Глава 1317. Смерть Локи

Сы Сяонань пристально смотрела на мчащегося к ней Локи, её бледное лицо было совершенно бескровным.

Пусть сейчас она и достигла пика Предела человечества, эти Божественные руины не давали ей выдающейся силы для прямого боя. Более того, дважды подряд сорвав «Обман» Локи, она уже была предельно истощена.

Сбежать с помощью «Обмана» было тем более невозможно.

Она могла обуздать Локи «Обманом», но и Локи точно так же мог обуздать её.

Даже если бы она попыталась спастись бегством из-под руки Локи силой «Обмана», он переписал бы историю тем же «Обманом» и свёл её побег на нет. А раз уж Локи твёрдо решил убить её, со своим смертным телом она ни за что не смогла бы противостоять божественной плоти Локи — меньше чем за десять секунд он обратил бы её в кровавый туман голыми руками.

И в этот самый миг до слуха Сы Сяонань донёсся крик Лэн Сюаня.

Слаженность, выработанная долгими годами, заставила Сы Сяонань, не раздумывая ни секунды, изо всех сил метнуться в сторону!

БАХ!.. Грохот выстрела раскатился по небесам. В следующее мгновение пуля, едва не задев руку Сы Сяонань, со свистом вспорола пространство и возникла прямо перед лицом Локи!

Зрачки Локи резко сузились!

Это была последняя пуля Лэн Сюаня.

Едва пуля сорвалась со ствола, тёмно-красная тяжёлая снайперская винтовка, которую стиснувший зубы Лэн Сюань держал перед собой, с грохотом разлетелась на куски. Бесчисленные детали оружия, не уступавшие божественным артефактам, брызнули во все стороны, словно дождь. Чудовищная отдача отбросила Лэн Сюаня на десятки метров — он врезался в массивную каменную стену, и на его теле расплылись кровавые пятна…

Он с трудом открыл глаза и посмотрел туда, куда улетела пуля.

Вращающийся с бешеной скоростью наконечник пули скрутил окружающее пространство в водоворот и с размаху пробил в теле Локи зияющую дыру!

Его руки размололо в крошево в разрывающемся пространстве, верхняя половина туловища начисто отделилась от нижней, а стремительный рывок вперёд резко оборвался. В то же мгновение сердце Локи захлестнуло неистовое предчувствие смертельной опасности!

Тень Сы Сяонань шевельнулась.

Струйка дымки, словно нечто бесплотное, выметнулась из её тени и в считанные мгновения соткала в воздухе силуэт мужчины с коротким клинком в руке.

Предельная жажда убийства и леденящий блеск лезвия слились в белую черту, рассёкшую небо и землю, и вскрыли шею Локи.

Бог покушений и убийц, Номер двадцать семь.

Чтобы сдержать данное обещание, Номер двадцать семь ещё вчера вечером на площади Чудес переместился от Линь Цие в тень Сы Сяонань, затаившись там.

С того момента, как на площади Чудес Локи одурачил Тора и остальных, через ловушку с истинной и ложной пилюлями в церкви «загона для людей» и вплоть до недавней битвы обманов — какой бы отчаянной ни становилась обстановка, Номер двадцать семь ни разу не вмешался и не выдал себя даже малейшим колебанием ауры.

Он уже однажды потерпел неудачу и слишком хорошо знал, насколько изворотлив Локи. Поэтому он ждал шанса.

Шанса на верное убийство одним-единственным ударом!

Он уподобился охотнику, затаившемуся в заснеженной глуши лютой зимой: полностью слился с окружением и ждал, пока добыча по неосторожности не подставит своё смертельное уязвимое место…

И тогда охотник обнажил клинок.

Вспышка лезвия, будто разрывая лист белой бумаги, без малейшего усилия отделила голову Локи от туловища.

Локи с ошеломлением наблюдал, как мир перед глазами переворачивается вверх дном. Лишь когда краем глаза он зацепил повисшую в воздухе половину собственного тела и промелькнувшую тень из дымки, до него дошло, что произошло.

Он стиснул зубы — чёрные нити вновь начали сплетаться в «Обман», но мгновение спустя «Обман» сам по себе распался.

Кровавые брызги взметнулись на ветру, жизненная сила угасла в дымке.

История так и не подчинилась его воле.

Его последний спасительный козырь снова был сорван Сы Сяонань.

