Глава 505. Битва с Богом смерти

Город Западной Переправы.

Закусочная третьего дяди.

Цзо Цин толкнул стеклянную дверь, шагнул в пустую закусочную и направился прямиком на кухню.

Время было не обеденное, и в зале, кроме читавшего газету третьего дяди, не было ни единого посетителя.

— Добрый день, на сколько персон?

Увидев вошедшего, третий дядя с улыбкой поднялся.

— Прошу прощения, я кое-кого ищу, — вежливо улыбнулся Цзо Цин, после чего откинул занавеску на двери кухни и быстро прошел внутрь.

Поняв, что гость пришел не поесть, третий дядя цокнул языком и вразвалку уселся обратно.

— Цзо Цин?

Е Фань, который с закатанными рукавами мыл тарелки, при виде вошедшего удивился, но лицо его тут же стало серьезным:

— Что-то стряслось?

Цзо Цин коротко отозвался и протянул Е Фаню документ:

— Две минуты назад в Линьтане зафиксированы мощные колебания божественной силы. Согласно анализу, это египетский Бог смерти Осирис, божественный кодовый номер 029.

— Осирис? — Е Фань, даже не обращая внимания на мокрые руки, торопливо принялся просматривать документ. — Почему на границе не было никакого движения?

— Кто-то соорудил в Линьтане алтарь и призвал его напрямую.

Дочитав документ до конца, Е Фань нахмурился:

— И надо же было именно сейчас...

— Неужели внешние боги о чем-то догадались?

Е Фань на миг задумался:

— Скорее всего. Иначе с чего бы им осмелиться напрямую перебросить сюда Осириса? Если так... дело скверно.

— До срока, назначенного Небесным Достопочтенным, осталось еще полгода. Если внешние боги действительно ударят в этот промежуток, что нам делать?

— Полгода...

Е Фань тяжело вздохнул:

— Восстановление ядра Небесного двора — это процесс воссоздания Великого Дао. Его нельзя прерывать, нельзя допускать вмешательства извне. В этот период ни один из богов Великой Ся, участвующих в восстановлении, не может вступить в бой...

Случись что, придется полагаться лишь на нас самих.

— Полагаться на силы самих людей в противостоянии богам?.. — Цзо Цин с горечью покачал головой. — Будь это всего один или два бога — еще куда ни шло. Но если дело дойдет до масштабной битвы богов, как нам выстоять?

Е Фань похлопал Цзо Цина по плечу и после недолгого молчания медленно произнес:

— Цзо Цин, остальным бояться позволительно... Но только не нам. Если небо обрушится, держать его придется нам.

Цзо Цин глубоко вздохнул, взял себя в руки и кивнул:

— И что нам делать теперь? Святой Меча уже противостоит Осирису, но он в лучшем случае сумеет лишь задержать его. Убить кого-то из Девяти богов-столпов ему не под силу. Если бой затянется, Осирис рано или поздно почует неладное.

Е Фань подошел к окну, посмотрел на небо и спокойно сказал:

— Один из богов Великой Ся не участвует в восстановлении Небесного двора. Пока он здесь... Осирису не поднять волны.

...

Линьтан.

Бог смерти Осирис парил в воздухе. Его бледные глаза в упор смотрели на юношу с мечом за спиной, а на иссохшем лице не отражалось ни единой эмоции.

— Человек, дошедший до таких высот... Ты меня удивил.

Хриплый голос эхом разнесся по воздуху.

Чжоу Пин хранил молчание.

— Ты, должно быть, сильнейший среди людей? — продолжал Осирис. — Жаль только, чтобы одолеть меня, тебе все еще кое-чего недостает.

Чжоу Пин неторопливо произнес:

— Не попробуешь — не узнаешь.

Дзинь!..

Чистый звон клинка вырвался из футляра для меча за его спиной и, смешавшись с едва различимым ревом дракона, покатился по облакам.

«Дракон и слон» покинул ножны!

Чжоу Пин сжал рукоять одной рукой и сделал шаг вперед!

Длинный меч в его руке еще даже не опустился для удара, а исполинский след клинка уже рассек толщу облаков: грозная ци меча устремилась прямо в лицо Осирису, сорвавшись в то же мгновение!

