Глава 640. Почётные гости группировки Чёрной расправы

— С тобой мне гораздо спокойнее, — с облегчением выдохнул Шэнь Цинчжу.

Два месяца жизни в постоянной тревоге изрядно вымотали его, но теперь, когда рядом появился Линь Цие — товарищ, знающий японский язык, — груз с его плеч мигом спал.

— И ещё кое-что...

Линь Цие вкратце рассказал Шэнь Цинчжу о цели своего визита и обрисовал текущую обстановку в Осаке.

— Вам нужны сведения о расстановке сил клана Самукава? — озадаченно приподнял бровь Шэнь Цинчжу. — Понятия не имею, есть ли у меня такое... И вообще, что это за клан Самукава?

Линь Цие:

— ...

— Ладно... чуть позже просто подыграй мне, — подумав, произнёс Линь Цие. — И ещё: если в ближайшие дни днём выдастся свободное время, приходи ко мне в клуб «Чёрный утун». Пора тебе срочно подтянуть японский, а то притворяться немым верховным главой бесконечно не получится.

— Хорошо.

Они втроём ещё немного посидели в комнате, беседуя, и только когда сочли, что времени прошло достаточно, открыли дверь и вышли наружу.

В конце концов, Линь Цие и Амэмия пришли развлекать верховного главу, и если бы троица пробыла в комнате меньше часа, это вызвало бы лишние подозрения. Заодно они допили стоявшую на столе бутылку дорогого красного вина и стёрли начертанные под ковром магические круги.

Увидев, как Шэнь Цинчжу выходит из комнаты в сопровождении двух хостов, двое карауливших у двери членов группировки Чёрной расправы оторопели: времени прошло даже меньше, чем они ожидали.

К этому моменту Имори Ютака и Асакура Кэн уже ушли. Шэнь Цинчжу лишь равнодушно скользнул взглядом по двоим подручным и повёл Линь Цие с Амэмией Харуки к себе в кабинет. Охрана хотела было что-то сказать, но под этим взглядом тут же осеклась.

По дороге им встретилось немало людей из группировки Чёрной расправы. Все они почтительно останавливались и кланялись Шэнь Цинчжу. Двоих за его спиной они тоже видели, но ни один не посмел ни о чём спросить.

— Похоже, его авторитет в группировке Чёрной расправы весьма высок? — вполголоса заметил Амэмия Харуки, обращаясь к Линь Цие.

— Мало кто в этом мире сравнится с ним в искусстве маскировки, — с улыбкой ответил Линь Цие.

Они дошли до кабинета Шэнь Цинчжу, заперли дверь изнутри, после чего тот подошёл к рабочему столу и принялся в нём рыться.

Вскоре он протянул Линь Цие несколько листков:

— Взгляни, не это вы ищете?

Линь Цие поделился листками с Амэмией Харуки, бегло просмотрел их:

— Верно, именно это.

— Их принесли сегодня утром. Я понятия не имел, что там написано, поэтому просто бросил в сторону. Если вам нужно — забирайте.

Линь Цие не стал церемониться и сразу убрал бумаги.

— Когда начнёте действовать, дай мне знать. Я могу привести группировку Чёрной расправы на подмогу.

— Хорошо, — кивнул Линь Цие и, словно что-то вспомнив, повернулся к Шэнь Цинчжу: — Ваша группировка Чёрной расправы — крупнейший преступный синдикат Кансая. Неужели у вас нет никаких сверхъестественных средств?

— Сверхъестественных?

— Например, клинков бедствия.

Линь Цие только что рассказал Шэнь Цинчжу о клинках бедствия, но тот покачал головой:

— Нет у нас ничего подобного...

Линь Цие слегка нахмурился, погрузившись в размышления.

Здесь нельзя было задействовать Запретные руины. У Амэмии Харуки в руках был клинок бедствия, у самого Линь Цие при себе оставалась магия призыва, так что постоять за себя они могли без труда. Но у Шэнь Цинчжу никаких средств не было, и случись какая беда, он легко мог попасть в переплёт.

