Глава 1307. Мощь Бессмертного Меча

Когда раздался этот звон меча, лица устремившихся с неба богов разом переменились.

Они резко вскинули головы к дальнему концу Радужного моста, и на их лицах отразилось полное неверие:

— Закон мироздания меча?! Это он?!

Бесчисленные волны ци меча хлынули по мосту подобно цунами, в мгновение ока разорвав в клочья клубящиеся в небе облака. Дождь из мечей света, низвергавшийся с небес, перед этим цунами оказался хрупок, словно золотая игрушка — он рассыпался в воздухе на куски и бесследно растаял.

Бог света Бальдр словно что-то вспомнил, и лицо его вмиг помрачнело.

На дальнем конце Радужного моста,

в самом сердце бушующего цунами ци меча,

неспешно ступал молодой мужчина в черной рубашке с футляром для меча за спиной.

Его глаза, подобные черному стеклу, один за другим окинули богов в небе и слегка сощурились; бушующее намерение меча, словно закипая, всколыхнуло пространство вокруг!

— Кто… посмел ранить моего ученика?

Голос прозвучал негромко, однако бесчисленные проявления намерения меча в небе словно обрели собственную речь: они издали пронзительный гул, разнесший его слова во все уголки Асгарда!

— С… старший Святой Меча?! — Линь Цие долго не мог прийти в себя, глядя на знакомый силуэт, а затем его лицо озарила бурная радость.

— Командующий Цзо, как вам удалось найти старшего Святого Меча? — с восторгом спросил Линь Цие у Цзо Цина.

Цзо Цин горько усмехнулся и пожал плечами:

— Мы его вовсе не искали… Он пришел сам. Когда мы подошли ко входу в Асгард, он уже был там.

Линь Цие опешил:

— Откуда он узнал, что я здесь?

— Он сказал, что встретил в Тумане Михаила. Именно Михаил сообщил ему, что ты в опасности, и велел явиться сюда.

Михаил?

В мыслях Линь Цие тут же возник безупречный ангельский лик.

К слову, с тех пор как в Небесах Михаил отправился в погоню за Одином, о нем не было никаких вестей… То, что Чжоу Пин столкнулся с ним на этот раз, — простое совпадение или за этим кроется нечто более глубокое?

Но несомненно одно: Михаил давным-давно знал, что они спаслись из ада, иначе не указал бы Чжоу Пину путь в Асгард.

Чжоу Пин, похоже, тоже услышал возглас Линь Цие; повернув к нему голову, он мягко улыбнулся.

Однако вскоре взгляд Чжоу Пина упал на покрывавшие юношу раны.

Нахмурившись, он посмотрел на Хель, которая неподалеку сражалась с Ван Мянем.

— Так это ты… — негромко произнес Чжоу Пин и легко хлопнул ладонью по черному футляру за спиной.

Дзинь!..

Вновь раздался чистый звон клинка. Из футляра для меча вырвался темно-золотой луч, рассек край темной заводи загробного мира и устремился прямо в лицо Хель!

Зрачки Хель сузились. Она стремительно отпрянула назад; из бездны, над которой она проносилась, непрерывно вздымались белые кости, обращаясь в гигантские длани, пытавшиеся перехватить окутанный намерением меча темно-золотой клинок. Однако стоило им приблизиться к лезвию, как свирепая ци меча тут же разрывала их в клочья.

Острие неумолимо приближалось. Крепко сдвинув брови, Хель резко замерла. Леденящая ци загробного мира сошлась в ее ладонях, сжавшись в пленку толщиной меньше миллиметра; под воздействием этой до предела спрессованной ци загробного мира даже пространство вокруг судорожно исказилось.

Она вскинула иссиня-черные ладони и изо всех сил хлопнула по несущемуся лезвию!

Брызнула густая тьма. Зажатый меж двух ладоней, темно-золотой меч бешено задрожал; бушующая ци меча яростно полосовала барьер из ци загробного мира, издавая скрежет, от которого ломило зубы.

Чудовищная божественная сила хлынула из тела Хель. Она сжимала ладони все крепче; из ее ладоней сочилась кровь, однако и темно-золотой меч постепенно замедлил ход, оказавшись в ее хватке!

