Глава 554. Смертоносное орудие

Свист!..

Силуэт Чэнь Ханя пролетел несколько сотен метров, стремительно падая к раскинувшемуся внизу городу.

В то самое мгновение, когда он уже готов был коснуться земли, невидимые нити на его теле сами собой распустились. Чэнь Хань ловко развернулся в воздухе, оттолкнулся ногой от перекрытия соседнего здания и, погасив инерцию, уверенно опустился на землю.

Увидев, как его выбросило наружу, Лу Юй поспешно подбежал к нему и с изумлением спросил:

— Старший Чэнь Хань, почему вы снова вернулись?

Лицо Чэнь Ханя застыло.

Осознав, видимо, неуместность своего вопроса, Лу Юй пару раз кашлянул и быстро спросил иначе:

— Кто они такие?

Чэнь Хань тяжело вздохнул:

— Они... Пятый особый отряд.

— Пятый особый отряд? Те самые ученики, о которых говорил старший Святой Меча? — ошеломлённо спросил Лу Юй. — Разве нам не говорили, что они не придут?

— Но они всё равно пришли.

Лу Юй повернул голову. Глядя на то, как эти семь силуэтов спрыгивают за пределы города, он затаил дыхание, а в его глазах отразилось искреннее восхищение.

— Пятый особый отряд... Интересно, выпадет ли мне в этой жизни шанс стать бойцом особого отряда?.. — Лу Юй вдруг кое-что вспомнил: — Кстати, старший Чэнь Хань, а какое имя носит этот Пятый особый отряд?

— Имя?

— Ну да, разве у каждого особого отряда нет собственного имени?

Чэнь Хань опешил, помолчал немного и покачал головой:

— Я не знаю...

...

У-у-у!..

Свирепый ветер с диким воем хлестал возле самых ушей.

Линь Цие повернул голову. Глядя на силуэты спутников, без малейших колебаний прыгнувших следом, он едва заметно улыбнулся.

Это чувство было Линь Цие хорошо знакомо.

В прошлый раз они точно так же спрыгивали со внешней стены Обители поста.

Разница заключалась в том, что тогда их было только четверо, а на этот раз — семеро;

разница заключалась в том, что в прошлый раз перед ними были свобода и утреннее солнце, а на этот раз — бездонная пропасть;

разница заключалась в том, что в прошлый раз они были беглецами из тюрьмы, а на этот раз... бойцами Пятого особого отряда, несущими груз данного обещания и долг защитников.

Кое-что изменилось, но кое-что осталось неизменным — например, доверие и горячая, кипящая в груди кровь.

Серебряные жетоны на шнурках у них на шеях испускали слабый свет, разгоняя клубившийся вокруг Туман.

Внизу, под ними, яростно ревели полчища тварей!

Линь Цие смотрел на стремительно приближающуюся внизу волну «мистики». Он неторопливо поднял сжимаемый в руке «Рассекатель белизны» и нанёс рубящий удар!

Лезвие, игнорирующее пространство, невесомо рассекло воздух: три твари «мистики» ранга «Озеро», мчавшиеся в самом авангарде волны, одновременно оказались разрублены надвое. Брызнувшая кровь окатила следовавшую за ними похожую на гончую тварь «мистики», запятнав её зловещим багрянцем.

Р-р-а-а!..

Тварь только раскрыла пасть, в которой леденящим сиянием блеснули острые клыки, намереваясь что-то предпринять, как мощный столб золотого света испепелил её прямо в воздухе.

Цзялань в тёмно-синем ханьфу крепко сжимала копьё «Небесные врата». Лицо её всё ещё оставалось бледным, но взгляд был полон непоколебимой решимости.

— Цзялань, не трать слишком много сил, встань за мной, — увидев это, произнёс Линь Цие.

На бледном лице Цзялань вдруг проступил румянец. Поколебавшись мгновение, она всё же послушно перебежала Линь Цие за спину. Прежде выглядевшая безжизненной, девушка словно вмиг вновь наполнилась живой силой.

— Цао Юань, ты идёшь во главе, — Линь Цие повернулся к стоявшему рядом Цао Юаню.

Цао Юань кивнул, и прямой клинок в его руке со звоном покинул ножны!

Лязг!..

Чёрное пламя ша-ци взметнулось к небу, соткавшись в мантию на плечах Цао Юаня. Глаза его вмиг налились свирепой кровью, а жажда убийства хлынула через край!

