Глава 1521. ми-го

Тихо веял осенний ветерок.

Золотистые кленовые листья опадали с ветвей во дворе, мягко ложась на доску для го на каменном столе.

Ань Цинъюй держал в пальцах чёрный камень и, нахмурившись, вглядывался в переплетённые узоры чёрных и белых камней на доске. Капли пота стекали с его лба — казалось, он напряжённо о чём-то размышлял.

Цзян Эр парила по другую сторону каменного стола. Глядя на него с щемящей тревогой, она с болью в голосе произнесла:

— Цинъюй... может, отдохнёшь немного?

— Всё в порядке, — покачал головой Ань Цинъюй. Он занёс руку с камнем, промедлил в воздухе с полминуты и лишь затем медленно опустил его на доску.

Цзян Эр вздохнула. Белый камень сам собой вылетел из чаши и опустился на пункт рядом с чёрным.

Ань Цинъюй снова погрузился в раздумья.

В этот миг калитка двора отворилась, и вошли Линь Цие с Ли Ифэем. Увидев под деревом Ань Цинъюя, играющего в го с Цзян Эр, они оба замерли от неожиданности.

Линь Цие тут же нахмурился и быстро подошёл к ним:

— Ты ведь и пары дней не отдохнул... Зачем опять взялся?

— Это всего лишь игра, нагрузка на мозг не такая уж сильная, — выдавил слабую улыбку Ань Цинъюй. — Знаешь, Цие, я нащупал закономерность...

— Какую закономерность?

— Дело не в том, что я не могу использовать Запретные руины. Просто после их применения мой мозг не справляется с колоссальной вычислительной нагрузкой... Чтобы полностью всё исправить, нельзя рассчитывать на мгновенное чудо — нужно шаг за шагом тренировать саму базовую логику вычислений.

Ань Цинъюй указал на доску перед собой:

— Все эти дни я пробовал реабилитировать мозг, и го показалось мне лучшим способом. Порог вхождения и глубина у этой игры огромны, так что я могу постепенно адаптироваться, начиная с простейших партий, и рано или поздно наступит день, когда я восстановлюсь окончательно.

Ещё час назад я с трудом выдерживал двадцать пять ходов против Цзян Эр, а сейчас могу сделать уже тридцать восемь... Я чувствую, как травма моей души постепенно приспосабливается к нагрузке умственных вычислений.

Услышав это, Линь Цие с удивлением посмотрел на доску перед собой:

— Правда?

— Правда, — кротко кивнула Цзян Эр. — Хотя даётся ему это... с огромной болью.

Линь Цие всё это время полагал, что последствия травмы Ань Цинъюя необратимы: ведь и Небесный Достопочтенный, и доктор Ли оказались бессильны... Но почему тогда Цинъюй говорит, что чувствует постепенное заживление травмы души?

Если это действительно так, то стоит лишь дать ему время — и он вернётся на пик сил и вновь сможет использовать «Единственно верное решение»!

— Как бы то ни было, здоровье превыше всего. Если устанешь — сразу отдыхай, — со всей серьёзностью предостерёг его Линь Цие.

— Ой, я ведь ещё не дала тебе сегодняшнее лекарство... пойду разведу, — словно опомнившись, Цзян Эр торопливо поднялась в воздух и сквозь стену скользнула в дом.

— Цие, сыграй со мной ещё немного.

— ...Ладно.

Делать нечего: Линь Цие сел на место Цзян Эр и, взяв белые камни, продолжил партию против Ань Цинъюя.

Было заметно, что Цзян Эр играла с Ань Цинъюем на самом начальном уровне. Подключённая ко всему человеческому интернету, она в любой миг могла поднять своё мастерство до уровня совершеннейшего в мире искусственного интеллекта, но ради Цинъюя держалась уровня младшеклассника.

Линь Цие тоже старался подражать её манере и не спеша выставлял камни.

— Цинъюй.

— М?

— Цзян Эр всё это время пришлось очень нелегко, — Линь Цие поднял на него глаза. — У тебя есть какие-нибудь планы?

— ...Планы?

— Без свадьбы вам уже не обойтись.

