Глава 638. Эксперт по ядам

Клейн кланялся, а в это время фиолетовый отсвет в глазах Каттлеи сгустился, они превратились как бы в бездны, засасывающие души. То, что и до этого придавало ей таинственный вид, стало ещё более отчëтливым. Она увидела, что Астральная Проекция в глубине Эфирного Тела Германа Воробья представляет собою чистую тьму. А точечно на кое-каких мелких участках бежали чёрные потоки, несущие непрестанные изменения. Увидела, что левая рука его ярко сверкает, но запятнана кровавой краской, никак не растворяющейся. Увидела голубой блеск у его запястья и серебристый поток через левый карман. Цвета были яркие, заметные, словно связанные с призрачным духовным миром, откуда накладываются друг на друга образы. Слышался звук морского прибоя и призрачный гул ветра, овевающего предметы. Увидела смешение зелёного и чёрного отблесков у правого кармана Германа Воробья, а заодно два золото-серебряно-бронзовых пятнышка подмышкой. На груди было серовато-бело, словно тронуто смертным тлением.

— Четыре мистических предмета и артефакты Потусторонних или же духовные амулеты десятками... – В глаза Каттлеи будто слегка сверкнуло что-то, и она не удержалась, на мгновения прикрыла их. Она тоже кивнула. — Добрый вечер, мистер Воробей. Даже она, могучая и прославленная на морях, старшая из семи адмиралов, редко видела людей, до зубов вооружëнных предметами Потусторонних. Разумеется, она видела людей, у которых и побольше мистических предметов, признаков Потусторонних и духовных амулетов, но за этими людьми стояли тайные организации. У них чаще всего было по несколько кораблей и более тысячи пиратов в подчинении. Многое нужно было сдавать, делить, распределять, а то и продавать ради поддержки и укрепления своей группировки. И в итоге, мало что можно было оставить себе в распоряжение. Однако это "мало" было относительно. Эти предметы могли сравниться с тем, что сейчас имел при себе Герман Воробей, но у Каттлеи после нескольких обменов оставались лишь два предмета – своей мощностью и таинственностью соответствующих её личности пиратского адмирала. Своими чёрными глазами с фиолетовым отливом Каттлея разглядела не только свечения от разных предметов, но и то, что Герман не совсем настоящий. Он как будто скрывался за плотными завесами. — Э-это потому у меня на собраниях клуба Таро о нём остаётся впечатление, будто он неживой? Тайн у него немало. Там замешан, по меньшей мере, святой Последовательности 3 или даже ангел уровня повыше... – Каттлея не осмеливалась больше смотреть на него, и отсвет в её глазах был уже не так глубок. Вместе с тем она уж посмеивалась над собой, находя некоторые свои догадки о Мире и Германе Воробье довольно забавными. — Замешан святой Последовательности 3 или даже ангел уровня повыше... Хе-хе, а что же тут странного, если он такой же, как и я, и тоже член клуба Таро. Мы все явно связаны с мистером Шутом, который, скорее всего, заново пробуждëнный древний бог.

Обменялись приветствиями, и Каттлея не стала тратить времени на светские беседы – повела Клейна к каюте. Тут пришвартованное Будущее снова тронулось. Прочертило длинные линии на морской глади, держа путь к востоку от маршрута китоловов. И тогда напряжение в атмосфере гавани Нас рассеялось. Моряки со всех сторон провожали Будущее взглядами. Клейн не показывал, что ощущает какое-то давление, проговорил таким тоном, словно вернулся к себе домой: — Народа меньше, чем я ожидал. Каттлея обернулась, взглянула на него и отвечала просто: — К востоку от китобойного маршрута очень опасно. Один только Людвелл туда зачастил, как будто ищет там что-то. Другие корабли команды, кроме Будущего, с нами не поплыли. И в свою очередь большое количество моряков переведены на другие корабли. Сохранился лишь минимальный состав, необходимый для благополучного путешествия. — Выбор весьма мудрый... Людвелл. Тот самый Адмирал Адский Людвелл? Мистер Повешенный как-то давно его упоминал. Говорил, что он начинал изучать восточный конец навигации моря Соня...– Клейн чуть кивнул, не сказав ни слова. Так и следовало держаться Герману Воробью. Он молча огляделся вокруг и обнаружил, что палуба, каюта и рангоут покрыты таинственными, абстрактными символами. В целом всё выглядело гигантским помещением для магической ритуальной церемонии. — Похоже на Золотую Мечту. Парусник-тайна, но не дотягивает до кораблей-призраков... В сравнении с Адмиралом Звёзд и Контр-адмиралом Айсберг, Трейси, которая лишь за последние несколько месяцев стала пиратским адмиралом, явно уступает. На Чёрной Смерти ничего особенного нет... – Клейн отвёл взгляд и пошёл за Каттлеей ко входу в каюту. Там ждал человек в комбинезоне и белой рубашке, лет тридцати с чем-то, крепкий и подтянутый на вид, с густой растительностью на теле, открытые предплечья покрывал мех, словно рукава коричневого свитера. Шевелюра у него была округлая, вдавленная посередине. Он заулыбался, протянул правую руку. — Первый помощник капитана Будущего, Фрэнк Ли. Добрый вечер, мистер Воробей. — Знаток Ядов Фрэнк Ли, за которого дают вознаграждение в семь тысяч фунтов... – Тут же узнал его Клейн.

