Глава 604. Другой враг

Заслышав вопрос толстяка, Клейн про себя улыбнулся, а внешне сохранял стоически-спокойный вид. — С момента вашей первой оплаты. Дарквилл, не мешкая, достал здоровенную пачку наличных и скрепя сердце отсчитал. — Вот триста фунтов. Можете выполнять ваше обещание. Клейн, получив купюры, кивнул.

–Это не проблема. Дарквиллу тут же стало легче, словно он тонул и вот наконец схватился за спасательный круг. Полчаса спустя, в гостинице, Дарквилл наблюдал, обомлев, как могучий искатель приключений Герман Воробей просит перед стойкой для регистрации: — Переведите нас в роскошные апартаменты. Сказав это, Клейн отошёл на пару шагов назад, словно уступая место Аптекарю. Дарквилл сглотнул и неуверенно спросил: — Платить буду я? — Во время выполнения задания все расходы берёт на себя работодатель. Это правило, которому следуют искатели приключений, — невозмутимо, не изменившись в лице, отвечал Клейн. — Я бы тупицей был, поверь я тебе! Я, может, еще должен платить, если ты вызовешь пару-тройку проституток из Красного Театра? — думал Дарквилл, натянуто улыбаясь. — Можем заселиться в обычный номер. Так охранять будет легче. — Тогда вы сами по себе, — Клейн без усилий играл Германа Воробья. Дарквилл засмеялся, подошёл к стойке и безразлично произнëс: — Роскошные апартаменты. Дарквилл, наконец, заселившись, зайдя в ту из спален, что поменьше, открыл там окно, оставил «вход» для совы, мистера Гарри. Достал из кармана футлярчик и проверил положение странного игрального кубика в нём. Убедившись, что кубик в том же положении, четырьмя точками вверх, Дарквилл с постепенным облегчением вздохнул.

… Баклунд, в обычном доме. Дремавший Инс Зангвилл проснулся и первым делом осмотрел собственное тело. То было его ежеутреннее рутинное действие, поскольку он не представлял себе, каких историй 0-08 насочиняет за время его сна и какими происшествиями это аукнется в действительности. Удостоверившись, что не ранен, Зангвилл надел ботинки из блестящей кожи и встал. Не увидел сначала ничего неожиданного, 0-08 тихо стоял себе на его письменном столе, как вполне обычное перо. Однако крепилось оно в металлической подставке, испещрëнной символами и магическими метками. Зангвилл с тяжёлым сердцем подошёл и схватил 0-08. Раскрыл лежащую перед ним записную книгу и обнаружил там ещё одну написанную страницу. «Инс Зангвилл не мог вспомнить, что делал накануне вечером, но остро ощущал что-то неладное». Он посмотрелся в зеркало и обнаружил, что отражение его какое-то незнакомое, словно из его тела родился другой Инс Зангвилл. Взглянул вниз и увидел, что ногти у него, разумеется, не в порядке, но никак не мог вспомнить, что он делал в минувшую ночь — «как ни старался…» Прочитав это описание, Зангвилл невольно взглянул в полноростовое зеркало, что было рядом в комнате. Увидел, что по-прежнему слеп на один глаз. На образцовом, точëном его лице не было ни морщинки, но в углах рта теплилась улыбка. С тяжëлым взглядом она резко контрастировала. В этот миг Зангвилл заметил, что лицо его чуть посинело, под глазами образовались мешки, и улыбка, ему самому непонятная, всему этому очень соответствовала. Вид его был зловещ, порочен и странен. Зангвилл поднял руки, наклонил голову и увидел набившуюся под ногти черноту, как будто полночи выкапывал в саду коренья. Хоть он и перешёл с пути Смерти на путь Вечной Ночи и стал Ночным Дозорным, но не растерял своих прежних сил Потустороннего. Он поныне был могущественным Духовным Проводником — Проводником в царстве духов мёртвых. А посему тотчас решил выйти на связь с духами в доме и за его пределами, чтобы выяснить, что случилось прошлой ночью. В этот миг он увидел краем глаза заключительный абзац в записной книге. «Инс Зангвилл пытался проводить духов, но, увы, понял, что толку от этого никакого. Словно кто-то из его товарищей по цеху начисто уничтожил все наводки. Зангвилл был очень взволнован, не осознавая ещё, во что ввязался минувшей ночью». Лицо Зангвилла помрачнело, он стал пытаться проводить духов. И как сам ожидал, не воспоследовало никакого результата, что можно было считать и приятной неожиданностью.

