Глава 562. Безымянное

Линь Цие застыл на месте, точно каменное изваяние.

— Что тебе выпало? — донесся сверху голос Никты.

— Сверх... сверхъестественная плодовитость... — едва ли не сквозь зубы процедил Линь Цие.

Никта в небесах долго хранила молчание и наконец позвала:

— Мерлин.

— Знаю, знаю.

Мерлин вздохнул и с силой ударил посохом о землю. Под его ногами развернулся ослепительный гигантский белый магический круг, накрывший собой весь двор.

Плотные потоки магических элементов хлынули от Мерлина во все стороны, поднявшийся ветер взметнул полы его мантии. Придерживая глубокий капюшон, маг глухо забормотал замысловатое заклинание.

В его глубоких глазах вспыхнул невиданно яркий, ослепительный свет.

— Магия времени: «Возврат под стрекот цикад».

Он вновь поднял посох и с силой опустил его на землю. Вращавшийся под ногами белый магический круг резко замер, а затем медленно, но неумолимо закружился в обратную сторону!

*Цзи-и-и-и!..*

Пронзительный стрекот цикад эхом прокатился по воздуху!

С этим стрекотом время вокруг Линь Цие потекло вспять: парящие в воздухе слова «Сверхъестественная плодовитость» устремились обратно в колесо, а удрученное выражение лица юноши сменилось шоком, затем — напряженным ожиданием...

Время вернулось на десять секунд назад.

Линь Цие ощутил лишь мимолетное помрачение, и вот, моргнув, он снова стоял посреди двора.

Перед ним неподвижно парило колесо способностей, которое еще даже не начинало вращаться — словно этих десяти секунд не бывало вовсе.

Линь Цие опешил и, повернувшись к Мерлину, в полном недоумении уставился на него.

Ему ведь только что выпала «Сверхъестественная плодовитость»? Почему же колесо снова в исходном виде?

— Господин Мерлин...

Мерлин усмехнулся и убрал руку с капюшона. Он уже собирался что-то сказать, как вдруг из-под ткани плавно спланировала прядь волос...

Лицо Мерлина окаменело.

Он спешно прижал капюшон обратно к голове, перехватив прядь, и негромко кашлянул:

— Пустяки, простая магия времени. Я сумел с ее помощью обмануть эту больницу и обратить время на этом клочке земли на десять секунд назад. Так что... ты можешь заново испытать удачу со способностями Никты.

Глаза Линь Цие тут же загорелись.

То есть если ему выпадет способность, которая его не устроит, ее можно сбросить магией времени?!

— Господин Мерлин, а вам за это не приходится платить какую-то цену? — Линь Цие задумчиво покосился на волосы в руке Мерлина.

Выражение лица Мерлина сделалось странным. Он молча завел руку с зажатой в ней прядью за спину и с серьезным видом произнес:

— Ты сомневаешься в могуществе бога магии? Подумаешь, отмотать десять секунд назад! Даже если за это и приходится платить некоторую цену, она... кхм, не так уж велика. К тому же это сделка между госпожой Никтой и мной, тебе совершенно не о чем беспокоиться. Если понадобится повернуть время вспять, просто скажи мне.

— Верно, дитя мое, ты можешь испытывать удачу снова и снова, сколько бы раз ни потребовалось, — мягко донесся с небес голос Никты.

При словах «сколько бы раз ни потребовалось» уголок рта Мерлина едва заметно дернулся, а во взгляде мелькнула немая тоска...

— Хорошо, тогда попробую еще раз, — кивнул Линь Цие и снова крутанул колесо.

Парящее в воздухе колесо стремительно закружилось. Стрелка замелькала по секторам, от названий способностей рябило в глазах, и наконец она остановилась на одном из делений.

— «Раскалывание звезд».

Глаза Линь Цие слегка блеснули.

«А эта способность, кажется, очень даже хороша...»

— Снова, — раздался голос Никты.

Линь Цие опешил и после минутного колебания все же произнес:

— Матушка, вообще-то мне кажется, что и эта неплоха...

— Недостаточно хороша. Снова.

Голос Никты не терпел возражений.

У Мерлина дернулся уголок рта. Он вновь ударил посохом о землю, раздался стрекот цикад, и время потекло вспять.

Мгновение спустя Линь Цие снова вернулся к моменту перед запуском колеса.

Он протянул руку и крутанул колесо.

— «Око угасания».

— Снова.

Снова застрекотали цикады.

— «Нисхождение ночного неба».

— Не годится, снова.

— «Мерцание темной ночи».

— Снова!

Голос Никты звучал раз за разом: стоило Линь Цие назвать выпавшую способность, как она тут же качала головой и решительно требовала крутить заново.

Несколько раз Линь Цие даже выпадали способности, которые казались ему превосходными, но богиня все равно их отвергала. Бедняге Мерлину оставалось лишь взывать к магии времени, раз за разом отматывая секунды вспять; и с каждым новым ударом посоха капюшон на его голове сидел все свободнее.

Повторив это больше тридцати раз подряд, даже Линь Цие уже порядком одурел.

Он никак не мог взять в толк: какую же способность Никта хочет ему отдать?

Неужели тот самый последний один процент?

Сорок вторая попытка.

Линь Цие безучастно крутанул колесо и отвел взгляд чуть в сторону: от непрерывного мелькания секторов у него уже рябило в глазах.

На этот раз стрелка проскочила «Сверхъестественную плодовитость» и плавно замерла на таинственном черном секторе...

1%.

«Неизвестно».

Линь Цие обомлел.

— Что выпало? — в голосе Никты по-прежнему звучало бесконечное терпение.

— Не знаю, — покачал головой Линь Цие. — Там написано: «Неизвестно».

Едва он договорил, как перед глазами Линь Цие одно за другим всплыли системные окна:

«Получена способность Никты: „Неизвестно“. Идет анализ...»

«Прогресс анализа: 1%... 23%... 51%... 79%... 96%... 100%»

«Анализ завершен».

«Обнаружен первоисток ночи: „Безымянное“».

Линь Цие посмотрел на эти строчки, опешил на мгновение и произнес:

— Говорит, что это безымянный первоисток ночи.

Услышав эти слова, Никта словно с облегчением выдохнула:

— Вот и славно... На этом и остановимся. Больше менять не нужно.

Для Мерлина это прозвучало словно весть о царском помиловании!

Линь Цие посмотрел на парящую перед глазами надпись «Безымянное». Хоть он и не понимал, что это такое, все же протянул руку и коснулся светящихся символов.

Надпись мгновенно обратилась потоком света и хлынула в его тело.

В этот миг мысли Линь Цие внезапно оборвались, словно в его сознание хлынул колоссальный объем информации, а по жилам побежал непонятный теплый ток, принявшийся перестраивать тело.

Сквозь поры на его коже вырвалось бесчисленное множество черных нитей. Переплетаясь в воздухе, они сплелись в огромный черный кокон, полностью скрывший юношу внутри.

Присутствие Линь Цие внезапно исчезло из психиатрической больницы.

Стоявшие неподалеку санитары, до этого с интересом наблюдавшие за зрелищем, озадаченно замерли.

— Что стряслось? Почему Цие превратился в яйцо? — недоуменно спросил Ли Ифэй.

Хунъянь молча облизала губы.