Глухо зарычав, он сделал шаг вперёд. Взмахнув прямым клинком, он выбросил вперёд чёрную вспышку ша-ци, разорвавшую тела двух тварей «мистики». Качнувшись, он вырвался вперёд, возглавив строй: ша-ци неистово плясала вокруг, и в этом бушующем приливе тварей «мистики» один человек с одним клинком прорубал себе кровавый путь.

Толстяк Байли хлопнул рукой по карману, и за его спиной воспарили двенадцать запретных предметов. По его телу разошёлся бирюзово-нефритовый доспех, плечи укрыл изодранный плащ; в одной руке он сжимал бараний рог Овна, в другой — драгоценный сосуд. Вся его фигура переливалась ослепительными красками, испуская сияние сокровищ.

Он держался чуть позади безумного Цао Юаня с левого фланга, помогая пробивать брешь.

Справа строй прикрывал Линь Цие. Сжимая «Рассекатель белизны», он стремительно разил вспышками клинка, непрерывно пожиная жизни окруживших их созданий «мистики». С каждым его шагом под ногами расстилался ковёр зеленеющей травы; бутоны распускались прямо на телах тварей, вытягивая их духовную и жизненную силу и питая самого Линь Цие.

Цзялань же замыкала строй. Копьё «Небесные врата» в её руках время от времени наносило точечные выпады: одного удара хватало, чтобы смести целую стаю «мистики».

В центре строя Шэнь Цинчжу зажал между пальцев окурок. Слегка потерев пальцы, он закружил вокруг себя искры пламени, которые метеоритным огненным дождём обрушились в самую гущу плотной лавины зверей.

— Можешь мне помочь? — раздался рядом с ним голос Ань Цинъюя.

Шэнь Цинчжу приподнял бровь:

— С чем?

Ань Цинъюй молча достал череп с зажатым во рту обрубком языка, взял его в левую руку, а правой отцепил с пояса MP3-плеер и свёл их вместе.

— Цзян Эр, настрой частоту, — спокойно произнёс Ань Цинъюй.

Рядом с ним проступил призрачный силуэт Цзян Эр. Громкость плеера тотчас выкрутилась на максимум, послышался непрерывный треск помех — девушка настраивала частоту динамика MP3.

— Что-то больно знакомая штука, — с любопытством спросил Шэнь Цинчжу.

— Прежний трофей. Козырь клана Байли, запретный предмет сверхвысокой опасности — «Элегия», — коротко представил череп Ань Цинъюй. — Скоро этот череп запоёт. Любое живое существо, услышавшее этот голос, рассыплется песком. Я велел Цзян Эр выкрутить звук плеера на максимум и настроить его на одну частоту с черепом, чтобы пение разнеслось по всему полю боя. Но проблема в том, что бьёт эта штука без разбора, так что...

— Ты хочешь, чтобы я, как и в прошлый раз, откачал вокруг нас воздух и создал вакуум? — моментально понял его замысел Шэнь Цинчжу.

Ань Цинъюй кивнул:

— Полный вакуум не нужен. Тебе нужно лишь возвести вокруг черепа тонкую вакуумную стену в форме рупора, чтобы звук направленно бил наружу с максимальной силой и при этом не задел нас.

— Проще простого.

Шэнь Цинчжу щёлкнул пальцами, и две тонкие вакуумные стены мгновенно окружили череп.

Ань Цинъюй поправил очки и влил в череп духовную силу, одновременно раскрыв ему челюсти рукой. В пустых глазницах черепа вспыхнули точки багрового света — словно медленно раскрылась пара жутких, налитых кровью глаз.

Он распахнул пасть, и в абсолютно лишённой плоти костяной полости затрепетал алый обрубок живого языка.

В воздухе зазвучало едва различимое пение.

«З-з-з-з...»

Цзян Эр скопировала частоту звука и настроила MP3-плеер в унисон. Мгновение спустя едва различимое пение словно усилилось в десятки раз, эхом раскатившись по всему Туману!

Прямо перед раструбом вакуумного рупора тела бесчисленных порождений «мистики» принялись распадаться, обращаясь в кружащуюся песчаную пыль и рассеиваясь в воздухе.

Всего за минуту с небольшим от этой усиленной версии «Элегии» погибло более сорока созданий «мистики», среди которых оказалось даже три твари ранга «Безмерный», а ещё одной твари ранга «Клейн», не успевшей увернуться, обратило в песок большую часть тела.

Беспрецедентный способ атаки, созданный сообща Ань Цинъюем, Цзян Эр и Шэнь Цинчжу, обернулся сущим кошмаром для всей лавины «мистики».