Глава 1232. Обман Трёх богов

Учэн.

В мёртвой тишине беззвучно трепетали языки угасающего пламени. Ледяной ветер, пропитанный запахом крови, с глухим завыванием проносился над изувеченными руинами.

В глухом переулке раздался негромкий лязг. Хрупкая фигурка осторожно приподняла каменную плиту. Окинув взглядом всё вокруг и убедившись, что поблизости никого нет, она упёрлась руками в землю и выбралась из погреба.

Это была невысокая девочка в традиционном урукском одеянии. Обернувшись, она негромко позвала в глубину подземелья:

— Тот захватчик ушёл, можно выходить!

Один за другим из погреба стали выбираться люди.

В основном среди них были старики, женщины и дети.

Когда Номер 22 со Скипетром и Чашей в руках устроил в городе кровавую бойню, жившие по соседству мужчины, вооружившись божественными артефактами, пошли на битву с ним, предварительно спрятав их в этом погребе.

Теперь они остались последними уцелевшими во всём городе.

Выбравшаяся первой девочка набралась храбрости и прошла немного вперёд. Каждая улочка, каждый дом, каждые руины — всё было совершенно пусто, ни единой живой души.

— А где папа и дяди? — растерянно спросил один из малышей.

Девочка уставилась на разорённое поле битвы и валявшиеся повсюду обрывки одежды. Её лицо слегка побледнело:

— Это Чаша... Чаша забрала их...

— Тали! — оборвал её старик. Взглянув на ребёнка, которому от силы было года четыре или пять, он молча покачал головой.

Глядя в эти невинные, чистые глаза, девочка послушно замолчала.

Все они были коренными жителями Учэна, поколениями обитавшими в этой сокровищнице. За исключением совсем маленьких детей, практически каждый знал, какие виды божественных артефактов хранятся в сокровищнице и сколько их, и Чаша со Скипетром не были исключением.

Здесь явно кипела ожесточённая схватка, но не осталось ни единого тела, ни капли крови. Единственное объяснение — захватчик, убив мужчин, принёс их останки в жертву Чаше.

— Может быть, кто-то из них всё же выжил? — внезапно раздался голос из толпы.

— Да, столько божественных артефактов пошло в ход одновременно, они наверняка смогли убить захватчика!

— Давайте обойдём город ещё раз, вдруг мы их найдём!

— Да хранят их Трое богов...

Цепляясь за последнюю надежду, люди двинулись по изрытым выбоинами дорогам. Они обыскали весь Учэн вдоль и поперёк, но так и не встретили ни души.

И когда они уже были готовы окончательно пасть духом, из-за городских стен донёсся смутный шум.

— За стеной какие-то звуки!

— Живы! Кто-то из них точно остался в живых!

— Быстрее! Скорее, поднимемся на стену и посмотрим!

На лицах людей вспыхнула радость. Они бегом поднялись на стену и, увидев открывшуюся вдали картину, застыли как вкопанные.

Под сумрачным небосводом из облаков неспешно ступал изящный силуэт в белых одеждах. В пустыне вдали в панике бежали несколько десятков жителей Учэна, словно спасаясь от демона; их крики и истошные вопли эхом разносились среди облаков.

Белоснежная женская фигура с холодным безразличием преследовала уцелевших горожан. Взмах её руки — и копьё, подобно падающей звезде, прочертило небо и мгновенно рухнуло в гущу мечущейся толпы. Прокатилось ужасающее божественное величие, и десятки тел одновременно разорвало на куски, взметнув в воздух кровавый дождь.

Вопли и крики ужаса оборвались в одно мгновение.

Парящая в небесах богиня в белом слегка шевельнула пальцами, и разорванная плоть сама собой устремилась к одинокой ладье, напоминавшей полумесяц, и втянулась в Чашу.

Ставшие свидетелями этой расправы Тали и остальные побелели как полотно. Ноги у них безудержно дрожали, лица исказил неописуемый ужас.

— Они... они... — один из стариков закатил глаза и едва не лишился чувств.

— Это не захватчик... — ошеломлённо пробормотала Тали, глядя на три божественные фигуры, сошедшиеся в небе. — Это же... Трое богов?..

— Бог мудрости и луны, богиня любви и красоты, бог пламени и надежды... Это правда Трое богов!

— Но... но почему Трое богов убивают нас?! Разве они не божества из свиты нашего царя?!

— Вот именно! Разве они не были доверенными лицами нашего царя при его жизни? Они ведь знали столько сокровенных тайн эпохи Урука, знали о нашем царе абсолютно всё... У них даже были его личные знаки!

— Они сотню лет оберегали Учэн ради нашего царя, даруя благоприятную погоду и покой! Зачем им убивать нас?!

— ...

Во взглядах уцелевших жителей Учэна читались лишь беспредельный шок и непонимание. Их слова долетели до ушей Линь Цие, который только что укрылся на городской стене, и заставили его невольно нахмуриться.

«Трое богов? Доверенные лица царя?»

Ещё находясь в Учэне, Линь Цие слышал от горожан о «Трёх богах», но тогда он счёл это просто пережитком верований времён Урука или местной легендой. Ему и в голову не приходило, что «Трое богов» из их уст — это те самые три сущности в небесах.

А их «царь», без сомнения, Гильгамеш.

Эти трое богов — доверенные лица Гильгамеша?

Что за нелепая шутка?

Даже не зная досконально историю царства Урук, Линь Цие прекрасно помнил: Гильгамеш и шумерский пантеон были непримиримыми, смертельными врагами. Можно сказать, всю свою жизнь Гильгамеш провёл в борьбе с богами Шумера. Даже перед смертью он специально спрятал Сокровищницу царя лишь для того, чтобы она не досталась шумерским богам.

По речам жителей Учэна Линь Цие мог сделать вывод: горожан попросту одурачили трое божеств, проникших сюда сотню лет назад.

Впрочем, если вдуматься, ничего удивительного в этом не было. Предками жителей Учэна были два великих клана кузнецов древнего Урука, которые переселились в сокровищницу ещё до кончины Гильгамеша и провели в полной изоляции от внешнего мира несколько тысяч лет.

О том, что Гильгамеш умер от старости, а царство Урук пало, они не имели ни малейшего понятия.

За тысячелетия смены поколений всё наследие древнего Урука превратилось лишь в древнюю клинопись, выбитую на глиняных табличках.

И когда трое богов явились в сокровищницу, неся с собой личные вещи, сорванные с трупа Гильгамеша, и бесчисленные тайны тысячелетней давности, жители Учэна были не в силах распознать правду. Им оставалось лишь слепо верить этому обману. А богам стоило лишь прибегнуть к паре мелких уловок и явить жителям Учэна толику благодати, как те немедленно стали почитать их как божественных спасителей.

Бог мудрости и луны, богиня любви и красоты, бог пламени и надежды... Надо же, как искусно они себя приукрасили.

— Трое богов... предали нас, — пробормотала Тали.

— Смотрите! То тело, что парит в воздухе... разве оно не похоже на каменное изваяние у ворот резиденции Градоправителя?!

— Царь... Это наш царь Гильгамеш!

— Как тело нашего царя могло оказаться в руках Трёх богов?!

— ... — вскричали уцелевшие жители Учэна, узнав облик Гильгамеша.

Над бассейном лунного света струилось таинственное сияние, изливающееся из Чаши и омывающее тело Гильгамеша.

Плотно сомкнутые веки Гильгамеша слегка дрогнули и мгновение спустя медленно приоткрылись...