Памятуя, что Герман Воробей не имеет привычки пожимать руки, чуть поклонился и отвечал: — Добрый вечер. Фрэнк Ли убрал правую руку и взглянул на Каттлею. Всё улыбаясь, он спросил: — Вы, кажется, меня знаете? Да, верно. Тот мой прежний портрет красуется в ордере на арест. Не обращайте внимания на титул Знатока Ядов. Я человек весьма дружелюбный, пока не столкнусь с теми чëртовыми ублюдками! Самое большое моё хобби – изучение почвы и исследование техник скрещивания. Поверьте, в этом будущее человечества. — Но члены Церкви Матери Земли ему не верят, – очень тонко представила Каттлея Знатока Ядов Клейну. — Он изначально какой-то член Церкви Матери Земли? Техники скрещивания – это хорошо. Если они увеличивают количество продовольствия, то им можно обеспечить больше людей, повышая тем самым прожиточный минимум... – Клейн посмотрел на Фрэнка и сказал учтиво и совершенно искренне: — Это занятие достойное. —... Вы вправду такой искатель приключений, что не довольствуется точкой зрения простого человека! Превосходно! Превосходно! Таких людей, как вы, ну очень мало! – в голубых глазах Фрэнка показалось явное приятное удивление. – Я всего-навсего попробовал скрестить быка, корову и пшеницу, чтобы телята рождались из пшеничных колосков. А за это меня Церковь Матери Земли чуть ли не отправила под суд. Матерь наша милостивая, ни за что не понять им твоей истинной воли! — Скрестить быка, корову и пшеницу... Ну ты и дьявол... – Только сейчас Клейн додумался, что его понятие о скрещивании отличается от того, что имел в виду Фрэнк Ли. Клейн сохранял стоически-спокойное выражение лица, больше не вдаваясь в подробности. Фрэнк, суетящийся во внезапном приступе воодушевления, повёл его по коридору, они шли рядом с Каттлеей. Когда Клейн ступил на лестницу и поднялся на уровень выше, его духовное чутьë что-то побеспокоило, и он бросил взгляд на тень рядом. Из скрутившейся темноты выросла человеческая фигура – изящная, высокая, но бледная. Щёки этого человека были почти прозрачны, а переносица непропорционально высока. Всем существом он внушал какое-то болезненное чувство. — Это второй помощник капитана Будущего, Хит Дойл, – представил с улыбкой Фрэнк.

— Бескровный Хит, которого оценивают в семь тысяч шестьсот фунтов, то есть дороже тебя? – Клейн быстро соотнëс лицо с нужным объявлением о вознаграждении. Хит в знак приветствия кивнул и снова скрылся в тени. — Он Епископ Роз, – поворачиваясь и направляясь к каюте капитана, доброжелательно пояснил Фрэнк состояние Хита Дойла. — Ты прямо так в открытую сообщаешь мне Последовательность вашего второго помощника капитана? – Клейн едва не вскинул брови. Он украдкой взглянул на Каттлею и увидел её тщательно скрываемое отчаяние. — Вы недоумеваете, боитесь, что он истово верующий в Истинного Творца, безумец, поражëнный пороком? Нет, это не так, ха-ха. Он счастливчик. По стечению обстоятельств его, обычного человека, обрызгали зельем, сваренным из составляющих Потустороннего Епископа Роз. Зелье в него впитывалось потихоньку, и он пережил испытание. В конце концов, стал довольно особенным Потусторонним. Поскольку стадию Слушателя он не проходил, его не поразило пороком, и безумным он тоже не стал. А пока он не использует нарочно Слушание, силу Потустороннего, он остаётся обычным человеком, – сказал Фрэнк вызывающим тоном. — Только позавидовать остаётся этому товарищу. В один присест достиг Последовательности 6. Да вдобавок не тронулся при этом умом, как морской змей Калвети... – Вздыхал про себя Клейн, глядя, как Адмирал Звёзд открывает дверь в каюту капитана. Каттлея указала внутрь. — Ваш номер наискосок отсюда. Фрэнк вас проводит. Если что-то нужно, можете прийти непосредственно ко мне. За обедами можете приходить в обеденный зал в любое время. Можете также попросить Фрэнка, чтобы кого-нибудь послал принести вам еду в номер. Выбирать блюда будете сами. — Адмирал Звёзд всё делает очень чётко и ясно. Да, она зрелая, мудрая дама... – Похвалил Клейн про себя, отвечая с тем же выражением лица: — Хорошо. Он воспользовался случаем, заглянул в каюту капитана, посмотрел на обстановку, увидел, что там есть книжная полка, зеркало в полный рост, стол и ковёр. — Она, оказывается, читает. Разве не может она усвоить все сведения, которыми питает её Сокрытый Мудрец... – Подумал Клейн, позабавившись. Тут, понимая, что разговор близится к завершению, Фрэнк с чувством предложил:

— Мистер Воробей, вы не хотели бы сегодня на ужин печëного картофеля? Когда разжëвываете, по ощущениям как говядина, и на вкус тоже, но это точно картошка. — Не заболею ли я от этого... – И Клейн холодно отвечал: — Ужин я не ем. — Ну хорошо, – Фрэнк опустил плечи и собирался повести Клейна в его номер. Каттлея вдруг о чём-то вспомнила и сказала: — Мистер Воробей, вы наверняка немало врагов загнали и получили кое-какие трофеи. Мне любопытно, сколько признаков Потусторонних у вас осталось. Нельзя ли их пустить на доплату за дальнейший путь. Клейн на миг задумался и ответил честно: — Большинство из них давно проданы. Остались Дознаватель, Борец и Безумец. Чёрный Глаз и признак Потусторонних Кошмара он не упомянул. — А он вправду самый прославленный искатель приключений за последние несколько месяцев... Даже после того, как он продал большинство признаков Потусторонних, у него ещё остаётся три набора их... – Вздыхала Каттлея про себя в раздумьях. — Мне нужен Борец. У неё был среди подчинëнных один Воин с Гаргасовых островов, давно вложившийся в грядущие продвижения.