Глава 94. Рассекатель белизны

Обезумевший Цао Юань яростно взревел и метнулся вперед, точно молния. Деревянный меч в его руке резко рассек воздух, и черное пламя серповидным росчерком полоснуло в сторону инструктора Ханя.

Оставшийся с пустыми руками инструктор Хань слегка прищурился и перекатом ушел в сторону, уклоняясь от огненного серпа, одновременно подхватив с земли прямой клинок.

Раздался чистый тихий звон — прямой клинок покинул ножны!

Едва оружие оказалось в руке, весь облик инструктора Ханя мгновенно переменился.

Его глубокий взгляд будто насквозь видел каждый шаг обезумевшего Цао Юаня. Когда тот одним рывком очутился перед ним, инструктор резко отступил на полшага назад, развернулся вполоборота и полоснул клинком наотмашь!

Дзинь—!

Объятый черным пламенем деревянный меч столкнулся с прямым клинком инструктора Ханя — раздался звон, словно ударилась сталь о сталь. Обезумевший Цао Юань злобно оскалился и резко надавил всей силой!

Прямой клинок инструктора Ханя отбросило в сторону, но тот ни на миг не поддался панике. С безупречной точностью предугадав траекторию следующего удара обезумевшего Цао Юаня, он легко уклонился, а затем отступил на несколько шагов назад с предельно сосредоточенным взглядом.

— Цие, разве Запретные руины не подавлены? Как Цао Юань все еще может их использовать? — недоуменно спросил Толстяк Байли, наклонившись к самому уху Линь Цие.

— Чем выше порядковый номер в реестре Запретных руин, тем слабее действует этот запретный предмет. С чужими Запретными руинами он еще справляется, но у Цао Юаня номер слишком высокий, полностью подавить его невозможно.

К тому же его Запретные руины крайне необычны: в состоянии буйства он и сам не контролирует себя, так что действие запретного предмета еще слабее, — высказал свою догадку Линь Цие.

— Так значит, Запретные руины инструкторов тоже подавлены? — сообразил вдруг Толстяк Байли. — Выходит, сейчас на всем плацу один лишь Цао Юань может пользоваться Запретными руинами, а инструктор Хань бьется с обезумевшим Цао Юанем исключительно за счет боевых навыков?

Но ведь это сверхопасный ранг среди сверхопасных!

Линь Цие ничего не ответил, лишь молча наблюдал за ожесточенной схваткой на помосте.

— Всем немедленно покинуть тренировочный плац! — тяжело бросил новобранцам внизу инструктор Хань; обменявшись с обезумевшим Цао Юанем чередой ударов, он отшатнулся на несколько шагов от отдачи чудовищной силы.

С его опытом и наметанным глазом он, разумеется, узнал Запретные руины юноши и в общих чертах оценил обстановку. Как ни крути, Цао Юань сейчас был слишком опасен, а новобранцы с подавленными Запретными руинами оставались обычными людьми: если они продолжат здесь оставаться, беды не миновать.

«Черт подери, я совершенно не чувствую собственных Запретных руин...» — инструктор Хань стиснул зубы, раз за разом пытаясь высвободить свои Запретные руины, но те не подавали признаков жизни.

Впавший в безумие Цао Юань был противником, совладать с которым даже Ван Мянь посчитал бы сложнейшей задачей. Не обладая ни ускорением времени, ни «Ловчим селезнем», инструктор Хань держался против него исключительно за счет боевого опыта и отточенного мастерства.

И лишь благодаря этому Линь Цие и остальные смогли воочию увидеть подлинную силу злополучного инструктора!

Какой бы головокружительной ни была скорость обезумевшего Цао Юаня, инструктор Хань неизменно просчитывал траекторию его атак. Прямой клинок в его руках словно обрел разум: он порхал в ладони, точно бабочка, безупречно встречая каждый выпад!

Вот только, хоть он и парировал удары, совладать с запредельной физической мощью и обжигающим зловещим пламенем ему было не под силу.

Этот бой был изначально неравным.

Под злобный оскал обезумевшего Цао Юаня инструктор Хань едва держал оборону, отступая шаг за шагом.

— «Нефритовое сияние», — Толстяк Байли надел подвеску на шею, вытянул пухлую руку и издали указал пальцем на смотровой помост.

Ослепительный золотой свет сжался в плотный пучок и стрелой сорвался с пальца, тяжело ударив по кромке деревянного меча. В следующий миг свет резко изменил форму, превратившись в золотую веревку, и намертво спеленал обезумевшего Цао Юаня.

Обезумевший Цао Юань яростно взревел, черное пламя на его теле взметнулось еще сильнее, и всего за пару секунд путы, сотворенные «Нефритовым сиянием», перегорели. Вырвавшись на свободу...

...он повернул голову к стоявшему под помостом Толстяку Байли с хищным, свирепым оскалом на лице.

Толстяк Байли содрогнулся всем своим дородным телом, отступил на полшага назад и судорожно сглотнул...

— Брат Цие, спасай!

