Глава 447. Вновь увидеть Шэнь Цинчжу

Услышав эти слова, Толстяк Байли вздрогнул всем телом.

Он колебался лишь мгновение, но затем стиснул зубы и, крепко сжимая золотое копье, стремительно бросился к тяжелораненому Байли Синю!

Байли Синь никак не ожидал, что Линь Цие зайдет настолько далеко ради Толстяка Байли. Отступая назад, он смотрел на несущегося к нему Толстяка Байли, и на его лице отразился редкий для него испуг.

Золотое острие копья рассекло воздух, едва не вонзившись в горло Байли Синя!

— Ха-ха-ха-ха... — в самый последний миг Байли Синь холодно усмехнулся. — А я-то думал, чем ты отличаешься от меня. Выходит, мы с тобой одной породы.

Наконечник копья Толстяка Байли замер у самого горла Байли Синя. Он яростно вперился в него взглядом:

— Чушь собачья!

— Неужели? Твои названые братья ради твоего спасения готовы ставить на кон собственные жизни, а ты? А ты собираешься столкнуть их в бездонную пропасть! Разве ты не столь же эгоистичен, как и я? — холодно произнес Байли Синь.

— Ты хоть знаешь, что произойдет, если ты убьешь меня сегодня?

Будучи бойцами Ночных стражей, совершить покушение на представителя высшего руководства Ночных стражей... Ваша команда не просто навсегда похоронит свое будущее в качестве особого отряда — все вы будете признаны тяжкими преступниками и отныне до скончания дней останетесь запертыми в Обители поста.

Ты отомстишь за свои обиды, и тебе, конечно, все равно, а как же они?

Их лучезарное, ослепительное будущее будет собственноручно разрушено тобой ради твоего личного эгоизма!

Разве они заслуживают такой участи?

Голос Байли Синя звучал предельно спокойно.

Рука Толстяка Байли, сжимавшая копье, неудержимо задрожала. Глядя на Байли Синя налитыми кровью глазами, он разрывался от мучительной внутренней борьбы.

— Цие, я не могу...

Спустя мгновение костяшки пальцев Толстяка Байли побелели. Он медленно опустил копье и чуть дрожащим голосом произнес:

— Я не могу навлечь беду на вас...

Увидев это, Байли Синь не сдержал торжествующей усмешки.

— Вот и правильно. Сиди смирно и...

Чвак!..

Не успел он договорить, как его голос оборвался.

Выражение лица Байли Синя застыло.

Он медленно опустил голову и увидел, как из его груди, пробив тело насквозь, вырвалось бездонно-черное лезвие.

Клинок рассечения душ.

На губах Байли Синя не осталось ни кровинки. Он одеревенело повернул голову и увидел силуэт в маске белой лисицы, безмолвно стоявший у него за спиной.

Из черного кольца на указательном пальце правой руки незнакомца тянулся клинок, пронзивший его сердце со спины.

— Твою мать, сколько же ты болтаешь, — Шэнь Цинчжу с бесстрастным лицом выдернул Клинок рассечения душ. Байли Синь, чья душа была рассечена насквозь, окончательно лишился жизненных сил, и его тело, словно бесформенная груда грязи, повалилось на пол.

Толстяк Байли, своими глазами увидевший это, застыл как вкопанный.

Неподалеку Линь Цие, из последних сил сдерживавший Цзо Цина, тоже увидел произошедшее. Его духовная сила скользнула по незнакомцу, отчетливо различив под маской знакомое лицо.

— Ты... — во взгляде Линь Цие читалось полное неверие.

Шэнь Цинчжу протянул ладонь и легко щелкнул пальцами.

Щёлк!..

Сноп пламени вмиг испепелил мертвое тело Байли Синя дотла.

Алый пепел плавно взмывал в воздух, окрашивая изящную маску белой лисицы в кровавые тона.

— Толстяк, долг я вернул, — бесстрастно произнес Шэнь Цинчжу.

Отступив на пару шагов назад, он легко спрыгнул в зияющий проем разбитого панорамного окна, канул в облака и скрылся из виду.

Толстяк Байли наконец опомнился, опрометью бросился к окну и вгляделся в расстилающееся внизу море облаков, но силуэта Шэнь Цинчжу там уже не было.