Заметив это, Хель слегка улыбнулась бледными губами…

Но уже в следующее мгновение ее улыбка застыла.

Позади нее, среди бескрайней тьмы загробного мира, безмолвно возник силуэт в черной рубашке — никто не заметил, когда именно он там встал.

На спине Чжоу Пина больше не висел тяжелый черный футляр для меча. Прямой, словно обнаженный клинок, он стоял в самой глубине клубящейся ци загробного мира, и его темные, будто из черного стекла, глаза медленно закрылись…

— Воспрянь, меч, — спокойно произнес он.

Подняв правую руку к груди, он сложил указательный и средний пальцы в форме меча и указал Хель в спину прямо по воздуху.

Дзинь!..

Взорвался оглушительный звон клинка. Невероятно быстрый луч меча вырвался из тела Чжоу Пина и в то же мгновение пробил грудь Хель насквозь!

Но этим дело не ограничилось. На линии, куда указал Чжоу Пин:

В трех километрах от них высокий божественный храм, словно разрубленный невидимым мечом, с грохотом обрушился в клубы взметнувшейся пыли…

В пяти километрах спешивший на подмогу младший бог из свиты Локи внезапно лишился головы — она взлетела высоко в небо, и, пока во все стороны хлестала кровь, в его глазах застыло полное непонимание…

В двенадцати километрах содрогнулась горная вершина. Со склона поднялись клубы пыли, и зеленый пик, рассеченный идеально ровным срезом, соскользнул вниз и с глухим рокотом рухнул на землю…

Если бы кто-то взглянул с высоты птичьего полета, то увидел бы, как незримый меч пронзил край Асгарда, рассекая надвое все сущее на своем пути!

А на самом конце пути этого незримого меча стоял Чжоу Пин в черном — прямой, неколебимый, с пальцами правой руки, сложенными в жест меча.

— Ты… — Хель опустила взгляд на свою грудь, где сердце было в пыль изрублено ци меча, и в ее глазах отразился безграничный ужас.

До этого она уже пережила два ядерных взрыва, рану от меча Небесных Густых Облаков и несколько ударов клинка Ван Мяня… Но даже тогда ей ни на миг не показалось, что она может погибнуть; она свято верила, что среди равных по рангу ее не способен убить никто, за исключением считанных сильнейших главных богов мира.

Однако этот удар Чжоу Пина перевернул все ее представления.

— Посмела ранить моего ученика… расплатись жизнью, — кончики пальцев Чжоу Пина плавно качнулись, и темно-золотой меч мгновенно снес Хель голову. Стряхнув кровь с лезвия прямо в воздухе, он плавно опустился в его руку.

Бух!

Тело Хель тяжело рухнуло наземь.

Закон мироздания меча начисто стер саму возможность ее возрождения. Отныне и впредь в Асгарде больше нет королевы загробного мира.

Увидев воочию гибель Хель, боги в небе преисполнились неописуемой ярости и с глухим ревом принялись безудержно высвобождать божественную силу.

Наставник Чэнь, Цзо Цин и Ван Мянь взмыли к облакам, собираясь сойтись с богами в схватке, как вдруг небо и земля содрогнулись!

Небосвод, на котором еще теплились остатки дневного света, окончательно померк. Ветер нес за собой тучи песка и завывал так, словно вокруг в ярости рычали десятки тысяч демонов.

Тяжелые черные тучи медленно разошлись. Рассеянная меж небом и землей духовная энергия бурным потоком устремилась к белоснежному облаку, и в единый миг колоссальная тень, подпирающая небо и попирающая землю, пробила облака и с грохотом опустилась на край Радужного моста!

Взметнулась бесконечная демоническая аура. Исполин в пурпурно-золотой шапке с перьями феникса и золотом кольчужном доспехе медленно выпрямился. Его глаза, пронзительные, словно расплавленное золото, равнодушно окинули замерших внизу богов, а затем он посмотрел в другую сторону.

— Ян Цзянь… ты все-таки оказался чуть медленнее меня, — низким голосом произнес исполин.

— Просто твое Подобие Неба и Земли сработало чуточку быстрее, — донеслось в ответ.

На краю горизонта фигура в серебряных доспехах с трехконечным обоюдоострым клинком в руке холодно хмыкнула, и исполинский аватар взмыл из его тела ввысь!