Глава 403. Окаменение

Змеедева посмотрела на свои пустые руки, затем перевела взгляд на три знакомых ящика перед Линь Цие, и её лицо оцепенело.

Неужели это...

Нет,

этого не может быть!

Когда он успел?..

Линь Цие словно прочитал её замешательство и спокойно произнёс:

— Любопытно, как мне всё это удалось?

Он развернул стоящие перед ним три ящика: в углу каждого виднелся неприметный след магического круга — совсем крошечный, с неровными краями, словно выцарапанный чем-то наспех.

— Что до тактики и козней, вам двоим до нас ещё слишком далеко, — невозмутимо произнёс Линь Цие.

Ещё когда Линь Цие и Ань Цинъюй только осознали присутствие Церкви древних богов, они догадались: уверенность этой парочки, дерзнувшей расставить сети для особого отряда «Феникс», зиждилась именно на трёх загадочных чёрных ящиках. Поэтому при разработке плана их первоочередной задачей стало устранение угрозы, которую несли в себе эти ящики.

Линь Цие и его спутники не имели преимущества ни в силе, ни в знании местности, ни во времени. Всё, чем они могли воспользоваться, сводилось к разнице во времени и осведомлённости между ними и теми двоими из Церкви древних богов, а также к их единственному козырю — маскам, которые они не снимали с самого начала.

Поэтому, проходя мимо одного из зданий, Линь Цие вызвал из психиатрической больницы Ли Ифэя, велел ему надеть свою куртку с маской и занять место Сунь Укуна, чтобы усыплять бдительность врагов. Сам же он с помощью магии превращения обратился в мышь и затерялся среди грызунов, провернув стратагему «золотая цикада сбрасывает панцирь».

Хоть Ань Цинъюй и был потрясён до глубины души, Линь Цие благополучно списал всё на магию призыва и сумел не выдать существование психиатрической больницы всех богов.

Впрочем, винить двоих из Церкви древних богов тоже не приходилось: кому могло прийти в голову, что из пяти человек, вошедших в Туман, ни с того ни с сего появится шестой, а один из первоначальной пятёрки скроется из виду и ускользнёт в слепую зону?..

Обернувшись мышью и сбросив «панцирь», Линь Цие первым делом пробрался туда, где находились эти двое из Церкви древних богов, тайком оставил на трёх чёрных ящиках знаки магии призыва и столь же неслышно ускользнул. Так он не только обезвредил таившуюся в ящиках опасность, но и продолжил усыплять их бдительность, выиграв для своей стороны ещё больше времени.

Дальнейшие события разворачивались сами собой: заметив, что Толстяк Байли и остальные собрались вместе, Змеедева пошла в атаку, а представитель, управлявший песчаной бурей, бросился в погоню за «приманкой». Воспользовавшись этой разницей во времени, Линь Цие отыскал затаившегося Бель-Кланда и убил его на месте.

Вся эта тактика была гонкой со временем.

Всё шло в точности по расчётам Линь Цие и Ань Цинъюя.

Толстяк Байли ошарашенно смотрел на чёрные ящики перед Линь Цие, и в его взгляде читалось искреннее восхищение. Он толком не понимал, что именно сделал Линь Цие, но чувствовал: произошло нечто невероятное...

Линь Цие убрал руку с чёрных ящиков и, не отрывая спокойного взгляда от помертвевшей лицом Змеедевы, медленно разомкнул пересохшие губы:

— Убейте её.

Он пока не собирался пускать эти чёрные ящики в ход против Змеедевы. Если внутри действительно хранилось страшное оружие, способное угрожать целому особому отряду, истратить его на обречённую Змеедеву, которой и так не сбежать, было бы непростительным расточительством.

У этих ящиков ещё найдётся другое применение.

— Хе-хе-хе-хе...

Безумный Цао Юань, точно неутомимая боевая машина, объятый грозным пламенем ша-ци, раз за разом бросался на Змеедеву.

Когда Линь Цие загнал перемещения Змеедевы в столь узкие рамки, её подвижность резко упала. Пускай она всё ещё уклонялась от атак Цао Юаня, меняясь местами со змеиными глазами, в какую бы точку она ни смещалась, она непременно оказывалась в пределах досягаемости двух других противников.

Змеедева, ещё недавно вертевшая всеми как кошка мышью, теперь сама пала жертвой беспощадной игры этой троицы в «ударь крота»...

Было видно, что больше всех веселился именно безумный Цао Юань: Линь Цие отчётливо ощущал, как его злобный хохот стал на несколько децибел громче, сделавшись ещё разнузданнее.

Под слаженным натиском ран на теле Змеедевы становилось всё больше, а перемещалась она всё медленнее. И когда она в очередной раз возникла возле Линь Цие, парящий в воздухе прямой клинок блеснул и с росчерком молнии обрушился прямо на неё!

Клинок вспорол ей плечо, пустив кровь, и следом в её тело хлынул мощный электрический разряд, мгновенно парализовав её!

С помощью обратного точечного призыва Линь Цие переместился вплотную к ней; второй прямой клинок точно вонзился ей со спины прямо в сердце. Абсолютная тьма стремительно разъедала её внутренности; лицо Змеедевы перекосило от невыносимой муки, и она истошно взвыла.

— Будьте вы прокляты, будьте прокляты! — в истерике взревела Змеедева. — Если я сдохну, то и вам живыми не уйти!

Не дав Линь Цие нанести следующий удар, она резко прижала руки к собственным глазницам и с силой надавила — два янтарно-жёлтых зловещих змеиных глаза очутились в её руках!

Кровь струилась из пустых глазниц. Злорадно скалясь, она подняла оба глазных яблока над головой. В следующий миг усеявшие стены змеиные глаза словно ожили: вспыхнув зловещим сиянием, вертикальные зрачки задрожали и заметались во все стороны, будто что-то выискивая.

И тут же тысячи окаменяющих змеиных глаз разом сфокусировались на Линь Цие и остальных внизу.

Кожа у всех начала покрываться серым налётом, стремительно превращаясь в камень.

— Плохо! — нахмурился Линь Цие. Кубик Рубика Хаоса в его руках завращался, готовый перетасовать расположение стен.

Но на вращение Кубику Рубика Хаоса требовалось время — он не мог сдвинуть все стены за долю секунды. И как раз в этот миг по окружающим стенам густой сетью побежали трещины.

Линь Цие оглянулся: Мо Ли вонзила свой тати в пол. Одной рукой она прижимала сочащийся кровью низ живота; бледная как смерть, девушка казалась готовой вот-вот рухнуть без чувств, но вторая её рука намертво вцепилась в рукоять, вливая всю духовную силу в «Вибрацию всего сущего».

Кр-р-рак!..

Ба-бах!..

Стена под их ногами внезапно разлетелась на куски и под действием силы тяжести рухнула вниз!

Поскольку пространство двадцать второго и двадцать третьего этажей уже было перемешано Кубиком Рубика Хаоса и зависло отдельно от здания прямо в ночном небе, после разрушения пола под ногами открылся вовсе не двадцать первый этаж, а зияющая пустота заоблачной высоты.

Свистящий ветер забил всем в лица, накатившая невесомость сковала сознание. Бумажно-бледная Мо Ли наконец дошла до предела: её отяжелевшие веки медленно сомкнулись, и девушка головой вниз стремительно полетела в бездну!

— Мо Ли!!

Толстяк Байли закричал во весь голос. Золотой луч вырвался из его груди, обернулся летающим мечом под его ногами, и юноша стрелой метнулся вслед за падающей Мо Ли!