Глава 861. Они?

Цзо Цин с прямым клинком на поясе неподвижно стоял перед дверью приземистого дома. После долгого молчания он всё же поднял руку и постучал в дверь.

Тук-тук-тук!

Вскоре дверь отворилась, и на пороге показался седовласый старик.

— О? — увидев Цзо Цина, старик, казалось, слегка удивился. — Сяо Цзо... ох нет, командующий Цзо. Разве ты не говорил, что будет онлайн-совещание? Мы уже столько времени ждём тебя по видеосвязи, чего это ты вдруг явился ко мне?

Цзо Цин ничего не ответил, лишь молча смотрел сверху вниз на старика.

В пустынной, затихшей деревушке лишь издалека доносилось петушиное пение.

Старик несколько мгновений смотрел Цзо Цину в глаза, затем беспомощно усмехнулся, развернулся и пошёл в дом, неторопливо бросив:

— Проходи, садись.

Положив правую руку на рукоять прямого клинка, Цзо Цин следом за стариком вошёл в дом.

Обстановка внутри выглядела куда лучше, чем снаружи: простая, практичная мебель была аккуратно расставлена по своим местам, серый заливной бетонный пол был безупречно чист. Из современных электронных устройств на глаза попадались лишь цифровой телевизор да специальный компьютер, защищённый ключом шифрования.

Этот компьютер использовался исключительно внутри Ночных стражей, причём модель была более чем десятилетней давности.

Цзо Цин сел на табурет у квадратного стола. Старик не торопясь прошёл на кухню, заварил чашку чая из ярко-красного чайника, затем сел напротив Цзо Цина и протянул ему чашку.

— Хорошего чая у меня не водится, сам знаешь. Выпей немного, — глядя на молчащего Цзо Цина, старик с улыбкой добавил: — Впрочем, если не хочешь, можешь не пить.

Цзо Цин бросил взгляд на исходящий паром стеклянный стакан, но прикасаться к нему не стал. Он медленно спросил:

— Старик Чэнь, чем вы занимались в последнее время?

Старик Чэнь сам сделал глоток из своей чашки и усмехнулся:

— Чем я занимался? Разве в твоём сердце ещё нет ответа? Иначе ты не стал бы при помощи видеоконференции брать под надзор всё высшее руководство...

Ведь на самом деле ты хотел следить только за мной?

Боялся, что я сбегу до твоего прихода?

— Значит, вы это признаёте?

— В этом нет ничего такого, в чём стоило бы запираться. Когда я только начинал всё это планировать, я уже предвидел, что этот день настанет, — старик Чэнь сделал паузу. — Вот только по моим расчётам сейчас передо мной должен был сидеть Е Фань...

— Разочарованы?

— Нет, как раз наоборот: я очень рад, — с улыбкой отозвался старик Чэнь. — По-моему, ты гораздо лучше Е Фаня.

Е Фань хоть и мыслит глубоко, и очень умён, но сердце у него слишком мягкое... Он прекрасно понимал, что верхушка Ночных стражей прогнила и закостенела, но, считаясь с заслугами и авторитетом ветеранов, так и не решился ничего предпринять. Из-за этого у него не было абсолютной власти над высшим руководством.

Но ты другой.

Едва придя к власти, ты воспользовался грозным авторитетом Чжоу Пина и собственными методами, чтобы одного за другим сместить всех этих закостенелых стариков из руководства, заменив их новичками, которых вырастил сам. Даже меня, своего учителя, ты перевёл во второй эшелон управления, лишив права голоса на высших советах.

В тебе есть беспощадность, есть решимость, а в расчётливости и дальновидности ты ничуть не уступаешь Е Фаню. И хотя вы оба — бойцы, которых я когда-то воспитал в своих рядах, я уже тогда считал, что ты подходишь для руководства Ночными стражами куда лучше Е Фаня.

— Вы сами меня хорошо научили, учитель, — сухо бросил Цзо Цин.

