Глава 56 — Котёл хого

Джин Му Вон сварил целый котёл хого и поставил его у общего костра.

— Вот это, блядь, вкусно.

*Ух!*

Первым досталось нескольким охранникам, но запах быстро сделал своё дело. Через пару минут к котлу уже тянулись со всех сторон. Люди обжигались, утирали пот рукавами и всё равно лезли за добавкой. На дне не осталось ничего.

Му Вона наперебой хвалили.

— Неловко вышло, парень. Ты нас накормил, а сам толком и не поел.

— Пока готовил, успел наесться.

— Тогда, может, и дальше будешь за кухню отвечать? А то эти безрукие варят чёрт знает что.

Старый охранник сказал это с такой простодушной наглостью, что вокруг сразу загомонили. Му Вон спорить не стал.

Им всё равно предстояло провести вместе около двух месяцев. Нарочно сближаться ни с кем не требовалось, но и держаться особняком Му Вон не видел смысла.

Молодые охранники собрали миски и унесли к ручью. Вскоре оттуда уже доносился плеск воды.

Му Вон устроился у колеса повозки. Снежный Цветок лежал у него на коленях. Над пустошью раскинулось такое густое звёздное небо, какого в городе почти не увидишь: казалось, ещё немного — и холодный свет посыплется прямо на землю.

Он долго смотрел вверх, пока рядом не остановились чьи-то шаги.

— Похоже, вы и правда отлично готовите. Весь лагерь только о вас и говорит.

Му Вон повернул голову.

Перед ним стояла красивая женщина в одежде из шкуры снежного барса. От шеи вниз, под ворот, тянулся заметный шрам. Он сразу узнал её: перед выездом Гон Джин Сон представлял людей Железного Братства.

«Чхэ Як Ран. Заместитель главы».

— Можно сесть?

Му Вон кивнул.

Она опустилась рядом, не дожидаясь лишних церемоний.

— Чхэ Як Ран.

— Джин Му Вон.

— Рада знакомству, молодой герой Джин.

Он посмотрел на неё внимательнее. Причины для такого интереса он не видел.

Людей Железного Братства Торговый союз Белого Дракона принимал как почётных гостей. Им отдали лучших лошадей, приставили отдельных охранников, а ужин для них готовил бывший повар. Ели они отдельно и заметно лучше остальных.

Чхэ Як Ран была среди тех, кому полагалось всё лучшее. Му Вон же формально не занимал в обозе даже места рядового охранника.

Она, похоже, поняла, о чём он думает.

— В следующий раз оставьте и мне немного хого.

— Вряд ли эта еда достойна особого заказа.

— Именно такую я и люблю. Поел быстро, получил всё нужное и снова можешь заниматься делом. Ваше хого подходит идеально.

Охранники видели в Чхэ Як Ран прославленную воительницу, но не знали главного: она была одержима боевыми искусствами. В Железном Братстве давно привыкли, что она урезает сон ради тренировок. На еду ей тоже было жалко времени.

К Му Вону её привело не любопытство. Всё было проще: хого позволяло поесть сытно и не тратить время на долгий обед.

— Тогда завтра сварю больше.

— Спасибо. Вам и без того приходится работать в обозе, а я ещё прошу о лишнем.

— Я не охранник.

— Что?

— Просто еду с караваном до Юньнани. Так сложились обстоятельства.

Впервые её невозмутимое лицо заметно изменилось.

Она явно решила, что перед ней один из людей Торгового союза, и потому держалась с ним совсем просто. Ошибка её смутила. Му Вона это скорее позабавило.

— Я всё равно не еду даром, — сказал он. — Значит, должен быть полезен. Лишняя миска ничего не меняет. Ешьте спокойно.

— Простите. Я действительно решила, что вы...

— На вашем месте так решил бы любой.

Му Вон улыбнулся.

Чхэ Як Ран несколько секунд молча изучала его лицо.

— Вы странный человек, Джин Му Вон.

— Я?

Он не понял, что именно она имела в виду.

Для неё же всё было очевидно. Железное Братство знали по всему миру боевых искусств. Их было немного, зато историй о них ходило столько, что молодые бойцы смотрели им вслед с откровенным восхищением. Чхэ Як Ран вдобавок была единственной женщиной среди основных бойцов Братства. Даже мужчины, которых мало занимали громкие имена мира боевых искусств, рядом с ней обычно невольно подтягивались.

