Глава 115. Пылающий верхний этаж

После бесстыдных уговоров Вэнь Цимо всё-таки остался. Правда, спать с Линь Цие в одной постели ему не довелось — пришлось постелить себе на полу в гостиной.

Глядя на его лучезарную улыбку, Линь Цие молча закатил глаза. Он уже начал сомневаться, искренне ли тот вообще вызвался его защищать...

— Я пройдусь, — наскоро собрав вещи и глянув в окно на вечернее небо, бросил Линь Цие.

— Хочешь, я пойду с тобой? — подняла голову Хунъин.

Линь Цие на миг замешкался:

— Не стоит. Девушке туда идти не с руки.

Вэнь Цимо замер, и его глаза тут же загорелись:

— Тогда... я с тобой?

— ...Я просто иду в отель к другу. О чём ты вообще подумал?

— А, ну тогда не надо.

Линь Цие собирался проведать в отеле Толстяка Байли. В конце концов, как радушный хозяин в Цаннане он не мог просто так бросить гостя на произвол судьбы. А возьми он с собой Хунъин — ещё не дай бог увидит что-нибудь непотребное...

— Сейчас такое неспокойное время... Не опасно тебе идти одному? — засомневалась Хунъин.

— Скоро стемнеет, так что одному мне даже безопаснее, — уголок губ Линь Цие чуть приподнялся. — К тому же заместитель командира сам сказал: излишне опекать меня ни к чему. Нынешний я... вообще-то неплохо умею драться.

Да и в городе устроили засады инструкторы, а Лэн Сюань затаился неведомо где. Всё будет в порядке.

Хунъин кивнула, а затем, словно вспомнив о чём-то, вынесла из комнаты чёрный футляр и протянула Линь Цие:

— Возьми клинок.

— Угу.

Линь Цие ушёл к себе, сменил военную форму на обычную повседневную одежду, достал из шкафа чёрную шляпу и надвинул на лоб, скрывая лицо.

Поколебавшись немного, он взял и клинок Чжао Кунчэна, и тот, что привёз из лагеря сборов. Подхватив два чёрных футляра, юноша тихо вышел из коттеджа.

...

Гранд-отель «Кайлански», роскошный президентский люкс.

— Прощай же, мама, этой ночью я отправлюсь в дальний путь~~

Не волнуйся за меня~ со мной весло радости и мудрости-и~~

Из ванной, грациозно покачивая бёдрами, выплыл толстячок с голым торсом и обёрнутым вокруг пояса банным полотенцем. Он лихо зачесал назад мокрые волосы, держа в руке бокал красного вина и легонько его покачивая.

В такт музыке он гибко извивался всем телом, словно упитанный танцор, крутанулся в коридоре на триста шестьдесят градусов и с шиком шагнул в гостиную...

И тут же улыбка застыла у него на лице.

В гостиной на диване сидел Цао Юань. Обхватив руками ножны, он смотрел на него как на умалишённого.

— Какого хрена... Как ты сюда попал?! Я разве не снял тебе номер в маленькой гостинице по соседству?

Толстяк Байли прижал руки к груди и недовольно выпалил.

— В обычном номере не так удобно, как в президентском люксе, — пожал плечами Цао Юань и как ни в чём не бывало закинул ноги на журнальный столик.

Толстяк Байли: (｀⌒´メ)

— Пошёл, пошёл отсюда! Ты мне мешаешь наслаждаться жизнью, — с отвращением отмахнулся Толстяк Байли.

— Да ладно тебе, пляши дальше, я сделаю вид, что ничего не заметил.

— ... — уголок рта Толстяка Байли дёрнулся. — Взрослый мужик сидит в гостиной в обнимку с клинком и пялится, как я танцую? Ты думаешь, после такого я смогу продолжить?

Цао Юань ненадолго задумался:

— Ну, я могу отложить клинок...

— Да дело вообще не в клинке! — обречённо схватился за лоб Толстяк Байли.

— Чего ты так спешишь меня прогнать? Небось заказал себе...

— Чушь собачья! Я всегда блюл чистоту и благопристойность, с чего бы мне заказывать... — Толстяк Байли от злости аж затрясся всем жирком.

Цао Юань склонил голову набок и немного подумал:

— А при чём тут КФС и благопристойность?

