Глава 523. Не твоё поле

С того мига, как он выманил приманкой Ян Лэтуна, и до того, как вселился в Чжао Куня, оглушил Ци Сяоюй, сбил водяным потоком Ян Лэтуна, пробил перекрытие и расправился с тремя оставшимися бойцами 007-го отряда, — все его действия следовали одно за другим с непрерывной, безупречной плавностью, без малейшей заминки.

Словно вся эта сцена уже бесчисленное множество раз была отрепетирована в его сознании.

Красноглазый Чжао Кунь стоял чуть в стороне. Вскинув взгляд на клубящуюся перед ним пыль, он слегка приподнял уголки губ:

— Похоже, поймать меня вам не под силу.

Сквозь клубы пыли шагнула Хань Цин с потемневшим от гнева лицом. По ее коже струились пурпурно-красные узоры, источавшие жуткую мощь — казалось, она вот-вот испепелит все это здание вместе со стоящим перед ней Тайнозрителем.

— «Безмерный» против «Безмерного». С чего ты взял, что сможешь победить? — холодно произнесла Хань Цин.

Красноглазый Чжао Кунь усмехнулся, протянул руку и ткнул пальцем себе в грудь:

— А ты... хочешь, чтобы он умер?

Глаза Хань Цин сузились.

— Ты мне угрожаешь?

— Именно так, я угрожаю тебе. — Он слегка приподнял поля шляпы, и багровое око чуть прищурилось. — Я уже видел: твой клинок в итоге так и не обагрился его кровью...

А это место не сгорело в твоем фиолетовом пламени.

Значит, моя угроза сработала.

— Погаси свое пламя. Когда я выберусь отсюда, я оставлю его в покое, — поправив шляпу, спокойно произнес он.

Рука Хань Цин сжалась на рукояти клинка так, что побелели костяшки пальцев. Она неотрывно смотрела на красноглазого Чжао Куня, в ее глазах яростно бушевало пламя.

Лишь после долгой паузы она медленно разжала пальцы.

Фиолетовое пламя, веявшее разрушением, постепенно угасло.

— В следующий раз тебе не жить.

— Хе-хе, надеюсь, такой раз настанет.

Красноглазый Чжао Кунь усмехнулся и неторопливо подошел к окну, собираясь шагнуть вниз.

И в этот самый миг белая фигура внезапно прошла сквозь стену и с крыши здания метнулась прямо в его тело!

Она двигалась слишком быстро и абсолютно бесшумно — даже Хань Цин, неотрывно следившая за красноглазым Чжао Кунем, не успела разобрать, что это было.

Едва белая тень ворвалась в его тело, красноглазый Чжао Кунь вздрогнул, резко повернулся и со всех ног бросился к окну с противоположной стороны!

— Как такое возможно?! — на бегу потрясенно выкрикнула вселившаяся в него тень с багровым оком. — Что это такое?! Почему оно сумело обойти мою духовную силу и напрямую захватить контроль над этим телом?! Почему я не предвидел твоего появления?!

Вжух!

Домчавшись до окна, он с силой оттолкнулся ногами от подоконника и выпрыгнул наружу!

Вслед за этим издалека примчался толстяк, стоявший на золотом сиянии меча. Он с безупречной точностью перехватил красноглазого Чжао Куня прямо в воздухе и вздернул его, удерживая на весу.

— Сестренка Цзян Эр, отличная работа!

Толстяк ухмыльнулся и на золотом сиянии меча под ногами вмиг пронзил воздух, устремившись в пике к стройплощадке на противоположной стороне улицы.

Хань Цин торопливо подбежала к окну. Во взгляде, устремленном вслед стремительно удаляющейся фигуре, мелькнуло беспокойство пополам со слабой надеждой.

Наконец она тяжело вздохнула:

— Надеюсь... у вас все получится...

...

Толстяк Байли на «Нефритовом сиянии» подлетел к ровной стройплощадке, и красноглазый Чжао Кунь спрыгнул с сияния меча.

Грохот!

