Глава 355. Зачистка

Божественные руины кромешной тьмы по своей сути являлись способностью использовать первозданный мрак, разъедая любые предметы или живых существ, оказавшихся в зоне их действия. Всё, чем овладевала ночная тьма, переходило под полный контроль Линь Цие.

Раньше из-за невысокого ранга эту способность можно было применять лишь для управления относительно лёгкими предметами — вроде прямых клинков или стрел. Теперь же, когда Линь Цие перешёл в ранг «Река», и сила контроля, и убойная мощь возросли на порядок.

Теперь с помощью Эрозии кромешной тьмы он мог голыми руками оторвать часть тела гигантского муравья пика ранга «Река»!

Когда же его ранг продолжит расти, обретение способности голыми руками разрывать небосвод и сминать стальной трон, подобно Старому Псу У, станет лишь вопросом времени.

Первый муравей-солдат временно лишился возможности передвигаться, но двое других даже не замедлились. В мгновение ока они очутились перед Линь Цие, и усеянные шипами щупальца резко метнулись в выпад!

Парящие вокруг Линь Цие два прямых клинка рассекли воздух и точно встретили шипастые щупальца. Лезвия со скрежетом полоснули по острому хитину, высекая ослепительные снопы искр!

В то же мгновение на Линь Цие вспыхнуло сияние магии превращения, и он в один миг обратился в рыжеволосого санитара в бирюзовой униформе — Хунъянь!

Руки «Хунъянь» покрылись густой драконьей чешуёй. Она намертво вцепилась в серповидные жвала одного из муравьев-солдат, мышцы на её руках вздулись, и она силой развела эти челюсти в стороны...

Тр-раск——!!

Под напором сокрушительной мощи «Хунъянь» голыми руками вырвала жвала муравья-солдата!

Но этим дело не кончилось. Воспользовавшись тем, что муравей-солдат яростно забился, «Хунъянь» вогнала обе руки прямо ему в пасть, силой разорвала пищевод, и прямо перед ней стремительно зародилось ослепительное пламя драконьего дыхания.

Бум——!!!

Огненно-красное драконье дыхание хлынуло прямиком в пищевод муравья-солдата. Истошный визг оборвался почти мгновенно, а секунду спустя из нутра твари повалили клубы черного едкого дыма...

Вся мощь драконьего дыхания без остатка рассеялась внутри муравья, наружу не вырвалось ни единого всполоха. Тело муравья-солдата словно поглотило огненный шар, а панцирь раскалился до предела.

«Хунъянь» небрежно отшвырнула обугленного муравья-солдата на землю. Тем временем другой муравей-солдат, сдерживаемый прямыми клинками, наконец прорвал оборону, и два его шипа под коварным углом метнулись прямо к её телу.

Два магических сияния одновременно вспыхнули на «Хунъянь». Прежде чем шипы успели коснуться её тела, она уже бесследно исчезла.

Первым заклинанием была магия превращения, вернувшая Линь Цие его основное тело; вторым — магия обратного точечного призыва!

И пока муравей-солдат ошеломлённо застыл из-за исчезновения «Хунъянь», Линь Цие, сжимая в руках оба прямых клинка, уже возник прямо над его головой!

— Колесница грома сотрясает твердь, гремит огонь зарниц! — негромко произнёс Линь Цие.

Тр-раск——!!

Два темно-синих сполоха молний заплясали по поверхности прямых клинков с частым электрическим треском. Острые лезвия, объятые пульсирующим громом, безошибочно вонзились в усиковые борозды муравья-солдата!

Тело муравья-солдата забилось в яростных конвульсиях. Даже с пробитыми усиковыми бороздами он не погиб сразу: два шипа вновь устремились к Линь Цие, стоявшему у него на спине.

Живучесть муравьев-солдат оказалась куда выше, чем у рабочих муравьёв.

Линь Цие приподнял бровь, и тьма разъела поверхность обоих шипов, заставив их застыть в воздухе в миге от него, не позволив продвинуться вперед ни на шаг.