— ...

— Ничего не знаю! Уходи, живо, убирайся прямо сейчас! — вытаращил глаза Толстяк Байли.

— Если я останусь, то смогу ловить для тебя мышей.

— Брехня. Это пятизвёздочный отель, откуда тут взяться мышам?

— А вон там кто, по-твоему? — вытянул руку Цао Юань, указывая на притаившегося в углу мышонка.

Толстяк Байли побледнел, отшатнулся на полшага назад и сердито зашагал к спальне:

— Твою ж мать, что за помойка, а не отель! Сейчас же наберу на ресепшен, пусть поднимаются и смотрят...

БА-А-АХ-Х-Х!!!

За окном внезапно полыхнуло ослепительное пламя, разнося вдребезги огромные панорамные окна. Грянул сокрушительный взрыв, и взрывная волна вперемешку с обжигающим огненным валом смела и отшвырнула Толстяка Байли и Цао Юаня!

От раскатистого грохота пешеходы на улице разом задрали головы и вскрикнули от ужаса!

Под чёрным ночным небом верхушка взмывающего к облакам отеля уже превратилась в бушующее море огня. Осколки стекла вперемешку с горящими обломками мебели стремительно летели вниз.

И среди этого града падающих обломков, приглядись кто-нибудь в бинокль ночного видения, можно было различить две стремительно несущиеся к земле человеческие фигуры.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!..

Завёрнутый в банное полотенце Толстяк Байли истошно орал. В ушах свистел бешеный ветер, леденящее чувство невесомости сковало сознание, а лицо стало белее мела.

Рядом с ним Цао Юань с клинком в охапке падал с той же бешеной скоростью, но на его лице не дрогнул ни один мускул.

Он вскинул взгляд на пылающий верхний этаж и пробормотал себе под нос:

— И впрямь мыши...

— Чёртов Цао Юань! Тупой Цао Юань! Придурочный Цао Юань!

Мать твою, остальные, как только сошли с поезда, шарахались от меня, словно от чумы, а ты какого хрена привязался как банный лист?!

Ты хоть знаешь, сколько людей в этом городе жаждут забрать мою жизнь?!

Тебе что, мать твою, жить надоело?!

Пока они летели вниз, Толстяк Байли во всю глотку крыл невозмутимого Цао Юаня!

Цао Юань лишь приподнял бровь:

— Не боюсь.

Толстяк Байли опешил, явно не ожидая такого ответа, а затем в ярости выпалил:

— Псих, ненормальный псих!.. Благо я заранее подготовился, иначе разбился бы вместе со мной насмерть!

С этими словами он сунул руку под банное полотенце и вытащил цепочку с подвеской.

— «Нефритовое сияние»!

Толстяк Байли ткнул пальцем вперёд. Вспыхнуло золотое сияние, обернувшееся двумя мягкими облаками. Они возникли за их спинами, погасив силу падения...

И оба плавно опустились на землю.

Цао Юань с удивлением посмотрел на Толстяка Байли, прикрытого лишь одним банным полотенцем, и выражение его лица стало весьма странным.

— А куда ты спрятал «Вольное пространство»?

Толстяк Байли помрачнел:

— Не твоё дело!

Цао Юань задрал голову, глядя на верхушку отеля, откуда до сих пор доносились раскаты мощных взрывов.

— Инструкторы вступили в дело. Должно быть, схлестнулись с убийцами.

— Эх... Даже помыться по-человечески не дали, — вздохнул Толстяк Байли, пощипывая жирок на животе.

— Неужели юный господин клана Байли всегда живёт столь бурной жизнью?

— Хм! С самого детства на меня покушались столько раз, что со счёта собьёшься, но я ведь до сих пор жив-здоров, — Толстяк Байли поднял взгляд к ночному небу. — Завтра прибудет моя личная охрана... Вот тогда посмотрим, кто ещё посмеет поднять на меня руку!

Взгляд Цао Юаня скользнул по сторонам, и он слегка прищурился:

— Сдаётся мне, для начала тебе нужно пережить сегодняшний день...

Толстяк Байли в недоумении повернулся к нему.

Цао Юань указал пальцем на пустынную, безлюдную улицу и негромко произнёс:

— Тебе не кажется, что здесь слишком тихо?