Старик Чэнь с улыбкой держал в руках чашку и, словно вспомнив о чём-то, спросил:

— Кстати, а Моюй? Погиб?

— Погиб. Сам напоролся на мой клинок.

Старик Чэнь с некоторым сожалением вздохнул:

— Мой внук хоть и уступал в уме тебе и Е Фаню, но задатки у него были вполне приличные. Если бы его как следует воспитать, из него вышел бы достойный преемник...

— И всё же вы своими руками толкнули его в бездну, — взгляд Цзо Цина заледенел. — В то время я приблизил Чэнь Моюя к себе не только потому, что он ваш внук, но и потому, что действительно видел в нём яркие стороны. Я возлагал на него большие надежды...

Но почему вы непременно захотели погубить его собственными руками?

Всю эту расставленную вами партию я разгадал, но вот вас... вас я так и не понял.

Ведь в прошлом вы были овеянным боевой славой Ночным стражем. Вы дважды удостаивались личной медали ранга «Звёздное море» и шесть раз — личной медали ранга «Звезда». В ту эпоху вы были героем в сердцах каждого. Я, Е Фань, Шао Пингэ... вы всех нас воспитали своими руками.

Если бы тогда не появилась чудовищно одарённая Ван Цин, именно вы стали бы четвёртым главнокомандующим Ночных стражей.

Я не понимаю: почему человек вроде вас пошёл на такое? Вы хотите своими глазами увидеть гибель Великой Ся? Неужели вы этого добивались?!

С каждым словом гнев Цзо Цина разгорался всё сильнее. Он неотрывно сверлил взглядом невозмутимого старика перед собой, а голос его даже подрагивал.

Старик Чэнь спокойно отпил чаю и едва заметно улыбнулся:

— Ты ошибаешься, Цзо Цин. Я сделал это не ради гибели Великой Ся... а ради её спасения.

— Спасения? — Цзо Цин слегка сощурился. — Старик Чэнь, если вы сейчас начнёте нести чушь о том, что это общество слишком несправедливо и грязно, что порядок нужно переписать заново или что человечество недостойно жить в этом мире, я действительно не сдержусь и обнажу клинок, чтобы убить вас.

— Нет, речь не о таком отвлечённом спасении, а о самом настоящем... — старик Чэнь протянул руку и указал в пустоту за спиной Цзо Цина. — Ради спасения сотен миллионов людей за нашими спинами.

Брови Цзо Цина сошлись на переносице:

— Вступить в сговор со злыми богами, чтобы истребить молодое поколение Ночных стражей, подорвать мощь Ночных стражей, затянуть возведение военных застав, преждевременно вынудить богов Великой Ся вступить в бой, подстроить гибель отряда «Маска»... И вы называете это спасением?!

Вы хоть понимаете, что если Великая Ся потерпит поражение в этой полномасштабной битве богов, то и вся Великая Ся, и бесчисленные миллионы живущих в ней людей найдут здесь свою погибель?!

— Ты не понимаешь, Цзо Цин, — неторопливо произнёс старик Чэнь. — Только когда все боги Великой Ся погибнут до единого, а Ночные стражи будут уничтожены, они оставят Великую Ся в покое. Только тогда люди за нашими спинами смогут выжить...

— Чушь собачья!

Цзо Цин резко вскочил со своего места:

— У нашей Великой Ся есть боги, есть Чжоу Пин, есть Пределы человечества, есть Ночные стражи!.. С чего ты взял, что мы проиграем этим внешним богам?! Ты столько лет был героем, так почему в решающий миг склонил голову и струсил?!

— Не так...

— Что не так?!

— Те «они», о ком я говорю, — не внешние боги.

Цзо Цин опешил:

— О чём ты говоришь?

Старик Чэнь опустил чашку и медленно закрыл глаза:

— Многого ты не видишь. Не видят и Ночные стражи. Но я уже это увидел... Как бы то ни было, всё это я уже совершил.

Хочешь убить меня, пытать или мучить — делай что угодно...

Если считаешь, что эти методы на меня подействуют.