Глава 439. Выгодная сделка

Фигура Толстяка Байли, словно призрак, мелькала над диаграммой Тайцзи. Под маской Чжу Бацзе его глаза оставались абсолютно спокойными.

— Огонь Ли, — негромко произнес он.

В следующее мгновение в юго-восточной части исполинской диаграммы Тайцзи медленно проступил призрачный образ триграммы Ли.

Вспых!

Яростное пламя взметнулось прямо перед Толстяком Байли. Он легонько шевельнул пальцем, и этот сгусток огня тут же рассыпался сотней огненных стрел, устремившись прямиком к стоявшему в углу диаграммы Тайцзи Байли Цзину!

Сжимая копье, наконечник которого ослепительно сиял золотом, Байли Цзин без малейших колебаний бросился навстречу огненному ливню. Нанося частые удары, он выпускал огромные лучи золотого света, мгновенно уничтожавшие огненные всполохи прямо в воздухе.

— Гром Чжэнь, — снова шепнул Толстяк Байли.

В юго-западной части диаграммы Тайцзи вновь проявилась триграмма!

Тр-рах!

Высоко в облаках забурлили молнии. Толстый, яростный разряд прочертил небосвод и сквозь пролом в крыше главного здания ударил прямо по стоявшему на диаграмме Тайцзи Байли Цзину!

В тот самый миг, когда молния должна была поразить Байли Цзина, деревянные ножны за его спиной испустили темное сияние и втянули разряд в свое черное нутро, поглотив без следа.

Байли Цзин усмехнулся, снял ножны со спины, направил их устье на Толстяка Байли и слегка взмахнул.

Яростная молния вновь вырвалась наружу, словно сияющий клинок из чистого электричества, и устремилась прямо к Толстяку Байли!

Толстяк Байли слегка прищурился. Деревянная линейка в его правой руке молниеносно взметнулась навстречу грозовому клинку; пляшущие дуги электричества затрещали в воздухе и бесследно развеялись под ударом линейки.

— «Ножны Пожирателя энергии»... — спокойно произнес Толстяк Байли. — Я много слышал о них, но вижу этот экспонат впервые. Выходит, любые атаки в виде чистой энергии против тебя бесполезны.

Он небрежно махнул рукой, отбросив в сторону четыре из пяти паривших за спиной запретных предметов, а драгоценный сосуд, который держал в левой руке, опустил на пол. На нем остался лишь ветхий плащ, в руке — деревянная линейка, а за спиной медленно вращалась пара световых колес.

Его фигура дрогнула, и под воздействием ветхого плаща он размытой тенью рассек воздух, в мгновение ока оказавшись прямо перед Байли Цзином.

Байли Цзин холодно хмыкнул и снова вскинул копье...

— Переворот Неба и Земли.

Толстяк Байли указал пальцем, и триграммы Цянь и Кунь вновь поменялись местами.

Разоружение всего сущего!

Золотое копье и деревянные ножны одновременно задрожали, готовые вот-вот вырваться из рук. Стоявший на помосте Байли Синь нахмурился и своей духовной силой насильно подавил неповиновение обоих запретных предметов, однако из-за этой заминки Байли Цзин упустил лучший момент для выпада!

Увидев, что Толстяк Байли подобрался вплотную, Байли Цзин запаниковал. Он судорожно попытался взмахнуть золотым копьем, забыв, что из-за длины оружия в ближнем бою окажется в абсолютно проигрышном положении!

Заметив это, стоявший на помосте Байли Синь помрачнел и с сожалением покачал головой.

— Глупец.

Деревянная линейка в руке Толстяка Байли молниеносно рассекла воздух, точно ударив по древку копья и вновь отбросив его в сторону!

Застигнутый врасплох Байли Цзин побелел от страха и потянулся другой рукой за висевшими на спине Ножнами Пожирателя энергии, но оказался слишком медлителен.

Толстяк Байли слегка развернулся корпусом и по инерции с сокрушительной силой впечатал локоть в челюсть Байли Цзина. Благодаря защищавшим его доспехам из зеленого нефрита, кинетическая энергия этого удара Толстяка Байли ничуть не уступала мчащемуся на полной скорости автомобилю!

Ба-бах!

В то же мгновение фигура Байли Цзина отлетела на добрый десяток метров!

