Глава 684. Просьба клана Кадзамацури

Члены группировки Чёрной расправы по-прежнему окружали их. Взгляды их были свирепы, и они, казалось, вовсе не собирались отвечать.

Уголок рта Кадзамацури Такуи слегка дёрнулся. Решив, что его не расслышали, он прочистил горло и снова громко повторил:

— Кадзамацури Такуя из токийского клана Кадзамацури просит аудиенции у верховного главы группировки Чёрной расправы!

Члены группировки Чёрной расправы оставались невозмутимы.

Кадзамацури Такуя: «...»

«Нет, ну вы хоть слово скажите — согласны вы нас принять или нет!

Собрались тут толпой, обступили со всех сторон и молчите — чего вы вообще хотите?!»

Пока Кадзамацури Такуя в полнейшей растерянности стоял на ветру, Шэнь Цинчжу, тихонько выжидавший в холле первого этажа, обернулся и, увидев наконец выходящих из лифта Линь Цие и остальных, с облегчением выдохнул.

— Что тут происходит? — озадаченно спросил Линь Цие.

— Сам не знаю, тебя же жду, — придвинувшись к уху Линь Цие, шепнул Шэнь Цинчжу. — Если бы ты не спустился мне переводить, они снаружи, наверное, уже сцепились бы.

Линь Цие взглянул на обливающегося потом снаружи Кадзамацури Такую и кивнул:

— Пойдем, выйдем к ним.

Накинув хаори плывущих облаков, в сопровождении нескольких весьма смазливых подручных, Шэнь Цинчжу неторопливо вышел из здания. Его спокойный взгляд устремился на стоящего перед ним Кадзамацури Такую, источая легкое властное давление.

Увидев это хаори, Кадзамацури Такуя оживился, понимая, что вышел тот, кто ему нужен, и тут же вежливо заговорил:

— Я, Кадзамацури Такуя из клана Кадзамацури, приветствую верховного главу группировки Чёрной расправы.

Шэнь Цинчжу сдержанно бросил:

— В чем дело?

— Мы проделали путь из Токио, чтобы выкупить у группировки Чёрной расправы человека.

— Выкупить? — услышав перевод стоявшего рядом Линь Цие, Шэнь Цинчжу слегка опешил.

Кадзамацури Такуя повернулся и подал знак своим людям. Трое крепких мужчин достали из машины три кожаных чемодана, опустили их на землю и по очереди открыли. Каждый из них был доверху набит иенами — в общей сложности почти десять миллионов.

— Человек, которого мы пришли выкупить, — это Юдзурина, дочь старшей дочери нашего клана, Кадзамацури Акико, — медленно произнес Кадзамацури Такуя. — Наш клан Кадзамацури тайно искал Юдзурину несколько лет и наконец напал на ее след в Йокогаме. Мы собирались забрать ее домой, но, прибыв в Йокогаму, выяснили, что она покинула город и уехала в Осаку.

Мы провели расследование и получили надежные сведения, подтверждающие, что ее похитила группировка Чёрной расправы. Мы знаем, что Кансай — это территория группировки Чёрной расправы, поэтому специально привезли десять миллионов иен в знак нашей искренности, желая выкупить Юдзурину.

Линь Цие и остальные повернулись к стоящей позади всех, растерянной Юдзурине.

— Зачем вы ее ищете? — нахмурившись, спросил Линь Цие.

Кадзамацури Такуя немного поколебался, но все же ответил начистоту:

— Наш старый глава рода, то есть дедушка Юдзурины, тяжело болен, и дни его сочтены. Перед смертью он хочет хотя бы раз увидеть свою внучку...

К тому же из троих наследников клана Кадзамацури того поколения старшая дочь, Кадзамацури Акико, скончалась от болезни. Ребенок второй дочери, Кадзамацури Эми, умер в утробе, после чего у нее помутился рассудок. Старший сын, Кадзамацури Такаси, погиб в результате несчастного случая... Среди молодого поколения в живых осталась только Юдзурина. Мы надеемся, что она вернется и унаследует титул молодой главы рода.

Выражение лица Линь Цие вмиг стало весьма выразительным.

Она уже носит фамилию Юдзури, а вы хотите, чтобы она унаследовала дело клана Кадзамацури?

Это насколько же в вашем клане Кадзамацури туго с людьми?