— Братец Крутой... — пробормотал он.

Рядом Цзо Цин серией ударов прямого клинка рассек лазурным сиянием больше десятка магических кругов запечатывания. Прищурившись в сторону окна, из которого выпрыгнул Шэнь Цинчжу, он обратился лучом света и ринулся в погоню!

— Подождите!

— Стой!

Увидев, что Цзо Цин собрался преследовать Шэнь Цинчжу, Линь Цие и Толстяк Байли закричали в один голос и метнулись вперед, заступая ему дорогу!

— Линь Цие, что ты вообще творишь?! — в глазах Цзо Цина вспыхнула ярость. — Мало того что прямо на моих глазах вы собрались убить Байли Синя, так теперь, когда я собираюсь схватить убийцу, вы еще и смеете мешать мне?! Вы всерьез думаете, что я здесь начальник только для мебели?! Ты веришь или нет, что мне хватит одного слова, чтобы снять тебя с должности?!

— Снимайте, если хотите, — твердо отозвался Линь Цие. — Но дальше я вас не пущу!

— Ах ты!..

Цзо Цин долго буравил Линь Цие тяжелым взглядом, а затем, опустив голову, яростно выругался:

— Твою ж мать... Не будь ты выбором лично Е Фаня, я бы тебе сегодня точно ноги переломал!

Он с сухим щелчком загнал прямой клинок в ножны, фыркнул, развернулся и зашагал к выходу из здания.

Увидев, что тот наконец оставил мысль о погоне за Шэнь Цинчжу, Линь Цие с облегчением выдохнул. Но не успел он вымолвить ни слова, как магические элементы вокруг него схлынули подобно отливу, а его душу захлестнула небывалая усталость.

Почувствовав внезапную легкость во всем теле, юноша лишился чувств.

— Цие! — увидев, что Линь Цие падает в обморок, Толстяк Байли в панике подхватил его.

Дойдя до края зала, Цзо Цин замер на шагу и обернулся через плечо. Заметив, как все сгрудились вокруг смертельно бледного Линь Цие, он скривил губы. Поколебавшись мгновение, Цзо Цин все же стиснул зубы и побежал обратно к Линь Цие.

— Вот ведь... сплошная морока с вами.

...

Тело Шэнь Цинчжу стремительно падало с высоты, но воздух вокруг него сделался зримо плотным и вязким — юноша будто не падал свободно, а погружался в воду: воздушный поток бешено гасил кинетическую энергию падения.

В конце концов он мягко и устойчиво приземлился на землю.

Подняв голову, он взглянул на вздымающееся высоко сквозь облака главное здание семьи Байли, вершины которого не было видно, и молча снял маску.

— Осмелиться на убийство Байли Синя прямо под носом у верхушки Ночных стражей... Ну и наглец же ты, — не удержался от замечания Девятое место Адептов, выходя из-за соседней колонны.

Шэнь Цинчжу бросил на него взгляд:

— Если хочешь занять Второе место Адептов, нужно действовать смелее. Разве не ты сам это сказал?

Девятое место Адептов беспомощно покачал головой, подошел к припаркованной у обочины машине и, открывая дверцу, заметил:

— Хоть Байли Синь и не был нашей целью на этот раз, он все же числился в списке разыскиваемых Церковью древних богов, за чью голову была назначена награда. Если господин Бред узнает, что ты его прикончил, то будет весьма доволен. Если не случится ничего непредвиденного, твое кресло снова повысится.

Шэнь Цинчжу опустился на водительское сиденье и пожал плечами:

— Может быть.

— Задание выполнено. Куда теперь хочешь отправиться? — Девятое место Адептов повернулся к нему.

Шэнь Цинчжу растерялся:

— Разве нам не нужно вернуться в Церковь с докладом?

— Куда спешить? Ты совершил такую великую заслугу, какая разница — вернуться часом раньше или часом позже? — Девятое место Адептов похлопал его по плечу и усмехнулся: — Молодой человек, не загоняй себя так. Иногда нужно и развеяться.

Шэнь Цинчжу помолчал мгновение:

— Тогда... прокатимся по Гуаншэню.