Глава 964. Убийство трупного бога

Юдзури Такисиро будто что-то понял и улыбнулся:

— Вот оно как…

Юдзурина протянула руку и слегка указала на черно-золотую озерную гладь под ногами. Стальной свод, заслонявший небо над всей Японией, начал стремительно сжиматься и в итоге превратился в черно-золотой клинок, безмятежно парящий в воздухе.

Изящный изгиб лезвия отражал руины мегаполиса, и от него во все стороны разошлась волна сокрушительной божественной силы.

Это и был божественный артефакт, ради создания которого земные боги отдали абсолютно все.

Юдзурина в черном кимоно с узором из лепестков сакуры парила рядом с клинком, словно вспомнив о чем-то:

— Такисиро, у этого клинка бедствия еще нет имени. Придумаешь?

Юдзури Такисиро почесал в затылке и смущенно ответил:

— Я никогда никому не давал имен, не умею… Давай лучше встретимся с братом Цие и попросим его.

— М-м… ладно.

Юдзури Такисиро протянул руку и мягко сжал рукоять черно-золотого клинка. Его алые одежды звучно захлопали на ветру.

Он вскинул голову, глядя на панель характеристик над своей макушкой. Стоило ему взяться за рукоять, как его уровень начал безумно расти!

97, 98, 99… 99+.

Прибавка, которую клинок бедствия давал своему повелителю, была боевым усилением, стоявшим выше уровней развития — точно так же, как Юдзури Куротэцу, будучи обычным человеком, с несколькими клинками бедствия в руках мог в одиночку противостоять множеству вестников божьей воли.

А сейчас Юдзури Такисиро сжимал в руках клинок бедствия уровня божественного артефакта.

И это был единственный предмет ранга SSS, который он когда-либо получал.

Его боевая мощь преобразилась до неузнаваемости!

Бум!.. —

Фигура Юдзури Такисиро в то же мгновение исчезла в вышине, и пронзительный звуковой удар прокатился по земле.

Трупный бог еще не успел среагировать, как сквозь бушующие невидимые воздушные потоки над его головой обрушился силуэт в алых одеждах с обнаженным клинком!

Вжик!

Черно-золотое лезвие без труда рассекло прочную плоть трупного бога, прочертив полосу молнии, и одним ударом снесло массивную правую руку вместе с доброй четвертью туловища!

Полоска здоровья над головой трупного бога, в которой и так оставалось меньше половины, вмиг сократилась на огромный кусок. Линия опустилась до одной пятой — он вошел в состояние тяжелого ранения.

Все произошло слишком быстро. С того момента, как Юдзури Такисиро сорвался вниз с клинком в руке, и до того, как один удар снес большую часть шкалы здоровья, прошла едва ли секунда.

Безликое лицо трупного бога исказилось в яростной гримасе. Он опустил взгляд себе под ноги: силуэт в алых одеждах, сжимающий черно-золотой клинок, бесстрастно взирал на него снизу вверх, словно глядя на мертвеца.

Хлынули волны божественной силы — трупный бог уже собирался высвободить мощь горного бога, но фигура в алом прямо из воздуха нанесла второй удар!

Вспышка лезвия срезала остовы зданий на территории половины города и рассекла вторую половину тела трупного бога.

Тяжелые обрубки рухнули на землю с глухим гулом. После этого удара на полоске здоровья трупного бога остался лишь крошечный отрезок — он вошел в зону добивания.

Крепко сжимая черно-золотой клинок, Юдзури Такисиро собрался нанести еще один взмах, как вдруг его тело покачнулось, а лицо мертвенно побледнело.

Два последовательных взмаха клинком бедствия уровня божественного артефакта вызвали отдачу в теле. Пусть для уровня Предела человечества такая отдача и не была чем-то фатальным — будь он на пике сил, смог бы нанести не меньше десятка ударов подряд…

Вот только генетический дефект в его организме все еще не был исцелен до конца, и отдача от двух ударов начала пагубно на него влиять.

Глубоко вдохнув и совладав со своим состоянием, он стремительно уклонился от предсмертного выпада трупного бога, с силой оттолкнулся от земли и снова взмыл ввысь!

— Последний удар…

Юдзури Такисиро тихо выдохнул, и черно-золотой клинок в его руках вновь покинул ножны, описав дугу и устремившись прямиком к шее чудовища!

С этим росчерком лезвия полоска здоровья над головой трупного бога сократилась до нуля и окончательно опустела. Исполинская туша трупного бога бессильно рухнула оземь с громоподобным грохотом, обратив обломки бесчисленных строений в труху.

Среди клубов пыли и гари Юдзури Такисиро в своих алых одеждах медленно вернул черно-золотое лезвие в ножны, подошел к трупному богу и, покачиваясь, опустился на землю.

Последний удар успешно сразил трупного бога, однако его собственное состояние оказалось плачевным.

Генетический дефект, уже исправленный большей частью, вновь начал проявлять признаки ухудшения. Веки казались налитыми свинцом, а сознание постепенно затуманивалось.

— Такисиро! Ты цел? — фигура Юдзурины выплыла из клинка; во взгляде читалась безграничная тревога.

— Я в порядке, сестренка, — махнул рукой Юдзури Такисиро. — Брат Цинъюй придет и спасет меня…

— Брат Цинъюй? — опешила Юдзурина. — Где он?

Юдзури Такисиро посмотрел в одну сторону и слабо указал пальцем.

Юдзурина немного помедлила, а затем легко взмахнула рукой. В черно-золотом клинке стремительно расширилось световое пятно, и в следующее мгновение оттуда вышли две фигуры.

Амэмия Харуки негромко кашлянул, окинул взглядом округу, и в его глазах отразилось недоумение.

— Где это мы? — здоровяк Фурухара Ёсики рядом с ним замер в растерянности. — Как я сюда попал?

Находясь внутри «загона для людей», они своими глазами видели, как взметнулся столб света, а затем колоссальное лезвие заслонило небо, после чего из светового пятна вырвались золотые нити и утянули их во внутренний мир клинка.

Они не успели опомниться, как эта золотая нить появилась вновь и вывела их наружу.

— Это мир за пределами Зеркала Ята, — спокойно произнес Амэмия Харуки.

Он повернул голову к парящей рядом Юдзурине и спросил:

— Что произошло?

……

— Цзялань погрузилась в сон и вот-вот станет богом?!

Выслушав рассказ Линь Цие, Толстяк Байли и остальные изумленно округлили глаза, не веря услышанному.

Линь Цие кивнул:

— Я опасался, что при разрушении Зеркала Ята ей будет угрожать опасность, поэтому сначала позволил Обществу Шансе забрать ее. Когда мы выберемся отсюда, сможем вернуть ее назад.

Цао Юань вздохнул:

— Я понимал, что Цзялань скрывает свою силу, но даже не думал, что она зашла уже так далеко…

— И как долго она проспит? — паря на облаке, спросила Цзян Эр через динамик на поясе Ань Цинъюя.

— Не знаю. Но на это могут уйти сотни лет.

Все шумно втянули воздух.

— Сотни лет? Но к тому времени, как сестра Лань станет богом, разве мы все уже не… — Толстяк Байли осекся на полуслове и замолчал, не решаясь закончить фразу.

— Неужели нет другого способа разбудить ее раньше срока? — нахмурился Ань Цинъюй.

— …Возможно, и есть, — помолчав немного, ответил Линь Цие; в его глазах блеснул слабый огонек. — Но точнее я смогу узнать лишь после того, как найду Ван Мяня.

Бог времени — пожалуй, единственный, кто способен ускорить этот процесс…