Глава 173. Можно и две

Зал совещаний инструкторов.

В это время инструкторы, еще недавно не спеша и расслабленно наблюдавшие за ходом учений, уже вовсю яростно спорили об итоговых личных баллах.

— Нет, я считаю, семнадцать баллов для Байли Тумина — это слишком много. Максимум всего двадцать, а он лишь с помощью запретного предмета разорвал паутину духовных тел Паучонка. Больше он ничем себя не проявил, да и в битве с Охотником за звуками не был главной силой. Семнадцать баллов — это чересчур.

— Но нельзя отрицать: не спаси он эту сотню с лишним новобранцев, они бы попросту не смогли выступить против Паучонка.

— Оно-то так, но если рассуждать в таком ключе, то и Цао Юань лишь силой продержался против Охотника за звуками несколько минут. Шестнадцать баллов для него тоже многовато.

— Чушь собачья! В том состоянии Охотник за звуками был среди лучших даже для ранга «Река», а мальчишка ранга «Озеро» столько времени обменивался с ним ударами! И шестнадцать баллов — это много? Ты сам в ранге «Озеро» смог бы такое сотворить?

— Согласен, абсолютная боевая мощь способна компенсировать множество недостатков!

— Тогда решено. Шэнь Цинчжу ставим шестнадцать баллов. Возражения есть?

— Погодите, инструктор Хун. Почему все остальные выставили семнадцать, а вы шестнадцать? Он все-таки руководил операцией против Паучонка, да еще и в одиночку вошел на склад, чтобы встретиться с ним лицом к лицу. Шестнадцать баллов — не маловато ли?

— Вспыльчив, идет на поводу у эмоций. Снять один балл — более чем справедливо!

— ...Раз так, то не снизить ли балл и Ян Цзы? В конце концов, в прямой бой она не вступала, так что семнадцать кажется завышенной оценкой.

— Вовсе нет! В третьем корпусе ситуация была совсем иной, чем снаружи. Если бы не Ян Цзы, девушки вполне могли погибнуть всем составом, не говоря уже о том, чтобы уничтожить Охотника за звуками. Не будь у нее нехватки боевой силы, я бы вообще дал ей восемнадцать баллов.

— А Мо Ли? Я считаю...

В шумном зале заседаний, пока инструкторы хлопали по столу и до хрипоты спорили друг с другом, Юань Ган в одиночестве сидел на другом конце стола. Держа в руках оценочный лист Линь Цие, он глубоко задумался...

Спустя долгое время инструктор Хун с увесистой стопкой документов подошел к нему:

— Командир, баллы остальных в основном определены. Но вот по поводу Линь Цие... мы не решаемся выставить оценку. Что вы думаете?

Юань Ган чуть приподнял бровь:

— Не решаетесь? Почему же? Изложите свои соображения.

Инструктор Хун кивнул:

— Дело в том, что на этих учениях Линь Цие проявил себя чересчур блестяще...

Он первым догадался, что остальные крепко спали из-за позднего пробуждения. Затем заметил странности в третьем корпусе и не бросился сломя голову проверять, а сперва повел людей на склад вооружаться. Столкнувшись с Паучонком, он пусть и допустил небольшую оплошность, но в целом справился более чем достойно.

В третьем корпусе он при первой же встрече вычислил механизм убийств Охотника за звуками, всего за четыре пространственных сдвига разгадал закономерность и уничтожил одну за другой сразу двух существ мистики ранга «Река» — Кубик Рубика и Паучонка.

К тому же среди всех участников он оказался единственным, кто раскусил маскировку группы атмосферы.

На этих учениях боевая мощь, наблюдательность, лидерские качества и способность делать выводы у Линь Цие проявились на высочайшем уровне. Если оценивать строго по правилам, он заслуживает как минимум девятнадцать баллов, а то и высший балл.

Инструктор Хун помедлил и продолжил:

— Собственно, именно в этом и заключается загвоздка. Если поставить девятнадцать, никаких сомнений не возникнет. Но если двадцать... в нашем лагере сборов новобранцев еще никто не получал столь высокую оценку.