… Утром среды, у Таверны Лист Амириса, где сместили теневого начальника. Клейн, расхаживая кругами по глухому переулку, увидел Оза Кента, который нёс крошечный чемоданчик. — Ваше вознаграждение, — Оз Кент бросил Клейну чемоданчик. То было, по сути, не вознаграждение в полном смысле слова, а деньги, выделенные военными, Кент связан был с управлением генерал-губернатора и министерством финансов королевства. Процедура была сложна и требовала, по меньшей мере, три дня для выполнения. Клейн поймал чемоданчик и тут же его открыл. Увидел аккуратно сложенные пачки наличных, в основном достоинством в один фунт и пять. — Всего пять тысяч четыреста фунтов. Мы себе ничего не брали, — сказал Оз Кент, натянуто улыбаясь. Будь это какой-нибудь другой авантюрист, Кент дал бы самое большое четыре тысячи фунтов. А остальное пошло бы на оплату работникам, что участвовали во всей этой процедуре. Но наткнувшись на безумца, по силе близкого к пиратским адмиралам, Кенту ничего не оставалось, как стать добровольцем из страха быть казнëнным Германом на месте. — Военные вряд ли станут меня дурить поддельными банкнотами… — Клейн схватил пачку наличных и помахал ею. — Пять тысяч четыреста фунтов… — услышал Дарквилл слова Оза Кента, прячась на задворках переулка, и тайком заглянул в чемоданчик. Пачки купюр его едва ли не ослепили. Впервые он видел воочию такую сумму денег. — А доходная это профессия — искатель приключений. Успешная охота на пирата приносит тысячи фунтов. То, что он меня охраняет, принесëт ему тысячу фунтов чистого дохода и увеличит спрос. Время от времени ему могут попадаться затонувшие корабли, сокровища… И почему я стал аптекарем, а не искателем приключений? Знал б, выбрал эту счастливую стезю Потусторонних… — Подумал Дарквилл с несвойственным ему восхищением. Однако быстро осознал реальное положение вещей в своей жизни. Большинство искателей приключений не жили так богато. Если даже им выпадала удача прикончить жертву, то треть дохода они отдавали аптекарям, либо залечивали раны и скрытые повреждения, либо приобретали такие средства, что добавляли веселья или помогали при неприличных болезнях. — Всё-таки безопаснее быть аптекарем… — Вздыхал про себя Дарквилл. Тут Клейн, лишь бегло пересчитавший деньги, закрыл чемодан и сказал Озу Кенту: — Я уеду из Байама на какое-то время. Если добуду какие-нибудь данные, как мне вам сообщить? — Уедете из Байама? — спросил Оз Кент, которому это казалось странным. Клейн слегка кивнул и отвечал:

— Получил задание, поработать телохранителем. Для Оза Кента тут будто прояснилось нечто важное, а затем он ощутил какое-то странное облегчение. — Останься этот безумец в Байаме надолго и рано или поздно он начнёт устраивать неприятности. Лучше пускай себе отчаливает, дерётся там, в море, с пиратами… — И Оз Кент тотчас сказал с улыбкой: — Можете непосредственно выслать мне телеграмму, указав мой адрес. Наши люди внедрены в телеграфную контору. — Хорошо, — только и ответил Клейн, одетый в чёрное твидовое пальто. И неся чемодан, развернулся, ушёл из переулка. Он вместе с Дарквиллом отправился в гавань, надеясь успеть на самый первый лайнер, идущий на остров Орави. Сова летела среди деревьев и проворно прибыла на место, а Дарквилл и Клейн уже купили вечером накануне билеты с большой наценкой. Уже за полчаса до того, как сели на корабль, Дарквилл метался в тревоге. Он боялся, что человек, предавший его учителя, вдруг примчится и нападëт на него самого. Чувство это не отпускало до тех пор, пока он не вошёл в собственную каюту первого класса. Как только лайнер отплывëт, Потусторонним без кораблей и не умеющим летать трудно будет перехватить Дарквилла. — Скорее же трогайтесь. Скорее трогайтесь… — Бормотал про себя Дарквилл, глядя в окно. Тут подлетела сова, уселась ему на левое плечо. Клейн сидел на стуле в комнате, готовый к любым возможным нападениям. В эти мгновения небо вдруг нахмурилось, всё сильнее стал завывать ветер. Явно зашкаливала и влажность воздуха. — Шторм? — выпалил Дарквилл и приоткрыл рот. Это значило, что корабль мог не выйти в море вовремя. Мог задерживаться на долгие часы! И в этом случае Дарквилл не сможет противостоять многим ненужным рискам! Он повернулся к Герману, натужно улыбнулся. — У вас есть какие-нибудь решения? — Есть одно решение. Например, можете сразу помолиться Морскому Богу Калвети, а я немедленно отвечу на вашу молитву над серым туманом. Я рассею шторм… Но нет никаких сомнений, что через минуты, а то и секунды, примчится Морской Король Ян Коттман. А атаки его налетят и того раньше… — Клейн взглянул на толстяка и спокойно проговорил: — Я лишь только искатель приключений.

Дарквилл знал, что ожидать ему особо ничего не следует. Тихо кляня погоду, он развернулся, стал смотреть в окно, чтобы понять, что за ним в действительности происходит. Бум! Разряд серебристой молнии ударил в Дарквилла, не успел Клейн и глазом моргнуть. Дарквилл тут же рухнул на пол, сотрясаясь в дыму, исходящем из тела. Кожа его обугливалась под змеящимися по ней с жужжанием молниями. Клейн тоже едва не упал, как поражëнный. Он впервые увидел, как в человека во время бури ударила молния. — Вот уж невезение так невезение… — На какое-то краткое время он забыл, что Дарквилла нужно спасать. Мистер Гарри был так же ошарашен на какой-то миг, но потом прокричал: — Скорее! Скорее! У него во втором кармане слева пузырëк со снадобьем. Дайте ему! — Эта сова говорить умеет… — Клейн изогнул брови, прошагал вперёд, нашёл пузырь с кроваво-красным снадобьем. И вылил его в горло Дарквилу. Через несколько минут Дарквилл наконец пришёл в себя. Шелухой отпадала чёрная обгоревшая кожа, и он с огромным трудом поднялся. — Я…я свои раны сам залечу. Поплëлся, шатаясь, в комнату и запер за собой дверь. И тогда достал ювелирный футлярчик и с торжественным видом открыл. В футлярчике, где игральному кубику почти негде было кататься, он уже успел перевернуться. Вверх смотрели две красные точки! А снаружи, в гостиной, Клейн стоял на том же месте и, мрачнея, вспоминал всё произошедшее раньше. Тут у него возникло необъяснимое, обескураживающее чувство, что противники, с которыми он столкнëтся во время своей работы телохранителем, будут, наверное, иными, чем враги в прошлом. Когда Дарквилл отчасти восстановился и вышел, Клейн сидел на стуле, чуть наклоняясь вперёд. — Объясните. Это определит, как я буду, предоставлять вам защиту.