Глава 1105. Частота духовной энергии

Линь Цие опустил взгляд на чашку и погрузился в раздумья.

Ещё на Памирском нагорье он слышал от Си Ванму, что верховный бог Северной Европы Один переметнулся к богам Ктулху. Если прибавить к этому уничтоженную скверной алой луны Равнину Высокого Неба, то из немногих известных Линь Цие божественных царств уже целых два оказались связаны с Ктулху.

Судя по всему, теперь нельзя было с уверенностью утверждать, нет ли чего-то связанного с Ктулху и в остальных божественных царствах.

Несомненным оставалось лишь одно: за то столетие, пока мир скрывал Туман, боги Великой Ся поголовно канули в круговорот перерождений и полностью вернулись в этот мир лишь недавно. Столетний перерыв практически исключал вероятность их связи с Ктулху. С точки зрения Михаила, Великая Ся действительно являлась самым надёжным союзником.

— Значит, ты хочешь, чтобы боги Великой Ся помогли тебе отыскать виновника событий пятидесятилетней давности? — Линь Цие едва заметно кивнул. — А ты? Что ты готов предложить взамен?

— Один предмет, — неторопливо произнёс Михаил.

— Место, где он находится, весьма необычно. Туда закрыт вход богам Великой Ся, равно как и божествам любых других божественных царств. Поэтому мы с вашим Небесным Достопочтенным единодушно решили, что ты должен отправиться со мной и доставить его в Великую Ся.

Богам Великой Ся закрыт вход?

Звучало довольно загадочно.

— Я понял. Когда мы выступаем?

— Спешить некуда. Подождём пару дней, пока твои раны не затянутся.

— Я должен идти один?

— Можешь взять с собой нескольких надёжных спутников. Но есть одно условие.

— Условие?

Михаил посмотрел ему прямо в глаза:

— Каждый, кто ступит в то место, должен обладать чистым разумом, свободным от мирской суеты, и искренним благочестием.

Линь Цие несколько смутился, однако, поколебавшись мгновение, всё же кивнул:

— Хорошо, я понял.

Пока они беседовали, за пределами дворика послышались шаги.

Толстяк Байли остановился у ворот двора и уже занёс руку, чтобы постучать, как вдруг что-то почуял. Он слегка прищурился и вперил взгляд за ворота — его взор будто пронзил двери со стенами и упал на сидящего у стола Михаила.

В тот же миг Михаил тоже что-то уловил, слегка поднял голову и посмотрел за дверь.

Разделённые постройкой, они обменялись незримыми взглядами через расстояние.

Брови Михаила слегка дрогнули, выражая лёгкое недоумение.

Занесённая рука Толстяка Байли застыла в воздухе. Помолчав и немного подумав, он так и не постучал, а развернулся и ушёл.

— Что такое? — удивлённо спросил Линь Цие, заметив, что Михаил внезапно поднял голову.

— Ничего. Показалось, будто увидел кого-то знакомого... но, похоже, нет, — Михаил покачал головой.

……

Тук-тук-тук!

— Войдите.

Из дома донёсся голос Ань Цинъюя. Толстяк Байли толкнул дверь и прямиком прошёл во двор.

Едва переступив порог, он слегка опешил, увидев, что Ань Цинъюй, Цзян Эр и Шэнь Цинчжу все вместе сидят во дворе за квадратным каменным столом.

— Толстяк? — приподнял бровь Ань Цинъюй. — А ты чего пришёл?

— Да вот, бродил без дела от скуки. Сперва хотел заглянуть к Цие, но у него гость, так что решил зайти сюда, — почесал в затылке Толстяк Байли. — Цзян Эр в комнате Цинъюя я ещё могу понять, но ты-то, братец Крутой, чего тут сидишь? Третьим лишним работаешь?

Щёки Цзян Эр слегка порозовели, и она тихонько отвернулась.

Шэнь Цинчжу, сидевший на каменном табурете, серьёзно ответил:

— Цинъюй сам меня позвал. Сказал, что сделал некое открытие, и попросил прийти помочь.