Рука Ань Цинъюя с зажатым камнем замерла в воздухе. На бледных щеках проступил лёгкий румянец, и он смущённо произнёс:

— Не всем же в этом мире быть Линь Цие... Вы с Цзялань даже отношения толком не определили, а ты с порога твердишь о свадьбе... Я не настолько толстокожий.

Я ещё не выполнил то, что обещал ей, да и сам сейчас в таком жалком состоянии... Будущее туманно, желание есть, а сил нет — как у меня вообще повернётся язык сделать ей предложение?

— А разве в чувствах нельзя быть попроще и прямее? — возразил Линь Цие. — Ты вечно слишком много думаешь. Обязательно нужно всё взвесить, просчитать партию наперёд, чтобы ни единой оплошности... На поле боя это великолепно, но в любви такая дотошность оборачивается обычной нерешительностью!

Ань Цинъюй опешил, а затем усмехнулся:

— Не думал, что доживу до дня, когда ты станешь учить меня делам сердечным...

— Я говорю чистую правду, — Линь Цие опустил камень на доску и серьёзно добавил: — Чувства Цзян Эр к тебе видны каждому из нас. Таких замечательных девушек на свете единицы... Мы — особый отряд, а не беспечные обыватели. Если ждать, пока всё успокоится, чтобы строить планы, то когда вообще наступит этот день?

Никогда не знаешь, что нагрянет раньше — завтрашний день или беда.

Ань Цинъюй молча уставился на доску перед собой.

— Ты умеешь целиком отдаваться делу, и это хорошо, но не зацикливайся на чём-то одном... Обрати внимание на тех, кто рядом с тобой, — опуская очередной камень, наставительно произнёс Линь Цие.

— А вот и лекарство!

Цзян Эр в белом платье быстро выпорхнула из дома. Над её ладонью парила керамическая пиала, в которой ложка сама собой помешивала целебный отвар. Она протянула её Ань Цинъюю.

Ань Цинъюй принял пиалу и сделал глоток. Отвар оказался вовсе не обжигающим, а приятно тёплым — видимо, она уже успела дать ему остыть.

— Не горячо? — моргнула Цзян Эр.

Ань Цинъюй тихо смотрел на неё и лишь спустя долгое мгновение мягко улыбнулся:

— Да, уже остыло.

Линь Цие, глядя на них двоих, деликатно поднялся со своего места и направился в дом.

В этот момент внезапно зазвонил его телефон.

— Алло?

— Это Чэнь Хань, — в трубке его голос прозвучал напряжённо. — Цие, тебе лучше приехать... Пришёл отчёт из штаба по поводу того монстра.

Услышав это, Линь Цие слегка прищурился:

— Хорошо, сейчас буду.

...

Город Шанцзин, расположение 006-го отряда.

— Взгляни на это, — Чэнь Хань, стоя за письменным столом, достал из ящика стопку бумаг и протянул Линь Цие.

Это были ксерокопии страниц какого-то древнего манускрипта. Помимо корявых, извилистых письмен, на них виднелись непонятные штриховые рисунки. Линь Цие пролистал несколько листов, в его взгляде появилось недоумение.

— Что это такое?

— Оригинал этого оттиска хранится в секретном архиве Общества Шансе. Они нашли этот древний манускрипт много лет назад в одних из руин Ктулху. Штаб не смог отыскать зацепок по поводу того чудовища и связался с Обществом Шансе — только тогда они и отыскали эту запись.

— Общество Шансе?

В памяти Линь Цие тут же всплыл четвёртый этаж хранилища архивов в Утопии, куда его водила Цзи Нянь... Там хранились вещи, связанные с лавкрафтовскими сущностями. Без сомнения, оригинал лежал на одной из тех стеклянных витрин.

Когда Линь Цие перевернул последний лист, в самом центре оттиска он увидел причудливое насекомое. При внимательном рассмотрении оно процентов на шестьдесят-семьдесят походило на того розового мясистого червя с наростами, которого они видели в тот день.

— По расшифровке и анализу учёных Общества Шансе, чудовище, с которым мы тогда столкнулись... называется «ми-го».