Линь Цие: «...»

— Дай мне клинок, — со вздохом произнес Линь Цие.

— А? Сейчас! — Толстяк Байли сунул руку в карман и принялся лихорадочно в нем шарить.

К этому моменту обезумевший Цао Юань уже оставил в покое инструктора Ханя и, сменив цель, сломя голову помчался прямо на Толстяка Байли и Линь Цие!

Инструктор Хань побелел как полотно:

— Бегите!..

Резко оттолкнувшись ногами, он бросился вслед за обезумевшим Цао Юанем в их сторону.

Линь Цие, чуть нахмурившись, остался стоять на месте. В глубине его глаз вспыхнули два слабых золотых огонька, и от него во все стороны разошлась мощная, подавляющая аура.

— Нашел! — Толстяк Байли выудил из кармана клинок — по длине почти такой же, как Звёздный клинок, — и сунул его в руку Линь Цие.

В это же мгновение черное пламя обезумевшего Цао Юаня полыхнуло уже перед самым лицом Линь Цие!

Овеянный зловещим пламенем деревянный меч рассек воздух, метя прямо в шею Толстяка Байли. Но в ту же секунду белоснежный росчерк лезвия ослепительно вспорол пространство!

Вжух—!

Деревянный меч столкнулся с белым сиянием клинка, намертво остановив натиск зловещего огня. Линь Цие вывернул кисть обратным движением и отбил оружие Цао Юаня в сторону.

Не помня себя от пережитого ужаса, Толстяк Байли стоял за спиной Линь Цие, поглаживая бешено колотящееся сердечко:

— Твою мать... Чуть не помер со страху!

Линь Цие озадаченно хмыкнул и опустил взгляд на клинок в своей руке. В его глазах читалось искреннее недоумение:

— Я ведь явно не коснулся деревянного меча. Почему тогда...

— Запретные руины в этом клинке называются «Малый Рассекатель белизны». Это искусственные Запретные руины, копия того божественного оружия под номером 061 в реестре — «Рассекателя белизны». При ударе он позволяет пренебречь расстоянием в пять метров, так что это не бог весть какой грозный запретный предмет.

Толстяк Байли погладил свой круглый живот:

— Настоящий «Рассекатель белизны» — один из шедевров в коллекции нашей семьи. Говорят, он может пренебречь расстоянием в целую тысячу метров: один взмах в радиусе километра — и любая голова с плеч.

— Настолько невероятно? — удивленно переспросил Линь Цие, повертев в руках «Малый Рассекатель белизны».

— А ты как думал! Запретных предметов, удостоенных чести войти в коллекцию нашей семьи, раз-два и обчелся. Батя трясется над ними денно и нощно, словно над зеницей ока, мне даже краем глаза взглянуть не позволяет.

— Ну, а в руке лежит отлично.

Линь Цие прикинул вес «Малого Рассекателя белизны» на ладони и с удовлетворением кивнул.

Безумный Цао Юань глухо зарычал, вперив немигающий взгляд в Линь Цие. Переплетающиеся на его теле языки зловещего пламени разгорелись с новой силой.

Почувствовав на себе его взгляд, Линь Цие холодно хмыкнул и полоснул его ответным свирепым взором — в глубине его глаз вспыхнули два расплавленных золотых горнила!

Бескрайнее божественное величие обрушилось прямо на сознание безумного Цао Юаня. Тот глухо охнул, отшатнулся на полшага назад, и его повело из стороны в сторону, словно пьяного.

— Хм? Похоже, божественное величие на него... на удивление хорошо действует, — пробормотал Линь Цие себе под нос и повернулся к Толстяку Байли: — Тот «Свиток запечатывания», что был в прошлый раз, дай мне еще раз.

— Держи, — Толстяк Байли достал из кармана клейкую ленту и вложил в руку Линь Цие.

Сжимая в правой руке «Малый Рассекатель белизны», Линь Цие зубами надорвал кусок ленты «Свитка запечатывания» в левой руке. Глаза его вспыхнули, точно палящие солнца, и он стремительно ринулся на безумного Цао Юаня!

Когда до безумного Цао Юаня оставалось еще пять метров, Линь Цие несколько раз взмахнул «Малым Рассекателем белизны», прямо на расстоянии отбив в сторону деревянный меч в руке Цао Юаня!

Цао Юань яростно взревел, и его свободная рука скрючилась когтями; объятая зловещим огнем, она со скоростью молнии метнулась к Линь Цие!

Линь Цие словно насквозь видел его движения: слегка присев, он разминулся с когтистым выпадом, а затем вновь взмахнул «Малым Рассекателем белизны» и обухом со всей силы врезал ему по локтю!

Деревянный меч вылетел из руки Цао Юаня!

Линь Цие молниеносно развернулся, длинным отрезком «Свитка запечатывания» в левой руке обмотал его шею в несколько слоев, наглухо отсекая черное пламя, и с силой дернул вниз!

Безумный Цао Юань с глухим стуком повалился на землю!