Врезавшись в несущую колонну, он почувствовал, как внутри от удара едва не разорвались все органы. Корчась от боли, он распростерся на полу и разинул рот: на пол хлынула кровь вперемешку с дюжиной выбитых зубов. Лицо его превратилось в сплошное месиво.

От дикой боли черты его лица безумно дергались. С жалобным воем он попытался подняться, но руки и ноги ослабли; словно жалкий червь, он лишь беспомощно извивался на полу.

Развевая полами плаща, Толстяк Байли в ту же секунду настиг его и ударом ноги в грудь отправил в обратный полет!

Прокрутившись в воздухе несколько раз, Байли Цзин разжал пальцы; копье со звоном выпало из рук. Тело с глухим стуком врезалось в подножие помоста, грудная клетка наполовину вдавилась внутрь.

— У-у... у-у... кхе-кхе... — свернувшись калачиком, невнятно захрипел он.

Глядя вниз на Байли Цзина, потерявшего даже оружие, Байли Синь испытывал все более глубокое разочарование, и лицо его окончательно потемнело.

— Отец, отец... — вцепившись в край помоста, Байли Цзин попытался подняться. Залитый кровью, он поднял взгляд на отца и с невыразимым отчаянием залепетал: — Он... он сжульничал, это несправедливо...

Отец, дайте мне еще один запретный предмет, дайте что-нибудь помощнее!

Отец, одолжите мне «Элегию»!

Я обязательно убью его, правда! В этот раз я точно его убью! Дайте мне еще один шанс...

Байли Синь посмотрел на ползающую у его ног и жалобно молящую фигуру. В глазах его читались лишь разочарование и холод. Он поднял голову и перевел взгляд на неторопливо приближающегося Толстяка Байли.

— Я ошибся в тебе, — негромко произнес Байли Синь. — Ты ценнее, чем он.

Толстяк Байли остановился у помоста, вздернул лицо в маске и презрительно усмехнулся.

Байли Синь словно не заметил этой усмешки и продолжил:

— Твоих Запретных руин никогда прежде не было в истории. Судя по способностям, которые ты показал, они без сомнения войдут в число сорока сильнейших среди сверхвысокой опасности и даже могут встать в один ряд с Царскими руинами...

Даже без поддержки клана Байли одного твоего потенциала довольно, чтобы попасть в особый отряд и стать для Ночных стражей ключевой фигурой в плане развития.

Толстяк Байли посмотрел на него:

— И что с того?

— Своими действиями ты доказал, что достоин вложений куда больше, чем этот никчемный мусор, — размеренно произнес Байли Синь. — Как насчет того, чтобы заключить сделку?..

— Отец, отец! — Распластанный на полу Байли Цзин словно что-то понял, в его глазах промелькнул панический ужас, и он истошно закричал: — Отец, вы не можете заключать сделку с этим отребьем! Это я ваш родной сын, вы не можете!..

— Заткнись! — зыркнул на него Байли Синь и ударом ноги отшвырнул от помоста.

— Сделку? — невозмутимо переспросил Толстяк Байли. — Любопытно послушать, какую же?

— Возвращайся, — в глазах Байли Синя блеснул расчетливый огонек. — Возвращайся в клан Байли, снова стань моим сыном. Имя Байли Тумин останется за тобой, корпорация «Байли» тоже станет твоей, и все запретные предметы будут твоими...

Раз уж я сумел переписать твое личное дело на Байли Цзина, то точно так же смогу переписать все его документы обратно на тебя...

Отныне ты снова будешь моим, Байли Синя, родным сыном и истинным наследником корпорации «Байли»!

Все, что произошло здесь сегодня, я готов счесть небывшим. Ты вернешься в свой Пятый резервный отряд, останешься юным господином клана Байли. Мы начнем банкет заново, и я перед всеми объявлю тебя моим преемником!

В качестве компенсации я выделю вашему отряду еще пятьсот миллионов спонсорских средств и подарю вам еще один предмет из своей коллекции!

Я знаю, что ты не смыслишь в торговле, но это не беда: я всё устрою за тебя. Тебе нужно лишь спокойно оставаться в Ночных стражах, в будущем подняться до его высшего руководства и оказывать клану Байли содействие...

Разве это не выгодная сделка?