Из-под земли с ревом вырвались исполинские стволы. Словно подпирающие небо столбы, они взметнулись ввысь, а густые ветви потянулись во все стороны, сплетаясь в воздухе в гигантскую, несокрушимую деревянную клетку.

Древний древесный демон!

Красноглазый Чжао Кунь приземлился в самом центре этой громадной клетки. Призрак Цзян Эр сам выскользнул из его тела, вернув красноглазому Чжао Куню контроль над плотью, однако к этому моменту клетка уже наглухо замкнулась — выбраться наружу не было никакой возможности.

Он вскинул голову, приподнял поля шляпы и обвел багровым оком все вокруг. Его брови сошлись на переносице.

Он... ничего не видел.

Его «Око тайнозрения» позволяло прозревать прошлое, настоящее и будущее исключительно неживых предметов. А эта деревянная клетка, запершая его внутри, сама по себе являлась частью древнего древесного демона и к неодушевленным объектам никак не относилась.

В поле его зрения попросту не было предметов, на основе которых он мог бы просчитать грядущее.

Здесь было не его поле.

— Так вот какая ловушка меня ждала... — пробормотал красноглазый Чжао Кунь и покачал головой: — Жаль только, что какой-то куче деревяшек меня не удержать.

Он слегка повел пальцем, и пожарные гидранты вдоль дороги разом взорвались. Водяные струи под огромным давлением взмыли ввысь белоснежными драконами и со всех сторон устремились сюда.

— Заледенеть, — спокойно произнес стоявший на земле юноша с черным гробом за спиной и в маске Танского монаха.

Лютая стужа ледяной волной разошлась во все стороны от юноши; из земли под его ногами брызнули бесчисленные ледяные лозы, которые вонзились в рвущиеся к небу водяные потоки и с поразительной скоростью сковали их льдом, превратив в источающие мороз ледяные столбы.

Багровое око между бровями Чжао Куня замерцало. В тот самый миг, когда он увидел эти потоки, он уже предвидел, что они обратятся в лед. Протянув руку, он сжал ладонь в сторону гидрантов, которые еще только сковывала стужа, и несколько лезвий из спрессованной под высоким давлением воды со свистом вырвались вперед, устремившись прямо к окружавшей его деревянной клетке.

Эта живая клетка вызывала у него ощущение, словно ему завязали глаза. Первейшей задачей было вырваться из деревянного плена и вернуться на привычное поле боя.

Однако водяные лезвия, ударив по деревянной клетке, отозвались звоном сталкивающегося металла.

Дон-н!

После скрежета, от которого сводило зубы, водяные лезвия с грохотом разлетелись на брызги, так и не сумев повредить клетку ни на йоту.

Красноглазый Чжао Кунь опешил.

Из чего вообще сделано это дерево?

Нет, не так... дело вовсе не в древесине...

Это...

Словно догадавшись о чем-то, он вскинул голову к вершине клетки.

Там, наверху, сидела девушка в темно-синем ханьфу. Шелковистые черные волосы свободно струились до пояса, маска Красного Младенца на лице словно улыбалась, а ладонь мягко касалась деревянной поверхности, источая слабое мерцание.

«Нерушимость».

При виде этой фигуры зрачки красноглазого Чжао Куня резко сузились.

— Сегодня тебе не уйти.

Неторопливый голос донесся из глубины клетки.

Красноглазый Чжао Кунь повернулся на звук и увидел, что в самом центре деревянной клетки невесть когда уже стояла фигура в маске Сунь Укуна.

Он был окутан тьмой, руки были пусты — при нем не было никакого оружия, а его аура веяла бездонной глубиной и жутью.

Красноглазый Чжао Кунь долго вглядывался в маску Сунь Укуна. Багровое око между бровями слабо мерцало, словно кадры фильма выхватывая фрагменты из прошлого этой маски, и благодаря этому разглядело скрытое за ней юношеское лицо.

— Так это ты, — разглядев черты Линь Цие, красноглазый Чжао Кунь слегка приподнял уголки губ. — Наконец-то... я нашел тебя.