Осирис стоял в воздухе, не сдвинувшись ни на пядь. Слегка приподняв Изогнутый скипетр в руке, он легонько ткнул им в пустоту перед собой.

На конце жезла распустился зловещий призрачный свет.

В тот же миг черное небо окрасилось в жуткий серо-белый цвет, точно его накрыло легкой вуалью, а невидимый луч ци меча, излучая черное сияние, застыл в воздухе, сделавшись поразительно отчетливым.

Когда Осирис опустил Изогнутый скипетр, этот черный сгусток ци меча раскрошился на куски, сотрясая окрестный воздух гулом, и рассеялся без следа.

Чжоу Пин едва заметно нахмурился.

Пусть тот выпад был лишь проверкой, он почувствовал: божественная сила Осириса была бездонной и куда более грозной, чем у Посейдона, с которым он сталкивался прежде.

Теперь настала пора биться всерьез.

Его глаза слегка прищурились, во взгляде расцвело небывалое намерение меча. Он легонько повел острием меча, вмиг рассекая пространство, и его силуэт исчез с прежнего места.

В следующее мгновение за спиной Осириса, подобно ослепительному палящему солнцу, вспыхнул режущий глаза свет меча!

Грохот!..

В самом центре опрокинутого над облаками черного города призраков со страшной силой прорубило расселину длиной в два километра. Бурлящая ци меча заполнила небо, словно низвергающийся с Девяти небес океан ци меча, бушующий без удержу.

В Царстве теней и смерти черная и белая фигуры сменяли друг друга с головокружительной скоростью.

Громоподобный рокот доносился из-за облаков.

В развалинах Линь Цие и остальные смотрели в небо, и в их глазах застыло глубокое потрясение.

Они знали, что Святой Меча невероятно силен,

но даже не представляли, что настолько.

— В лоб рубится с Богом смерти... — сглотнув слюну, пробормотал Толстяк Байли. — Старший Святой Меча правда человек?

— Должно быть, — кивнул Линь Цие. — В конце концов, бог вряд ли страдал бы социофобией.

— Вот оно, истинное величие сильнейшего воителя человечества...

Цао Юань невольно проникся трепетом.

Кто бы мог подумать, что Чжоу Пин, который на складе прилежно подметал полы и драил тарелки, сейчас рубится лоб в лоб с Богом смерти?

Глядя на парящую в небесах фигуру с мечом, Линь Цие и остальные внезапно ощутили необъяснимую гордость.

Этот несокрушимый силач, что рубится наверху с богом, — их учитель!

Имея в наставниках самого Святого Меча, разве не смогут они в будущем ходить по всей Великой Ся королями?!

...

Царство теней и смерти.

Чжоу Пин нанес удар мечом, одним взмахом сровняв с землей бескрайние призрачные пустоши перед собой. Осирис метнулся в небо, и на его иссохшем лице наконец проступило мрачное напряжение.

Густая мертвая энергия клубилась вокруг Чжоу Пина, но не могла подступиться к его телу ни на волос.

Он стоял там точно клинок.

Клинок с обнаженным острием, пышущий сокрушительной жаждой убийства.

Осирис долго молчал, слегка прищурив бледные глаза. Затем он протянул ладонь и сделал хватательное движение, целясь в распростертый над головой современный мир.

Мир вновь окрасился в два цвета — серый и белый. Потекла жуткая сила законов, и призрачные силуэты один за другим стали вытягиваться из города, устремляясь вспять, к опрокинутому в небесах Царству теней и смерти.

То были души умирающих людей.

Хоть отмеренный их телам срок жизни почти подошел к концу, сами они еще не умерли. Связь между душой и телом лишь постепенно слабела, однако под действием силы законов Осириса эту связь грубо разорвало, выдергивая души из тел и увлекая их в небеса...

Они в ужасе парили в воздухе, словно пытаясь вырваться из этих пут, но под действием силы законов мироздания не могли шелохнуться даже на волос.

И в этот миг прямо в небе из пустоты возникла серебристая сфера: шесть колец опоясывали ее поверхность, хаотично вращаясь.

Колебания еще одной силы законов внезапно обрушились на мир!