— Вот как? — Толстяк Байли с неподдельным интересом опустился за другой угол квадратного стола. — И что за открытие?

Ань Цинъюй отложил бумагу с кистью, поправил очки, и в его глазах блеснул взволнованный огонёк:

— Кажется, я вычислил уникальную частоту духовной энергии.

Толстяк Байли оторопел:

— Какую ещё частоту?

— Уникальную частоту духовной энергии, — серьёзно пояснил Ань Цинъюй. — Мы ведь уже говорили об этом. Так называемая духовная энергия — это лишь божественная сила, переработанная первоосновой Небесного двора и наделённая особой частотой. Хотя эта духовная энергия и происходит от обычной божественной силы, по сравнению с ней доля божественной мощи в духовной энергии на самом деле куда ниже.

Зато её достоинство в том, что её можно выделять подобно воздуху. Разбавленная и наделённая этой уникальной частотой, духовная энергия способна оказывать влияние на всё сущее: растения, животных, Сад бессмертных персиков на Яшмовом озере и даже нечисть из мифов и преданий — всё это результат эволюции и мутаций под многолетним орошением духовной энергией.

Толстяк Байли в недоумении склонил голову набок:

— С духовной энергией всё так и есть... Но при чём тут то, о чём ты говоришь?

— Мне с самого начала было любопытно: раз духовная энергия — особая форма проявления божественной силы, то как именно она возникает?

Некоторое время назад я побывал в Куньлуньсюе, но тамошняя духовная энергия практически целиком перенесена из Небесного двора и не способна зарождаться сама по себе, так что исследовательской ценности она не представляла. И лишь поднявшись на Небесный двор, оказавшись у самого истока духовной энергии, несущего в себе первооснову Небесного двора, я по-настоящему прикоснулся к её сути.

Ань Цинъюй указал на свои мерцающие серым светом глаза:

— Всё это время с помощью «Единственно верного решения» я пытался разобрать саму духовную энергию, ставил опыты и производил расчёты. Думаю, я уже совсем близок к разгадке её уникальной частоты...

Совсем скоро я овладею способом создания духовной энергии. А когда сам обрету божественную силу, возможно, смогу преобразовывать её в колоссальных масштабах.

Нет, даже лучше: возможно, я сумею усовершенствовать эту частоту духовной энергии и разработать куда более специфический, подходящий лично мне диапазон божественной силы...

Глядя на Ань Цинъюя, который от возбуждения уже активно жестикулировал, Толстяк Байли остолбенел.

Его рот невольно распахнулся, а взгляд, устремлённый на Ань Цинъюя, стал таким, словно он смотрел на чудовище.

Ань Цинъюй, видимо, тоже осознал, что чересчур разволновался. Прокашлявшись, он снова сел на табурет и вздохнул:

— И дело не только в духовной энергии. Мне безумно любопытно многое из того, что есть у богов Великой Ся... Жаль только, нельзя вблизи исследовать первооснову Небесного двора.

Толстяк Байли: «...»

Шэнь Цинчжу с беспомощной усмешкой взглянул на блеск в глазах Ань Цинъюя:

— В прошлый раз я видел Цинъюя в таком возбуждении, когда он кричал, что хочет препарировать Цие... Теперь кажется, будто это было давным-давно.

— Ну и чудище, — не сдержавшись, покачал головой Толстяк Байли.

— Форменное чудище, — следом обронил Шэнь Цинчжу. Он окинул взглядом собравшихся, и улыбка на его лице постепенно угасла, сменившись молчанием. — Все вы... каждый из вас — сплошные чудища...

Шэнь Цинчжу опустил взгляд на свою перебинтованную ладонь. Блеск в его глазах стремительно угас, и он горько усмехнулся.

Заметив перемену в его настроении, Толстяк Байли некоторое время смотрел на него, а затем не спеша поднялся со своего места.

Он протянул руку, похлопал Шэнь Цинчжу по плечу и с ухмылкой сказал:

— Братец Крутой, проводи меня до туалета, а?