— Раз даже это тебя не убило, тогда остаётся только...

Линь Цие крепче сжал вонзённые в усиковые борозды парные клинки и рванул их в стороны. Бурные разряды молний взбушевались в голове гигантского муравья, разрывая её пополам!

В следующий миг черный муравей-солдат безжизненно рухнул на землю, испустив дух.

Линь Цие выдернул оба прямых клинка, стряхнул с них зелёную кровь и зашагал к первому муравью-солдату, которому в самом начале оторвал передние конечности.

Пусть тот муравей и лишился подвижности, шипы на его усиках всё ещё хлестали вокруг. Однако атаки подобной силы не представляли ни малейшей угрозы для Линь Цие, обладавшего восприятием и превосходным динамическим зрением.

Уворачиваясь от ударов, Линь Цие разъедал шипы Эрозией кромешной тьмы. Затем он слегка сжал ладонь — и оба шипа, уже подвластные тьме, развернулись и вонзились в тело самого муравья-солдата!

Парные клинки Линь Цие замелькали один за другим, с молниеносной быстротой отсекая оставшиеся ноги муравья-солдата, затем срезали усики, окончательно превратив его в такой же обрубок, каким стал рабочий муравей в железном ящике.

Глядя на муравья-солдата, который всё ещё был полон сил и извивался на земле точно змея, Линь Цие удовлетворённо кивнул.

Пойманный ранее рабочий муравей был слишком хлипким и просто не выдержал обращения Линь Цие; если же проводником сделать этого муравья-солдата, тот наверняка продержится дольше.

К этому моменту остальные почти закончили расправляться с рабочими муравьями. В лесу образовалась широкая прогалина, усеянная оторванными лапами и тушами гигантских муравьев.

К всеобщему удивлению, Цао Юаню на этот раз не понадобилась помощь Линь Цие: он немного поборолся с собой в углу, после чего окутывавшая его ша-ци постепенно угасла, а тело вернулось в свой привычный вид.

Обессиленный, он прислонился к дереву — бледный, будто полностью опустошённый.

— Ты в порядке? — подойдя к нему, спросил Линь Цие.

Цао Юань с улыбкой покачал головой:

— В этот раз я высвободил её не до конца, так что смог собственной волей подавить ша-ци Чёрного царя. Пришлось, конечно, попотеть, но зато это отличная закалка для духовной силы — рангу только на пользу.

Услышав это, Линь Цие заметно успокоился.

В этот миг перепачканный в крови Муму подпрыгнул и плюхнулся Линь Цие прямо на спину. Ничуть не заботясь о том, насколько он грязен, он от избытка чувств принялся радостно размахивать руками и ногами.

Для него хитиновые шипы этих исполинских муравьев тоже служили оружием, так что только что он проглотил их все до единого и теперь пребывал в отличном расположении духа.

Линь Цие со вздохом ссадил его на землю. Глядя на валяющиеся вокруг туши, он вдруг о чём-то подумал, и глаза его постепенно загорелись.

В этот момент А-Чжу, испуганно прятавшийся за деревом и украдкой разглядывавший Толстяка Байли и остальных, вскрикнул: Линь Цие подхватил его и поднял в воздух.

— Вы двое, помогите мне стащить все туши в одну кучу, они мне пригодятся, — сказал Линь Цие Муму и А-Чжу.

А-Чжу скривился со слезливой миной:

— Главврач, почему опять я?!

— Потому что ты мой санитар, — похлопал его по плечу Линь Цие и ласково произнес: — Не управишься — сегодня останешься без ужина.

А-Чжу: (｡•́︿•̀｡)

Опустив обоих малышей на землю, Линь Цие направился к ни живому ни мёртвому Ли Дэяну, тихонько спрятал окровавленные прямые клинки за спину и с задумчивым видом произнес:

— Если я сейчас скажу, что мы и вправду пришли снимать документалку... ты поверишь?