Небывалая ярость затопила душу Локи. Взлетевшая в воздух голова впилась мёртвым взглядом в Сы Сяонань и испустила свирепый рёв:

— Сы Сяонань, думаешь, убив меня, ты обретёшь свободу?!!

Ты моя рабыня! Твоя душа навеки связана с моей! Если я сдохну, тебе тоже не жить!!

Оборвавшая «Обман» Локи Сы Сяонань, шатаясь, отступила на несколько шагов. Из всех семи отверстий на её лице струилась кровь. Глядя на взбешённую голову в небе, покрытое кровью и грязью лицо девушки вдруг озарила улыбка:

— Жить?.. С того самого мига, как я покинула Цаннань, Сы Сяонань уже была мертва… Локи, ты думаешь, я изо всех сил цеплялась за жизнь и стояла здесь ради какой-то свободы?!

Я скажу тебе! Локи!! Всё это я сделала только ради того, чтобы ценой собственной жизни прикончить тебя, сукиного сына, бога коварства!!

Ты уничтожил наш Цаннань!! И я заберу тебя с собой в могилу!!!!

Сы Сяонань выкрикнула эти слова почти с неистовым рыком. Её глаза налились багрянцем, а в хрупком теле словно взорвался дремавший долгие годы вулкан!!

Позади вращающейся в воздухе головы Локи вновь соткался закутанный в плащ Номер двадцать семь с коротким клинком в руке.

Из-под широкого чёрного капюшона его глаза с ледяным равнодушием взирали на Локи сверху вниз. Он снова поднял короткий клинок…

Удар за ударом рассекал он голову Локи, обращая её в витающую в воздухе кровавую пыль!

Свирепые всполохи клинка затопили пространство на сотню метров вокруг, в мелкое крошево измолов и развороченные пулей конечности Локи. Только так Номер двадцать семь мог быть уверен, что у того не останется ни малейшего шанса воскреснуть.

Сколько бы у тебя ни было уловок, как бы отчаянно ты ни цеплялся за жизнь — будь ты хоть способен возродиться из капли крови, если я искромсаю тебя так, что от тебя не останется даже этой капли, как ты выживешь?

Когда угасающее кровавое марево развеялось среди вздымающегося жёлтого песка, весь каменный город погрузился в мёртвую тишину.

Локи был мёртв.

Он больше не мог переписать историю «Обманом» и не мог подставить чужую смерть взамен своей, чтобы воскреснуть. Божество, прослывшее самым неуязвимым среди всех, кто стоял ниже ранга верховного бога, в конце концов пало замертво здесь, в «загоне для людей».

— Твою мать, ну и нелегко же было завалить этого Локи… — не удержался от возгласа Толстяк Байли, наблюдавший за всем происходящим со стороны.

— Это всё-таки бог коварства, — медленно произнёс Цао Юань. — Сы Сяонань точно первая в истории, кому удалось расчётом загнать главного бога в такой тупик…

— Да уж, не зря она из Цаннаня… А? Куда она делась?

Толстяк Байли заозирался по сторонам и обнаружил, что силуэт Сы Сяонань незаметно растворился в воздухе.

Цао Юань приподнял бровь, и на его лице проступило недоумение:

— Странно… Лэн Сюань тоже пропал…

***

Асгард.

Среди высоких крон дремучего леса мчался силуэт на электроскутере. Вскоре он затормозил перед древним святилищем.

Это святилище служило проходом между Асгардом и «загоном для людей».

Лу Увэй опустил взгляд на бланк заказа в руке и задумчиво пробормотал:

— Так Локи прятался в «загоне для людей»? Неудивительно, что я его не нашёл… Вот только проход, похоже, закрыт.

Лу Увэй слез со скутера и обошёл святилище кругом. Стоило ему задуматься над тем, как бы разнести проход в «загон для людей», как из самой глубины святилища блеснул тёмный луч, после чего раздался сухой треск разрушения.

Проход в «загон для людей» самопроизвольно рухнул.

— Хм? — Лу Увэй озадаченно вскинул брови.

Вдруг, словно что-то почувствовав, он резко опустил глаза на бланк заказа в руке.

В графе «получатель» два иероглифа «Локи» вдруг начали блекнуть и в конце концов бесследно растаяли…

— Локи умер? — округлил глаза Лу Увэй.