— Обо мне не беспокойся: запасы огнестрельного оружия у группировки Чёрной расправы просто колоссальные. Имея всё это под рукой, если только не столкнусь с каким-нибудь запредельным врагом, я со всем справлюсь. — Шэнь Цинчжу поднял правую руку; чёрное кольцо на ней слабо мерцало призрачным светом. — К тому же у меня есть вот это.

«Клинок рассечения душ».

Линь Цие кивнул. Здесь запретные предметы работали исправно; имея для защиты запретный предмет, да ещё и под прикрытием всей группировки Чёрной расправы, Шэнь Цинчжу вряд ли грозила серьёзная опасность.

Кстати, о запретных предметах...

В голове Линь Цие всплыл образ одного толстяка.

У этого парня на руках столько запретных предметов сверхвысокой опасности, что он, должно быть, может ходить по этой стране хозяином. И где только сейчас Толстяк Байли, почему о нём нет вообще никаких вестей?..

Тук-тук-тук!

Послышался стук в дверь, и все трое в комнате одновременно повернули головы.

— Это они, — произнёс Шэнь Цинчжу.

Пока он вёл спутников в кабинет, их видело немало подчинённых, так что, судя по времени, Асакуре Кэну как раз пора было прийти и разузнать обстановку.

Линь Цие подумал и сказал:

— Сделаем так: я сначала научу тебя одной фразе по-японски, и чуть позже ты именно так и скажи...

Вскоре Шэнь Цинчжу открыл дверь кабинета.

Стоявший за дверью Асакура Кэн увидел Шэнь Цинчжу и двух стоявших в кабинете хостов за его спиной. Поколебавшись мгновение, он всё же спросил:

— Верховный глава, зачем вы привели их сюда?.. Они плохо вас обслужили?

Шэнь Цинчжу лишь равнодушно скользнул по нему взглядом, и знакомое гнетущее давление вновь поднялось в груди Асакуры Кэна.

— Впредь они двое — мои почётные гости. На всей территории группировки Чёрной расправы они вольны приходить и уходить, когда вздумается... Понятно? — голос Шэнь Цинчжу звучал негромко, но был исполнен властной, не терпящей возражений силы.

Асакура Кэн опешил. Он словно хотел от чего-то предостеречь, но, встретив холодный взгляд Шэнь Цинчжу, всё же сдержался и проглотил невысказанные слова.

— ...Я понял. Я отдам распоряжение, — почтительно ответил Асакура Кэн.

В этот миг на душе у него было неспокойно.

Неужели верховный глава прельстился красотой двух хостов и натворит глупостей?

Он всего лишь хотел, чтобы верховный глава отдохнул, и никак не ожидал, что этот шаг приведёт к тому, что двое хостов проникнут прямо внутрь группировки Чёрной расправы. Впрочем, дело поправимое: когда верховный глава вернётся в Киото, стоит лишь найти ему ещё нескольких хороших хостов, и он быстро забудет об этих двоих.

После этого Асакура Кэн велел своим людям отвезти Линь Цие и Амэмию Харуки обратно.

Шэнь Цинчжу и сам хотел бы уехать с Линь Цие, но ему требовалось оставаться во главе группировки Чёрной расправы: в конце концов, столь огромная криминальная сила представляла для них с Линь Цие немалую ценность.

Вот только ежедневных уроков японского с Линь Цие теперь было не избежать.

При мысли о том, что ему снова придётся учиться, у Шэнь Цинчжу начинала болеть голова...

***

Чёрный автомобиль остановился у входа в клуб «Чёрный утун».

Едва Линь Цие и Амэмия Харуки вышли из машины, как сверху, звонко топая по ступенькам, сбежала Юдзурина, распахнула дверь и бросилась в объятия Линь Цие.

— Брат Цие, тот извращенец, верховный глава группировки Чёрной расправы, ничего с тобой не сделал? — с тревогой спросила Юдзурина, старательно принюхиваясь к запаху от него.

— Успокойся, мы просто выпили вина, — улыбнулся Линь Цие, погладив её по голове, а затем, чуть помедлив, добавил:

— Юдзурина, ты бы лучше больше не называла его извращенцем...

Тот верховный глава, по правде говоря, человек вполне неплохой.

От этих слов в голове Юдзурины будто прогремел гром среди ясного неба!

Всё пропало...

Брат Цие не устоял.