Юань Ган на мгновение задумался и размеренно произнес:

— Поставьте девятнадцать.

Инструктор Хун опешил:

— Почему?

— Дашь лишний балл — еще возгордится, — Юань Ган слегка прищурился. — В мире нет ничего абсолютно совершенного. А человека — и подавно.

Он тихонько постучал костяшками пальцев по столу и пробормотал себе под нос так, чтобы никто не услышал:

— К тому же за желание присвоить тушу Кубика Рубика всегда приходится платить...

* * *

Психиатрическая больница всех богов.

Облаченный в белый халат и очки с простыми стеклами Линь Цие неторопливо шел по больничному коридору. Сегодня в психиатрической больнице царило удивительное спокойствие.

Точнее говоря, пока Мерлин не буянил, здесь всегда было спокойно.

Никта грелась на солнышке в кресле-качалке во дворе, Мерлин в читальном зале увлеченно штудировал «Пособие по укреплению здоровья для людей среднего и пожилого возраста», Ли Ифэй хлопотал на кухне, и перестук ножа отдавался эхом по коридору...

Все вокруг дышало умиротворением и покоем.

«Кхм... прямо дом престарелых какой-то», — подумал про себя Линь Цие.

Он не стал никого беспокоить, в одиночку подошел к двери кабинета главврача, толкнул ее и свернул в подземный ход.

Пройдя немного по темным и сырым каменным ступеням, Линь Цие услышал, как из тесных камер впереди доносится надрывный плач:

— У-у-у-у-у-у...

Почему, почему меня обязательно нужно было убивать? Что я такого сделал?.. У-у-у-у...

Злыдни, кругом одни злыдни! Только и знают, что маленьких обижать!

Мамочка, я домой хочу, у-у-у...

Услышав этот голос, Линь Цие опешил, и во взгляде его промелькнуло недоумение.

«Что за ерунда? Откуда в камере ребенок?»

«Там ведь должны быть паук и Кубик Рубика! Откуда взялся мальчишка?»

Он ускорил шаг, подошел к камере и заглянул внутрь. Там, съежившись в углу и обхватив себя руками, горько рыдал маленький мальчик с паучьим узором на лице и алыми зрачками.

Линь Цие посмотрел на него, а мальчик уставился на Линь Цие. Тот сразу же замолк и обиженно поджал губы... точь-в-точь ребенок в руках похитителей: плакать невмоготу хочется, а страшно.

При виде этого знакомого лица мальчик, казалось, вновь вспомнил собственную гибель, и его личико от ужаса побелело как мел.

Линь Цие внимательно разглядывал мальчика несколько мгновений и с изумлением спросил:

— Ты паук?

— Сам ты свинья! — едва слышно проворчал мальчик себе под нос.

Линь Цие:

— ...

Честно говоря, он и подумать не мог, что тем пауком окажется маленький мальчик. Прежде Линь Цие счел человеческий голос за слуховую галлюцинацию, но теперь понимал: тогда на складе действительно говорил этот ребенок...

Убив такого малыша, Линь Цие все же чувствовал укол совести.

Вздохнув, он поднял взгляд на появившуюся перед камерой панель.

«Грешник: паук Плетения душ

Выбор: поскольку вы собственноручно уничтожили это мифическое существо, вам принадлежит право распоряжаться судьбой его души:

Вариант 1: немедленно стереть его душу, заставив ее окончательно исчезнуть из этого мира.

Вариант 2: доведя его показатель страха по отношению к вам до 60 единиц, нанять его в качестве санитара больницы. Помимо ухода за пациентами, он сможет в определенной степени обеспечивать вам защиту.

Текущий показатель страха: 359».

Линь Цие:

— ...

«Что еще за три сотни с лишним очков показателя страха? Неужели я настолько страшный?»

Линь Цие беспомощно посмотрел на мальчика за решеткой. Тот судорожно вздрогнул, и лицо его вновь залила смертельная бледность:

— Т-ты... ты ведь не убьешь меня, ладно?

Если ты так сильно хочешь тушеную паучью лапку, я могу отдать одну...

Д-две... можно и две!