Впрочем, судя по сведениям, полученным Линь Цие от Самукавы Цукасы, клан Кадзамацури действительно давно разыскивал Юдзурину. Вот только клан Самукава перехватил ее на полпути и увез прямиком в Осаку, из-за чего те остались ни с чем.

К тому же готовность заплатить выкуп выглядела вполне искренней.

Линь Цие повернулся к Юдзурине, ожидая ее ответа. В конце концов, это были семейные дела семьи Юдзури и клана Кадзамацури; ему как постороннему вмешиваться не полагалось. К тому же он верил, что Юдзурина достаточно сообразительна, чтобы принять собственное решение.

— Дедушка... — Юдзурина застыла на месте, растерянно пробормотав себе под нос.

С самого рождения она жила с матерью в Йокогаме, ни разу не бывала в Токио и, само собой, никогда не видела этого так называемого дедушку. По правде говоря, она не питала к нему никаких чувств.

Она хотела сразу отказаться, но, поразмыслив как следует, так и не решилась заговорить.

— Мне нужно подумать какое-то время, — прижимая к себе «Тысячу журавлей», серьезно произнесла Юдзурина, глядя на Кадзамацури Такую.

Только сейчас Кадзамацури Такуя обратил внимание на эту хорошенькую маленькую девочку и понял, что перед ним та самая Юдзурина, которую они так долго искали. Услышав ее ответ, он помолчал немного и взглянул на стоящего рядом Шэнь Цинчжу.

В его представлении Юдзурину похитил именно верховный глава, и отпускать ее или нет — зависело исключительно от его решения.

— Если она захочет пойти с вами, я не против, — повторил Шэнь Цинчжу вслед за Линь Цие.

Кадзамацури Такуя кивнул:

— Хорошо. Какое-то время мы пробудем в Осаке. Вот мой номер. Если все обдумаешь, позвони мне.

Кадзамацури Такуя достал из кармана визитку и передал ее ближайшему члену группировки Чёрной расправы, а тот вручил ее Юдзурине.

После этого люди клана Кадзамацури вернулись в машины и под пристальными взглядами членов группировки Чёрной расправы медленно отъехали от здания.

Вернувшись в комнату, Юдзурина в одиночестве села на краю кровати. Она смотрела на лежащую на коленях визитку, погрузившись в какие-то свои мысли.

— Ты хочешь поехать? — подойдя к ней, спросил Линь Цие.

— Не хочу, — покачала головой Юдзурина.

— Тогда можешь не ехать. Сейчас никто не сможет тебя заставить.

— Но ведь в этой семье якудза выросла мама. Это ее дом и ее отец, — опустив голову, тихо произнесла Юдзурина. — Если... я имею в виду, если однажды мой папа тоже сляжет в постель, и если я не смогу увидеть его в последний раз, ему ведь тоже будет очень больно?

Линь Цие ничего не ответил.

— И вообще, главное даже не в этом, — Юдзурина подняла глаза на Линь Цие и с предельной серьезностью произнесла: — Я хочу стать молодой главой клана Кадзамацури.

— Что? — опешил Линь Цие.

Он полагал, что этот статус молодой главы вряд ли прельстит Юдзурину, и даже если она решит вернуться, то исключительно ради старого главы рода. Но ее слова совершенно сбили его с толку.

— Посуди сам: вот папа спасет братика, они вернутся, и нам ведь обязательно понадобится дом, чтобы жить вместе? — рассудительно заговорила Юдзурина. — Это здание группировки Чёрной расправы, мы же не можем оставаться здесь вечно. А если покупать жилье в другом месте, уйдет куча денег.

Папа уже немолод, у братика слабое здоровье, а я еще не доросла до того возраста, чтобы работать... Откуда нам взять столько денег?

А ведь мне еще нужно гулять с братиком, покупать ему красивую одежду и самые вкусные сладости, устроить его в лучшую школу... На все это нужно очень много денег! Но если я стану главой клана Кадзамацури, у меня будет полно денег.

Я смогу обеспечить им лучшую жизнь, чтобы наша семья ни в чем не нуждалась, а еще дам тебе кучу карманных денег, братец Цие, и сделаю тебя лучшим хостом во всей Японии!

Поэтому... мне нужен этот статус молодой главы рода, чтобы позаботиться о своей семье.

Линь Цие ошарашенно смотрел на детское, но такое не по годам серьезное личико Юдзурины и еще долго не мог прийти в себя.