня все получится!

…

«Извлечь способность».

В психиатрической больнице всех богов Линь Цие сидел в кресле в кабинете главврача и, глядя на парящую в пустоте панель, мысленно отдал команду.

В следующее мгновение колесо рулетки стремительно завращалось!

«Квинтэссенция царской власти», «Гнев тирана», «Сокровищница царя», «Заклятие всего живого», «Канон покорения женщин», «Меч владыки»...

Взгляд Линь Цие скользил по мелькающим секторам, и выражение его лица сделалось весьма двусмысленным.

Стоило признать: не зря Гильгамеша звали легендарным Царем героев — одни названия его способностей уже внушали трепет. Впрочем, среди них затесалась и какая-то странная чертовщина...

Линь Цие глубоко вздохнул, несколько мгновений мысленно повторял название желаемой способности, и стрелка на колесе начала постепенно замедлять ход.

В конце концов она остановилась на одном из делений.

«

Гнев тирана:

Древнейшая и могущественнейшая воля тирана. При сознательном высвобождении царственного давления все недружественные цели, уступающие в ступени развития, подвергаются подавлению тиранической воли. Их сила воли, боеспособность и показатель рассудка значительно снижаются, а показатель страха и показатель благоговения многократно возрастают.

Если разница в ступенях развития между вами и вражеской целью достаточно велика, существует вероятность заставить ее предать свой лагерь и посредством ментального подчинения обратить в верного слугу.

»

Изучив описание способности, Линь Цие погрузился в раздумья.

Судя по описанию, «Гнев тирана» не казался чем-то грандиозным: способность годилась в основном для устрашения мелких сошек, подавления их воли и боеспособности. Впрочем, насколько именно она их ослабляет, Линь Цие пока не знал.

Но когда его взгляд упал на последнюю строчку, глаза Линь Цие вновь блеснули.

С определенной вероятностью ментально подчинить врага со значительно меньшей ступенью развития и заставить присягнуть на верность?

Да это же настоящий генератор предателей?!

Линь Цие прекрасно отдавал себе отчет в том, что «вероятность» вряд ли велика, однако при достаточно большой выборке внедрять собственных соглядатаев в ряды врагов станет проще простого!