Му Вон не изменился ни на йоту. Её красота его, похоже, тоже не особенно занимала.

Она попробовала оценить его как мастера. Насколько Чхэ Як Ран могла судить, внутренней силы в нём было не больше, чем у обычного караванного охранника. Какая-то подготовка у него явно была, но ничего выдающегося она не заметила. И всё же взгляд заставлял насторожиться.

Очень тёмные, спокойные и непроницаемые. На миг Чхэ Як Ран стало не по себе, словно она заглянула в воду, дна которой не видно.

«Что с ним не так?»

— Сестра.

Она вздрогнула и обернулась. Чонни Му Хван уже стоял рядом.

— Что вы здесь делаете?

— Я? Да так...

— Нам есть что обсудить. До встречи с главой Братства нужно закончить подготовку и решить, что будем делать в Юньнани. Не время сидеть без дела.

Чхэ Як Ран тяжело выдохнула.

Для остальных Чонни Му Хван был знаменитым стратегом по прозвищу Шаг — один замысел. Для неё — младшим братом, который умел превратить любое утро в длинную лекцию. Беда была в том, что обычно он оказывался прав.

Она поднялась и стряхнула с одежды пыль.

— Тогда до завтра. Про хого не забудьте.

На прощание она улыбнулась Му Вону.

Чонни Му Хван уставился на неё так, словно увидел незнакомого человека. Чхэ Як Ран редко кому улыбалась. Она терпеть не могла проигрывать и не раздавала улыбки случайным знакомым.

Стратег задумчиво хмыкнул и с любопытством посмотрел на Му Вона.

— Пожалуй, я тоже попробую ваше хого.

Му Вон нахмурился.

Чонни Му Хван ответил самой доброжелательной улыбкой.

— Буду признателен.

Он слегка поклонился и ушёл следом за Чхэ Як Ран.

Му Вон проводил его взглядом.

Почему-то от одного этого разговора начинала болеть голова.

Ночь в пустоши наступала быстро. Костры вырывали из темноты лишь небольшие круги земли; дальше начиналась сплошная чернота. Для волков и разбойников такие условия были почти идеальными, поэтому охранники дежурили по сменам.

Даже поздно вечером люди Железного Братства не расходились. Чонни Му Хван что-то объяснял остальным, очевидно разбирая будущий путь по Юньнани. Чхэ Як Ран в основном слушала. Им Джин Ёп пару раз пытался спорить, но всякий раз стратег спокойно раскладывал его возражения по полочкам, и тот в конце концов только мрачно втягивал голову в плечи.

Потом у их костра раздался общий смех.

У охранников было не тише. Они грели руки, травили байки и подшучивали друг над другом.

Через некоторое время к Му Вону подошёл Квак Мун Джон, растирая ладонями плечи.

— Холод собачий.

— Сменился?

— Ага. Теперь до самого выхода свободен.

Квак Мун Джон был ещё мальчишкой, но в походе скидок на возраст не делали. Встал в строй охраны — несёшь ночную смену наравне со всеми. Иначе никто не станет считать тебя своим.

Мун Джон понемногу становился настоящим караванным охранником.

Му Вон невольно вспомнил себя. Их судьбы были разными, но одно он понимал слишком хорошо: если с детства привык рассчитывать только на себя, тебе просто некогда считать себя ребёнком.

Квак Мун Джон мог бы сразу завалиться спать. Вместо этого он сел у огня, скрестил ноги и выпрямил спину.

— Собрался упражняться во внутреннем методе?

— Да.

Му Вон удивился.

Практику внутренней силы обычно не начинают среди шумного лагеря. Для большинства методов нужны тишина и отсутствие помех. Потеря сосредоточенности могла сбить движение ци и довести до опасного отклонения. Поэтому мастера либо уходили в уединение, либо просили кого-нибудь постоять на страже.

Квак Мун Джон наверняка это знал.

— Здесь слишком много людей. Почему не найдёшь тихое место?

— Дядя Чхоль говорил, что с моим методом можно заниматься где угодно.

Му Вон сразу насторожился.

— Хван Чхоль так сказал?

— Да.

— Как называется метод?

— Метод Сердца Трёх Истоков. Дядя Чхоль сказал, что однажды он приведёт меня к настоящему мастерству.

Му Вон замер.

Потом медленно поднял глаза к звёздам.

«Дядя Чхоль...»